Введение

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 

Природа и генетика

конце восьмидесятых — начале девяностых го­дов XX столетия появилось достаточно много ста­тей и книг о репрессированных в сталинское время генетиках. Правда в публикациях перекликалась с художественным вымыслом авторов, реальные факты мешались с откровенными подтасовками. Но что же такое генетика и чем конкретно зани­мались генетики — так и осталось недосказанным. Да, трудились на благо родины, что-то преобража­ли, улучшали породы и сорта... Помните анекдот того времени? «Как умер Мичурин? Полез на бере­зу за вишней, тут его упавшим с сосны арбузом и прибило».

Шутки шутками, а генетика в советское время достигла небывалых высот. Кто знает, может, и велись тогда в секретных лабораториях разработ­ки, способные поставить в случае их успеха с ног на голову сами понятия флоры и фауны...

Не сидят сложа руки и современные генетики. Сколько еще проблем существует в нашем мире? Население день ото дня растет, а ведь всех надо

кормить. На смену старым, хорошо изученным и пото­му легко излечимым болезням приходят новые, пока еще страшные, такие, как СПИД, например. Да и он­кология расслабиться не дает: больных раком день ото дня становится все больше и больше, а обеспечить им реальную помощь медицина часто не в состоянии...

Наконец, сколько семей распадается из-за того, что люди не могут самостоятельно завести ребенка.

И это только ничтожная часть проблем, в решении которых участвует современная генетика. Я не соби­раюсь углубляться в дебри науки, чтобы показать вам новый виток земной эволюции, связанный с развити­ем геноинженерии, но некоторые факты достойны внимания.

Вот, например, один факт.

Джессика Коллинз, появившаяся на свет в штате Вирджиния, стала знаменитой еще до своего рож­дения. Первый ребенок в мире, чей пол был заранее «запрограммирован» по желанию родителей, положил начало «дизайнерскому» направлению в индустрии деторождения. Ученые и пресса стали всерьез обсуж­дать возможность выбирать для своего ребенка цвет глаз и волос, рост и форму носа, «заказывать» здоро­вые гены и гены, отвечающие за определенные черты характера.

Науку, изучающую наследование характера, тем­перамента, особенностей поведения, называют пове­денческой генетикой. Еще недавно ведущую роль в ней играли психиатры и психологи. Объектом их ис­следования были идентичные, или однояйцевые, близ­нецы, которые, как известно, наследуют одинаковые гены. Канадские психологи, изучая генетику лидер­ства и стремления к лидерству, доказывали наслед­ственное происхождение этих качеств. Как характер­ная иллюстрация к этому положению приводилась

судьба династии Кеннеди, члены которой из поколе­ния в поколение передают своим потомкам так назы­ваемый «ген лидерства».

Но оговорки, ссылки на зависимость от условий, бесконечные «если» делали все исследования психо­логов-генетиков весьма уязвимыми. В отличие от ге­на, отвечающего, например, за цвет глаз, выделить в ДНК человека «ген лидерства», «ген авантюризма» или «ген воли» оказалось задачей куда более слож­ной и спорной.

Доктор Дон Хэмер, молекулярный биолог и пионер в области молекулярной психологии, автор опублико­ванной в США и моментально ставшей бестселлером книги «Жизнь с нашими генами», попытался с по­мощью биохимии ответить на вопрос: «Что делает нас такими, какие мы есть?». Несколько лет назад Хэ-мер стал внимательно исследовать отдельные участки ДНК, которые показались ему влияющими на все, что составляет личность, — от настроения до сексуальной ориентации. Первый прорыв Хэмера и его коллег в по­веденческую генетику произошел около шести лет на­зад. Именно тогда была доказана прямая зависимость мужской гомосексуальности от отрезка ДНК на самом кончике хромосомы X, которую мужчины наследуют от своих матерей. Как минимум один ген, отвечающий за гомосексуальные наклонности, считает Хэмер, на­ходится на хромосоме X. Три года спустя лаборатория Хэмера обнаружила связь между геном на хромосо­ме 11 и чертой характера, которую психологи опреде­ляют как «вечный поиск новизны». Следом удалось идентифицировать еще один ген — на этот раз на хро­мосоме 17, — который, как оказалось, отвечает за со­стояние беспокойства и озабоченности.

В отличие от генов, ответственных за физиче­ские параметры, наличие генов характера не означает

стопроцентную вероятность того, что человек будет обладать определенными качествами. Не один ген, а совокупность их отвечает за наши душевные харак­теристики. Охота за генами, формирующими лич­ность, — занятие на редкость трудоемкое. Хотя ДНК человека состоит всего из четырех химических ве­ществ, чтобы «сформулировать» только один простой человеческий ген, необходимо перебрать миллион ком­бинаций. У разных людей эти гены могут отличаться всего одной химической буквой из тысячи, а вот это мини-различие и есть тот момент истины, который ста­раются открыть доктор Хэмер и его коллеги.

Что же касается так называемой «естественной» (или природной) генетики, то по ее поводу существует множество кривотолков. В прессе то и дело появля­ются публикации о гномах, эльфах и прочих сказоч­ных существах, которые якобы реальны. Как знать. Вот пример: статья, опубликованная пару лет назад в «Континенте».

«В одной из монастырских хроник упоминается, что в начале XV века в Шотландии в горах был най­ден умирающий от ран человек, говорящий на не­известном языке. Был он худощав, даже хрупок. Поправившись, незнакомец удивил всех ловкостью в фехтовании и стрельбой из лука — он не промахи­вался никогда. Со временем, выучив язык, он расска­зал, что принадлежит к народу елве. Народ этот, по его словам, живет очень-очень далеко. Одна интерес­ная особенность — он был остроухим.

Можно обнаружить такие упоминания и в других странах. Например, в одной из семейных хроник Нор­вегии упоминается, что в XIV веке одна из девушек вышла замуж за высокого и прекрасного обликом чу­жеземца, непревзойденного стрелка из лука. Прожил он в браке восемь лет и оставил двух дочерей, также

отличавшихся красотой. Но дочери, помимо красоты унаследовали, и „фамильный признак" отца — заост­ренные уши, что, понятно, сильно осложнило им дальнейшее существование. Сам себя этот чужеземец называл хельве.

Если порыться в хрониках, можно найти и дру­гие свидетельства. Что интересно — разные народы, разные сказочники, зачастую не имеющие никаких контактов, на протяжении веков описывают таинст­венных хельве или елве практически одинаково. И это, особенно с учетом достоверных (относительно, конеч­но) хроник, не может не наводить на мысль, что порт­рет среднестатистического эльфа списан фактически с натуры. Сопоставив факты, можно сделать вывод, что таинственные хельве — люди или существа, на них чрезвычайно похожие, по некоторым сведениям, мо­гущие иметь детей от обычных женщин и обладающие способностями, которые сегодня принято считать па­ранормальными. И встречи с ними в XII—XVI веках были нередки — вспомните многочисленные „колдов­ские" процессы, где в качестве основной улики, вы­дающей связь с потусторонними силами, назывались заостренные уши.

Другой вопрос — что это, собственно говоря, за народ, откуда эти самые эльфы взялись и куда де­лись сейчас. Исследователи выдвигают две гипотезы. Первая: эльфы — те же Homo Sapiens, но обладающие неким „лишним геном", позволяющим передавать по наследству паранормальные способности. Может, это потомки атлантов, может, некая „ветвь развития", которая к X—XI векам практически полностью асси­милировалась с людьми и только в каких-либо труд­нодоступных неисследованных районах (а в то время в Европе и Скандинавии таковых было достаточно) со­хранила свои общины. Другая версия достаточно фантастична и базируется на гипотетической теории дис­кретности вселенных: в одном месте в единицу време­ни находится бесконечное количество непересекаю­щихся вселенных. Точки соприкосновения (пересече­ния), разумеется, существуют, и эльфы — пришельцы из параллельного мира. Кстати, эта теория тоже кое-что объясняет, например вечную молодость эльфов. Возможно, в разных параллельных вселенных время течет по-разному, и неудивительно, что человек, попав в мир эльфов и проведя там несколько часов, выясня­ет, вернувшись, что на земле прошли годы.

Есть ли сегодня среди нас представители этого наро­да? Возможно. Но даже если эта загадочная раса полно­стью исчезла, растворилась в „обыкновенных" людях, остался „генофонд", и время от времени рождаются дети с заостренными ушами, у некоторых людей про­являются абсолютно „эльфийские" способности. Напри­мер, американец Кеннет О'Хара (газеты неоднократно писали о нем), впервые взяв лук в руки в сорок три года, понял, что просто „не умеет" промахиваться. Изучив свою родословную, Кеннет О'Хара узнал, что в XV веке один из его предков, ирландец, женился на пленнице из народа хелве — женщина была захвачена во время на­бега на один из островов у побережья Скандинавии».

Но это все, как говорится, лирические отступле­ния. Пора начинать уже собственно повествование и познакомить вас с удивительными фактами и события­ми, которые долгое время оставались в тени. Зачастую они лежат на поверхности, оттого, видимо, взгляд и скользит, но ним, не цепляясь за острые углы. А зря.