10.1. Модели накопительного развития науки

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 

Всем очевиден постоянно растущий объем научных знаний. Неудивительно, что с позиции здравого смысла выглядит наиболее правдоподобной и естественной накопительная модель развития науки. Будучи исторически первой, восходящей, можно сказать, к системе положительного знания О. Конта, она утверждает: наука постоянно развивается путем последовательного соединения (суммирования, накопления) достигнутых знаний. Эта модель представлена позитивистским и диалектико-материалистическим вариантами.

Позитивистский вариант модели подчеркивает, что накапливаются только положительные знания, другие – отбрасываются развитием науки. Из истории позитивизма, прошедшего стадии позитивизма, эмпириокритицизма и неопозитивизма, известно, что положительное знание определялось различно. В позитивизме О. Конта положительным считалось утвердительное, очевидное, точное, полезное, непосредственно данное знание. Эмпириокритицизм признавал положительными знания, сводимые к именованиям или символам комплексов ощущений в опыте (Э. Мах, Р. Авенариус), к голым фактам (А. Пуанкаре). Неопозитивизм назвал положительными научные знания – осмысленные по определению логико-математические и верифицируемые опытом.

Согласно ранней позитивистской модели (О. Конта, Э. Маха, А. Пуанкаре) накопительного развития науки история науки должна демонстрировать суммирование феноменологического (не вскрывающего сущность, не объясняющего), утвердительного и полезного знания фактов. Однако действительная история науки оказалась суммой сущностных гипотез и теорий, с одной стороны, а с другой, – включающей наряду с утвердительными отрицательные знания (принципы несотворимости и неуничтожимости энергии, невозможности вечного двигателя, отрицательные опыты по обнаружению теплорода и т.д.). Полезность же накопленных знаний явно относительна.

Неопозитивистская модель развития науки требует, чтобы историю науки составили только логико-математические и верифицируемые опытом знания. В действительности же историю науки составили не только названные знания, но и не верифицируемые опытом знания (принципы, законы сохранения и обычные законы науки, ибо верифицируются не они, а следствия из них, получаемые при дополнительных допущениях). Кроме того, в историю науки входят альтернативные по смыслу научные теории (например, в физике – теории Лоренца и Эйнштейна, Шредингера и Гейзенберга), так что накопление выглядит не линейным, а ветвящимся.

По характеру неопозитивизм предпочитает изображать развитие науки как эволюцию. Любые отличия последующих теоретических знаний от предыдущих представляются следствиями принятия новых определений исходных понятий или постулатов, в то время как голые факты постоянно прибавляются одни к другим и фиксируются нейтральным языком наблюдения. Связь новых и старых научных теорий в одной и той же отрасли знания (науки) подчиняется принципу соответствия. Он требует, чтобы при предельных значениях особых величин суждения новых теорий переходили в суждения старых теорий (например, суждение о законе сложения скоростей в специальной теории относительности должно переходить в суждение о законе сложения скоростей классической механики при скоростях относительного движения систем отсчета на много порядков ниже скорости света; или же, к примеру, картина излучения квантовой теории в длинноволновой части спектра должна переходить в картину излучения классической физики). Указывая на языковую форму научного знания, неопозитивизм постоянно подчеркивает эволюционность ее развития, ибо язык новой научной теории опирается на языки старых теорий и обязательно в той или иной мере включает их в себя. Научные революции исключены.

Сходную, но местами принципиально иную модель развития науки предложил диалектический материализм. Сходство состоит в принадлежности ее к накопительному типу, допускающему лишь поступательное суммирование знаний и исключающему параллелизм и возвраты к пройденным состояниям. Отличие заключается в приписывании диалектического характера развитию науки.

Диалектический материализм представляет развитие науки в единстве эволюций и революций. Источником развития науки следует считать внутренние и внешние противоречия. Внутренними противоречиями являются связи между экспериментом и теорией, наблюдением и объяснением, объяснением и подтверждением, объяснением и предсказанием и т.п. Внешние противоречия составляют связи между потребностями науки и общества, состоянием науки и вызовами окружающей среды. Способом развития служит взаимопревращение количественных и качественных изменений. Количественные изменения при сохраняющемся качестве (основных идеях, принципах, предмете исследования) составляют эволюционную часть развития (постепенную, непрерывную, однородную). Качественные изменения (смена основных идей, принципов, предмета исследования) составляют революционную часть развития (скачкообразную, прерывную, инородную). Направление развития задается цепью диалектических отрицаний (отрицаний отрицаний). В них отбрасывается устаревшее и сохраняется современное и перспективное. Развитие поступательно, необратимо, эволюционно и революционно, но всегда преемственно. Преемственность как опора на прошлое и включение его элементов в настоящее и будущее олицетворяет накопительный характер развития. Лишенная подробностей структуры научного знания модель диалектического материализма совершеннее неопозитивистской модели в целостном, всестороннем представлении развития науки. В тоже время она не учитывает плюрализм научного знания и смену движущих сил познания, обусловливающих критерии его приемлемости. Сумма и порядок приемлемого, точнее принятого по господствующим критериям знания и составляет историю знания.

Обе модели накопительного развития науки подразумевают объективность и беспристрастность научного знания, которые обеспечиваются его подчиненностью эмпирическому, или практическому критерию подтверждения или опровержения. Опыт и практика в целом считаются внетеоретическими реальностями и потому объективными судьями соответствия или несоответствия знаний действительности. Расширяющиеся и углубляющиеся опыт и практика в целом обеспечивают отбор все более широких и глубоких истинных научных знаний.

В истории науки надо, тем не менее, учитывать разницу между заявленным и фактически сделанным. Например, в философии науки считается само собой разумеющимся, что историю науки составляют истинные теории. Однако, как правило, не уточняется определение истинной теории либо непреднамеренно отождествляется истинность теории с ее способностью объяснять и предсказывать события. Если бы все неявные определения истинности были равноценны, то не возникали бы убеждения в ложности ряда прошлых научных теорий (теплорода, флогистона и т.п.). Поскольку такие убеждения общепризнанны, следует считать, что представления об адекватности, приемлемости научного знания в прошлом и настоящем различны. Истинное в прошлом сейчас должно считаться не истинным (если таковым признавать в частности знание, соответствующее объекту вне знания), а приемлемым, адекватным тем или иным логическим и прагматическим целям (связности, выводимости знаний, простоте, убедительности объяснения и т.д.). Критерии приемлемости научного знания различны в разные времена: определяющими могут быть прагматические, логические и гносеологические, хотя ученые всегда заявляли о поиске истинного знания. Но если последующие знания приняты по критериям, отличным от предыдущих, то обязано ли последующее знание подчиняться принципу соответствия – при определенных условиях переходить в предшествующее знание? Обязана ли термодинамика трех начал при определенных условиях переходить в теорию теплорода или теория окисления в химии переходить в теорию флогистона? Очевидно, нет. Надо ли считать подобные теории прошлого менее полными истинами по сравнению с последующими? Нет, если вскрывается различный характер их приемлемости, адекватности. Сказанное оттеняет слабости моделей накопительного развития науки. Слабости и общие установки этих моделей преодолеваются другими моделями развития науки.