Последнее слово Якова Павлова 8.2.1974

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 

Суд над техником-проектировщиком Я. Павловым вместе с пятью другими христианами-баптистами состоялся в г. Талды-Курган Казахской ССР. По статье 130 УК КазССР (нарушение законов об отделении церкви от государства) Я. Павлов был приговорен к 5 годам лагерей усиленного режима. Кроме того, он был лишен родительских прав по отношению к своим восьмерым детям.

О суде над группой евангельских христиан-баптистов в Талды-Кургане см. «Посев» № 9/1974;

«Хронику защиты прав в { СССР»} выпуск{ 8.} — { Ред.}

Граждане судьи, граждане заседатели! Нас обвиняют по статье 130 ч. 2 в нарушении законодательства о культах. Что можно сказать в нашу защиту? Мы, верующие, все наши действия прежде всего рассматриваем с точки зрения верности Богу. Жизнь наша непосредственно подчинена Богу. Поймите, что верующие не могут идти на компромиссы с Богом. Верующий должен или верно служить Богу или быть отступником в своих глазах.

Здесь прежде всего идет речь о велении совести, пробужденной Богом. Человек искренне верующий не может иначе жить, как по совести, освященной Богом. Вот поэтому закон и говорит о свободе совести. И когда издавался декрет «Об отделении церкви от государства и школы от церкви», подписывающие его понимали, что значит свобода совести. Это не свобода старцев и калек, сидящих на печи и молящихся, когда их никто и не видит — для таких и закона не нужно, — а свобода верующих, молодых и старых, свободно совершать служение своему Богу, открыто сообща учить детей и самим учиться религии, не подвергаясь в то же время преследованиям со стороны власти. Такую свободу верующие в СССР имели до 192? года.

А законодательство о культах прямо направлено на стеснение совести, на подавление чувств верующих. Мы не можем принять условий служения Богу, определяемых законодательством — оно противоречит учению Христа. А вы знаете, что первые христиане, чтобы остаться верными Богу, шли на любые мучения, на костры, на кресты, на арену римского Колизея, были растерзываемы зверями, перепиливаемы пилами, скитались, не имея места, где склонить голову, в холоде и голоде, в постоянных опасностях от предательства. И все это потому, что они имели настоящую веру, настоящие убеждения, неподкупную совесть. В это время Церковь не несла духовного урона и имела настоящую божественную чистоту. Урон она понесла после, когда стала как неверная жена по отношению к Богу. Вот тогда-то и появились ложные учения, разделившие христианство на различные толки, что мы и видим сегодня.

Мы не можем не учить детей. На это есть повеление Бога. Как

же

мы можем идти против Бога? Как же мы можем подавить голос совести перед нашими детьми? Разве может коммунист учить своих детей иному, чем учению о коммунизме? Не может. Не может и христианин, убежденный в учении Христа, не говорить о Христе своим детям. Мы не можем не собираться. Без этого нет Церкви. Мы не призываем к неповиновению власти, как нас обвиняют. Мы выполняем все, что требует закон от каждого гражданина СССР, если это не касается наших духовных убеждений. Собрания наши проходят открыто. Все желающие присутствовать у нас на собрании имеют такую возможность. Наши собрания нельзя назвать нелегальными, ибо власти знают нас, неоднократно присутствовали на собраниях, переписывали верующих. Мы не против регистрации. Но против несправедливых условий, навязываемых регистрацией. Мы готовы хоть сегодня зарегистрироваться, если условия регистрации будут основаны на учении Христа, с духовной стороны, и на декрете «Об отделении церкви от государства и школы от церквы», с гражданской стороны. Это приемлемо для всех. Так регистрировались церкви до 192? года, до появления законодательства о культах.

Нас обвиняют по статье 170 ч. 1 в изготовлении литературы и в распространении ложных слухов, порочащих общественный строй. У нас изъяли литературу, журналы, письма правительству, обращения к верующим, информационные листки, детскую литературу духовного направления. Не секрет, что в журналах и информационных изданиях есть сообщения о гонениях против верующих на местах, о непосильных штрафах (город Фрунзе), о насили-ях со стороны милиции и дружинников (город Томск) и другие. Но разве можно нас обвинять в том, что мы получаем такие сведения? Во-первых, мы их не распространяем, не печатаем, а принимаем к сведению, чтоб и нам разделить скорби наших братьев. Во-вторых, это не заведомо ложные слухи, как нас обвиняют, а правда, горькая правда. И если бы власти были заинтересованы в установлении истины, то они могли бы получить более исчерпывающую информацию непосредственно по месту событий, о которых нам сообщают. Заметьте, что сообщения с мест пишутся не анонимно, а от соответствующих лиц и с соответствующими адресами. Разве кто-нибудь решится открыто писать ложь в ЦК, в Президиум Верховного совета, Генеральному прокурору? Нет. Разве можете вы нас обвинять, когда все верующие в СССР после этого суда узнают правду, за что вы нас обвиняли, сколько человек вы осудили и на какие сроки и сколько вы осиротили маленьких детей? А ведь об этом могут узнать и верующие всего мира. И разве это будут ложные измышления? Конечно, нет. В этом случае уместно сказать: нельзя обижаться на зеркало, оно отобразит такое лицо, какое оно есть на самом деле.

Я вам со всей ответственностью заявляю: как только верующие перестанут быть гонимы, так сейчас же прекратятся подобные информации. Мы были бы рады свидетельствовать всему миру о той свободе, за которую мы боремся вот уже второе десятилетие, но до сих пор мы не можем дать такого свидетельства. И не мы в этом виновны. Мы в Талды-Кургане не печатаем никакой литературы. Следствие не дает никаких вещественных доказательств по данному обвинению. Нет средств распространения печати. Из-за недостатка духовных сборников нам приходится их переписывать. А разве это преступление? Правительство иногда дает разрешение печатать Библию и сборник для Союза Баптистов в ограниченном количестве. Но что значит двадцать тысяч сборников для такой страны, как наша? Вот и приходится для себя переписывать вручную. Подрастают дети и тоже начинают переписывать. А что же еще делать? Разве мы виновны, что история оставляет неизгладимый след от тех действий власти, которая по сей день не перестает нас преследовать, но изобретает все новые и новые формы репрессий?

Считается закономерным, когда произведения писателей и поэтов отражают истинное положение вещей. Там, где народ переживает скорбь, поются печальные песни. Там, где нет свободы, произведения призывают к борьбе. Там, где радость, счастье и свобода, — возносится благодарность Богу. А вы хотите, чтобы верующие замолчали, чтобы потомки наши не узнали, что мы переживали. Да если мы будем об этом молчать, мы пожнем только презрение от наших же детей как жалкие трусы.

Нас обвиняют за те сведения, которые мы имели от верующих всей страны. Но не предъявлено обвинения, какую ложь сказали мы? Чем непосредственно мы опорочили общественный строй? И за все сообщения с мест верующие всегда готовы дать отчет. Так, на встрече с бывшим Председателем Президиума Верховного совета

Микояном

в 1965 году верующие предложили ему для ознакомления с фактами гонений 30 документов А устно было сказано, что если потребуется, верующие готовы представить все документы, свидетельствующие о репрессиях в СССР, и стол Председателя Президиума Верховного совета не вместит их. Микоян признал, что подобные факты насилий безусловно являются беззаконными и дал заверение, что этот вопрос будет рассмотрен в правительстве. Но, к сожалению, он вскоре ушел на пенсию и вопрос остался неразрешенным. А вы говорите о какой-то клевете, о ложных измышлениях.

Всем верующим известно об Обращении наших братьев Винса и Козлова к Генеральному секретарю ЦК КПСС

Брежневу

и

Руденко,

в котором они описывают всю свою жизнь и готовы встретиться лично с целью уяснить факты, свидетельствующие о гонениях на верующих. А вы говорите — измышления В 1966 году со всех мест страны были посланы делегаты в Москву с заявлениями от местных общин. 3 дня верующие, 500 человек, простояли у стен ЦК и не получили приема. А после были погружены на автобусы, по пятьдесят человек в каждый, и отправлены в тюрьму. Кто был оштрафован и отпущен, а кто получил срок. Разве это измышления? И вот тогда я вспомнил стихотворение Некрасова «Размышления у парадного подъезда», где он показывает, как были приняты ходоки в Петербурге. Разве не так получилось с нами? А вы говорите, что мы порочим действия правительства. А вот Ленин в период революции, когда у него не хватало времени на государственные дела, принимал ходоков. А наш депутат Верховного совета СССР не принял нас.

Нас обвиняют по статье 200 часть 1, что мы в беседе с учителями просили их оставить в покое наших детей, так как дети наши верят в Бога и не могут быть пионерами. Быть пионером или не быть им — добровольное дело И никто не имеет права насильно заставлять человека вступить в ту или иную организацию без его желания А о том, что наши дети не желали вступить в пионеры, учителя знали Но тем не менее не оставляли в покое их Не является ли это посягательством на права человека? В беседах с учителями я неоднократно ссылался на декрет «Об отделении церкви от государства и школы от церкви». Пункт 7 гласит: «Школа отделяется от церкви Преподавание религиозных вероучений во всех государственных и общественных, а также частных учебных заведениях, где преподаются общеобразовательные предметы, не допускается Граждане могут обучать и обучаться религии частным образом». Посмотрите! В этом историческом документе даже нет слова «запрещается», а вместо него есть слово «могут». Выходит, что религиозное воспитание недопустимо только в стенах учебных заведений, а частным образом граждане могут учиться и учить религии Что же мы делаем? Учим своих детей в своих же домах, следовательно, частным образом Почему

же

нас за это преследуют?

Оказывается, нас обвиняют в ом, что мы не понимаем значения прав, обусловленных в декрете Как известно, декрет был подписан в 1918 году и с того времени до 192? года ни один верующий, занимающийся только вопросами веры и не распространением, не был подвергнут репрессии Но с 192? года начал действовать новый закон «Законодательство о культах», который был рожден периодом культа личности Сталина и был направлен на попрание прав человека и который, как ныне образно выражается пресса, является антидемократическим законом Законодательство о культах уже само по себе является незаконным актом, так как декрет гласит «На территории республики запрещается издавать другие законы или постановления, которые стесняли бы или ограничивали совесть верующих». Как известно, тогда, когда подписывался декрет, на территории России была только одна республика и посему выражение «на территории республики» не относится к какой-либо отдельной союзной республике, а является обязательным на всей территории СССР Однако, невзирая на запрет декрета, законодательство получило силу Это понятно, если мы рассматриваем вопрос на уровне 30-х — 40-х годов.

Тысячи верующих и неверующих были репрессированы по обвинению в самых тяжких преступлениях против государства Но то время прошло. Народ и партия осудили период культа личности Тысячи оставшихся в живых вышли на свободу, в том числе и верующие, получили реабилитацию, получили пенсию по старости В 195? году было Постановление ЦК КПСС «Об ошибках в атеистической пропаганде», в котором осуждались методы и взгляды атеистов в борьбе с религиозными убеждениями, которые по сути дела сводились к борьбе против верующих И так мы с вами являемся свидетелями, как на территории СССР действуют два законодательства о верующих Один закон направлен, чтобы оградить права человека, дать ему гарантии безопасности, а другой закон направлен, чтобы ограничить их законные права, сделать их в глазах общества преступниками.

Вопрос о праве верующих избирать любую религию и распространять ее был освещен В И Лениным еще до Октябрьской революции В своем обращении к деревенской бедноте Ленин писал. «Только в России да в Турции остались еще позорные законы против людей иной, не православной веры, против раскольников, сектантов, евреев. Эти законы либо прямо запрещают ее, либо лишают людей известной веры некоторых прав Все эти законы — самые несправедливые, самые насильственные, самые позорные Каждый должен иметь свободу не только держаться какой угодно веры, но и распространять ее и менять… Вот за что борются социал-демократы, и пока эти меры не будут проведены без всяких оговорок и без всяких лазеек, до тех пор народ не освободится от позорных полицейских преследований за веру».

Трудно более точно, более красочно охарактеризовать преследование за веру и ее распространение, чем В И Ленин Вот поэтому-то он лично сам участвовал в редактировании текста декрета. Вот поэтому в декрете и оговорено, что другие законы, стесняющие или ограничивающие совесть, издавать запрещается Что такое обучение детей религии? Это распространение религии, о праве на которую говорит В. И Ленин. Вот поэтому-то в декрете, пункт 7 и говорится. «Граждане могут обучать и обучаться религии частным образом». Вы видите, что все документы и высказывания Ленина по отношению к верующим направлены на защиту их прав. А что мы видим ныне? По всей стране проходят суды. Верующих обвиняют в посягательстве на права человека под видом религии, тогда как они имеют полное право учить своих детей религии Эти суды являются свидетельством попрания прав человека. Разве это предвидел В. И. Ленин? Почему же сегодня нас судят, как раньше судили наших дедов! Только потому, что наши права, права человека самым грубейшим образом попираются и доныне, невзирая на все гуманные законодательные акты, как внутри страны, так и международные.

В 1948 году была подписана Декларация прав человека, в которой с особой силой подчеркивается неоспоримое преимущественное право родителей в деле воспитания. Приоритет в выборе образования для своих малолетних детей принадлежит родителям и законным опекунам. Обращаю ваше внимание на то, что не партии, не профсоюзу, не обществу принадлежит право в выборе образования для малолетних детей, а нам, родителям. В 1960 году была принята Конвенция о борьбе с дискриминацией в области образования. В 1962 году Конвенция была ратифицирована в СССР («Ведомости Верховного Совета СССР», № 44 (1131), ст. 452). Она гласит:

«Родители и законные опекуны имеют право воспитывать детей в духе собственных убеждений».

Кажется, уже столько документов существует, защищающих права родителей-верующих, что не должно быть и речи о каких-либо преследованиях. Однако позорные акты преследований продолжаются. И мы с полным основанием во весь голос можем заявить: не мы посягаем на права человека, а вы посягаете на наши права родителей-верующих. На языке всех юристов мира можно сказать только одно: когда есть подобные законы и их не соблюдают власти, это — произвол, это — насилие, это — позор нашего времени. И скажу, не секрет, что общественность мира удивлена и встревожена подобными актами. В адрес правительства пишутся протесты и просьбы покончить с репрессиями против верующих. Неужели вас не волнует, что те негры в Америке и Африке, которые борются за свои права, скоро обличат вас в тяжком преступлении против человека, в попрании прав человека.

Уже в то время, когда мы были в тюрьме, в Москве проходил Конгресс миролюбивых сил за безопасность и разоружение, на котором в частности был поднят вопрос и о веротерпимости. Итак, все формы дискриминации по признаку религии Конгресс осудил. Нам не прямо запрещают верить в Бога. Но избирают такие формы, чтобы делу дать законный вид и толк. И получается, как в басне «Волк и ягненок»: «У сильного всегда бессильный виноват».

Кому не известно, что служит истинной причиной преследования верующих? Причина эта — живая вера в живого Бога. Но так как все-таки стыдно говорить, что верующих преследуют потому, что они являются свидетелями о Боге, против нас фабрикуют такие обвинения, которые по духу убеждения мы даже не можем делать. Мы не можем распространять ложные измышления, потому что ложь — грех. А если мы о чем-то говорим, то говорим о вещах, которые видят все люди. Мы не можем насильно навязывать веру никому, даже детям, мы только свидетельствуем о Боге. А выбирать путь им придется самим, когда они придут в возраст. Вы прекрасно знаете, что если дети наши будут верующие, они не будут судимы за воровство, за насилие, за бродячий образ жизни. Вы знаете, что практического вреда нет от того, что человек верит в Бога. Однако вас волнует, что подрастающее поколение будет тоже верить в Бога. Вот истинная причина, за что вы нас судите.

Что ж, судите нас. Только знайте, что вы судите незаконно, обвиняете несправедливо. Знайте и то, что история христианства продолжает писаться, и в этой истории со всей справедливостью и достоверностью будет открыт и настоящий период. Подумайте, не будут ли потомки судить вас, как вы сегодня судите инквизиторов?