9.4. Детерминизм в науках об обществе

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 

Особенности обусловленности общественных явлений связаны с особенностями общества как высшей формы движения материи, которые сконцентрированы в диалектике объективного и субъективного, внешнего и внутреннего, индивидуального и общественного.

В отличие от природы, где действуют стихийные бессознательные силы, в обществе действуют сознательные силы – люди, преследующие определенные цели. Общественные события оказываются своего рода равнодействующими разнонаправленных действий отдельных людей и их групп. Из имеющихся представлений о соотношении объективного и субъективного в обществе и его истории наиболее убедительны представления исторического материализма, созданного К. Марксом и Ф. Энгельсом. В них объективным считается воплощенный в материальной природе («овеществленный») труд людей. Труд как целесообразная материальная преобразующая деятельность с помощью орудий труда создает условия существования человека и самого человека. Трудовой процесс включает предмет труда, орудия труда и субъект труда (человека), т.е. производительные силы, а также отношения субъектов труда (людей) к средствам труда (орудиям и предметам) и друг к другу, – производственные отношения. С позиций исторического материализма, определенное единство производительных сил и производственных отношений составляет конкретный способ производства средств существования. Он в конечном счете обусловливает всю внепроизводственную материальную и духовную жизнь общества. Материальная (производственная и внепроизводственная) жизнь общества – это общественное бытие, духовная жизнь общества (чувства, настроения, идеи) – это общественное сознание. Общественное бытие первично и обусловливает содержание общественного сознания. Вместе с тем признается, что общественное сознание относительно независимо от общественного бытия и воздействует на него (оно целенаправленно отражает бытие, обладает преемственностью, отстает или опережает общественное бытие, тормозя или ускоряя его развитие). Признается также, что взаимообусловленность бытия и сознания в конкретном осуществлении опосредована многими их конкретными формами. Последнее обстоятельство практически лишает исторический материализм какой-либо определенности в предсказаниях, не только количественной, но и качественной. К примеру, предсказание социальной революции в понятиях «производственные отношения отстали от производительных сил», «низы не хотят жить по-старому, верхи не могут управлять по-новому» допускает опосредование (дополнение, уточнение) понятиями концентрированности или раздробленности производительных сил и собственности, подъемом или усталостью масс недовольных, одаренностью или бездарностью вождей и т.п.

Если придерживаться таких критериев научности, как истинность, доказательность, объяснительная широта и предсказательная определенность, то историческому материализму можно приписать правдоподобие и широту объяснений, истинность и доказательность наиболее общих суждений об общественной жизни и предсказательную неопределенность. Такой же характер носят его представления об обусловленности общественных явлений.

Нужно отметить, что и все другие учения об обществе страдают названными и другими недостатками в еще большей мере. Их солидарное отвержение вышеупомянутых критериев научности как неопозитивистских не может скрыть их неспособности создать научные теории, раскрывающие особенности обусловленности в обществе. Для пояснения ситуации можно рассмотреть, к примеру, представления об обусловленности в обществе, предложенные структурным функционализмом Т. Парсонса и фрейдизмом.

Структурный функционализм Т. Парсонса представляет общество системой, целостность и устойчивость которой обеспечивается деятельностью ее элементов – экономикой, правовой и другими подсистемами, учреждениями и индивидами. Деятельность элементов обусловлена ценностями и нормами и призвана обеспечить адаптацию, целедостижение, интеграцию, воспроизведение структуры и снятие напряжений. Различным элементам свойственны различные функции. Так, функция адаптации свойственна экономической подсистеме, функция целедостижения – политической подсистеме, функция интеграции – правовым учреждениям и обычаям, функция воспроизводства структуры – системе верований, морали и средств социализации (учреждениям воспитания и образования, семье и др.).

Сразу же заметно, что структурный функционализм игнорирует положительную роль общественных противоречий и конфликтов, неспособен предсказывать общественные изменения. Приписывая определяющую роль ценностям и нормам (идеальным отражениям потребностей), структурный функционализм провозглашает идеальную обусловленность общественной материальной жизни, не раскрывая происхождение и исторический характер самих ценностей и норм. По этим соображениям структурный функционализм выглядит далеким от научной концепции детерминизма в обществе.

Родоначальники фрейдизма З. Фрейд, А. Адлер и К. Юнг сосредоточились на поведении индивида, обусловленном бессознательными психическими процессами. Общественная жизнь затрагивалась лишь в отношении ее зависимости от поступков индивида, психологическими причинами которых служат сублимация, компенсация неполноценности и т.п. Общественные процессы, поведение социальных групп и их обусловленность стали предметом внимания неофрейдизма (его творцы: К. Хорни, Г. Салливан, Э. Фромм и др.).

Неофрейдизм отверг сведение личности к его психологии бессознательного и сосредоточился на межличностных отношениях и отношениях личности к общественной среде. Психологические особенности личности рассматриваются как результат приспособления к общественной среде. Отсутствие или нарушение приспособленности психологии личности к общественной среде считается патологией. Социологизировав таким образом психологию индивида, неофрейдизм в то же время психологизировал социальные явления (ввел понятие «коллективный психоз», «социальное бессознательное», «основной страх», порожденный социальной средой и т.п.). Общественные явления обусловлены, с точки зрения неофрейдизма, столкновениями психики индивидов и несоизмеримыми с нею общественными нормами, враждебной средой. Общественная жизнь выглядит развивающимся самоотчуждением личности: невротическая личность приспосабливается к невротическому обществу (в нем господствует погоня за богатством и властью, конформизм и отчужденность). Движущая сила личности – основной страх перед враждебной общественной средой. Он толкает личность на бегство от страха путем покорности перед его преувеличенной силой, путем замещения его другими чувствами, бурной деятельностью или самоизоляцией. Основанные на подобных представлениях, даются рекомендации для приведения в соответствие личных и общественных норм.

Как видно из изложения идей неофрейдизма, верно отмечены наблюдаемые характеристики явлений и отношений между ними в современном (капиталистическом) обществе. Однако объяснение их обусловленности состояниями индивидуального или коллективного страха, отчуждением и т.п. иносказательны и трудно удостоверяемы. Какие-либо предсказания отсутствуют вовсе. Так что неофрейдизм далек от идеала научной теории. Очевидно также, что фрейдизм указывает лишь на обусловленность материального идеальным в обществе, но не раскрывает обусловленности идеального материальным.

Сравнивая рассмотренные учения об обществе, можно убедиться в преимуществах исторического материализма в раскрытии объективной и субъективной обусловленности общественной жизни. С его же позиций полнее и доказательнее представляется обусловленность индивидуального и общественного, взаимосвязь внутренних и внешних факторов развития общества. Индивидуальное формируется общественным и создает общественное, общественное формирует индивидуальное и создается индивидуальным. Человек, личность – продукт и субъект общественного развития. Развитие общества обусловлено внутренними и внешними факторами. Эти положения исторического материализма подтверждаются очевидными фактами общественной жизни.

В самом деле, сама по себе принадлежность индивида к человеческому роду не обусловливает его общественных черт. Общественные черты не передаются по наследству, а приобретаются в обществе через системы воспитания, образования и производства. С другой стороны, общество как таковое существует лишь в деятельности индивидов, так что в данном отношении индивидуальная деятельность, будучи обусловленной общественными потребностями, обусловливает совокупную общественную деятельность. Налицо взаимообусловленность системы и ее элементов.

В рамках общих положений исторического материализма обретают ясность природа и характер надиндивидуальной, системообразующей обусловленности индивидуальной деятельности и индивидуальной обусловленности осуществления и развития общественной жизни. Индивидуальная деятельность обусловлена объективными общими факторами (необходимостью обеспечения средствами существования, разделением труда, морально-правовыми нормами, политикой и т.д., – воспроизводством и развитием материальной и духовной жизни). В то же время эти факторы лишены таинственности и несоизмеримости с индивидуальной деятельностью, т.к. они воздействуют на последнюю через соприкасающуюся с нею деятельность различных индивидов. Представления об обусловленности в обществе с позиций индустриализма, функционализма, неофрейдизма, феноменологии и других можно считать конкретизацией положений исторического материализма об объективном и субъективном, индивидуальном и общественном.

В заключение следует рассмотреть обусловленность общества природой.

Природа присутствует в индивидах в виде совокупности низших форм движения материи и вне индивидов в виде географической среды. Хотя процессы низших форм движения материи подчиняются своим законам, действие последних ограничено свойствами высшей формы движения материи, социальной. Поэтому пусты либо ложны представления об обусловленности общественных явлений с позиций механицизма, физикализма, биологизаторства или социал-дарвинизма. Например, общественная жизнь обусловлена соперничеством индивидов и социальных групп, но в рамках моральных и правовых норм. Действие же физических законов ограничено в первую очередь химико-биологическими особенностями человека. Вместе с тем, изменение низших форм движения материи изменяют общественную жизнь (отношение к биофизической природе человека).

Обусловленность общества географической средой отражена в учениях географического детерминизма, исторического материализма, русского космизма и других. Географический детерминизм (Ш. Монтескье, Г. Бокль) усматривает в климате, почвах, ископаемых ресурсах, ландшафтах и т.п. определяющую причину общественной жизни (экономическое состояние, тип и характер политической организации, нравы и т.д.). Элементы географической среды представляются непосредственно тормозящими или ускоряющими общественное развитие. Радикальным вариантом географического детерминизма является учение геополитики (снискавшее особую популярность в фашистской Германии). В понятиях необходимого жизненного пространства, естественных границ и им подобных геополитика оправдывает претензии на чужие территории. Слабостью географического детерминизма является его неспособность объяснить различие между общественными системами в сходных географических условиях, сходство общественных систем в различных географических условиях, а также отсталость обществ в богатой географической среде и развитость обществ в бедной географической среде.

Русский космизм (Н.Ф. Федоров, К.Э. Циолковский, В.И. Вернадский и др.) рассматривает общество в качестве части космоса, настолько тесно связанной с ним, что земные проблемы оказываются вторичными по сравнению с космическими. К числу космических относятся проблемы достижения бессмертия, освоения космоса, освоения безграничных возможностей природы, создание разумной среды обитания (ноосферы), в которой достигается гармония человека и природы и т.п. Такие проблемы, в самом деле, могут мобилизовать отдельные общественные системы и даже все человечество, перевести в ранг второстепенных внутренние общественные проблемы. Но они не решают внутренних проблем и противоречий, обусловливающих состояние и возможности общества в требуемой мобилизации. Сама возможность обращения к космическим и глобальным проблемам обусловлена внутренними детерминантами состояния общества.

Исторический материализм допускает прямую зависимость общества от географической среды лишь в начале исторического развития, когда природные условия способствовали или противодействовали разделению общественного труда. В дальнейшем и современном развитии общества признается только опосредованное воздействие (через способ производства) на него природных условий.

Поскольку в других философских учениях об обществе вопросы о его внешней обусловленности остаются в тени, постольку можно в данном отношении ограничиться рассмотренным.

Различные учения об обусловленности общественной жизни в той или иной степени соответствуют действительности, но ни одно в отдельности и вместе взятые не соответствуют богатству явлений практической жизни. Науки о неживой природе, химия и биология в тех или иных областях демонстрируют опережение действительности, позволяя создавать новое в ней. Учения же об обществе лишь частично объясняют его, а в предсказаниях не идут дальше очевидных экстраполяций.