Глава 9 ДОЗНАНИЕ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 

Мчащаяся по дороге машина «подрезает» патрульный милицейский «уазик».

Озверевшие милиционеры догоняют автомобиль, останавливают, вытаскивают водителя и начинают избивать. Лупят ногами, дубинками.

Из машины с другой стороны выбирается человек и еле стоит на ногах от хохота.

Старший наряда обращается к нему:

— А ты чего ржешь?!

— Да понимаете, у меня машина с правым рулем.

А этот мужик просто попросил до угла подбросить…

СТАТЬЯ 117 УПК РФ: ОРГАНЫ ДОЗНАНИЯ

Органами дознания являются:

1) милиция;

2) командиры воинских частей, соединений и начальники военных учреждений — но делам о всех преступлениях, совершенных подчиненными им военнослужащими, а также военнообязанными во время прохождения ими сборов; по делам о преступлениях, совершенных рабочими и служащими Вооруженных Сил СССР, в связи с исполнением служебных обязанностей или в расположении части, соединения, учреждения;

3) органы федеральной службы безопасности — по делам, отнесенным Законом к их ведению;

(в ред. Федерального Закона от 17.12.95 № 200-ФЗ)

4) начальники исправительно-трудовых учреждений, следственных изоляторов, лечебно-трудовых профилакториев и воспитательно-трудовых профилакториев — по делам о преступлениях против установленного порядка несения службы, совершенных сотрудниками этих учреждений, а равно по делам о преступлениях, совершенных в расположении указанных учреждений;

5) органы государственного пожарного надзора — по делам о пожарах и о нарушении противопожарных правил;

6) органы пограничной службы Российской Федерации — по делам о нарушении режима Государственной границы Российской Федерации, пограничного режима и режима в пунктах пропуска через Государственную границу Российской Федерации, а также по делам о преступлениях, совершенных на континентальном шельфе Российской Федерации;

(в ред. Федерального Закона от 13.04.96 № 30-ФЗ)

7) капитаны морских судов, находящихся в дальнем плавании, и начальники зимовок в период отсутствия транспортных связей с зимовкой;

8) федеральные органы налоговой полиции — по делам, отнесенным Законом к их ведению;

(вред. Федерального Закона от 17.

l

2.95

Ns

200 — ФЗ)

9) таможенные органы — по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 188, 189, 190, 193 и 194 Уголовного кодекса Российской Федерации.

(п. 9 в ред. Федерального Закона от 2J.J2.96 № 160-ФЗ) (в ред. Указов Президиума Верховного Совета РСФСР от 08.08.83, 24.01.85, Законов РФ от 02.07.92 № 3181-1, 29.04.93 NQ 4902-1; Федеральных законов от 01.07.94 № 10 — ФЗ; от 18.05.95 г. № 79-ФЗ — Ведомости Верховного Совета РСФСР, 1983, № 32, cm . 1153; 1985, NQ 5, cm . 163; Ведомости СНД РФ и ВС РФР, 1992, № 33, cm . 1912; 1993 , № 22, cm . 749;

«Российские вести», № 123, 06.07.94; «Российская газета», № 98, 23.05.95)

В данной статье органами дознания называются только те, которые имеют право на производство оперативно-розыскных мероприятий по обнаружению преступлений и совершивших их лиц: милиция, ФСБ, Федеральная Служба Налоговой Полиции, Начальники исправительно-трудовых учреждений и Следственных изоляторов и Таможенные Органы РФ.

Причем каждый орган дознания имеет право производить оперативно-розыскные действия только по делам, относящимся к сфере их компетенции. При обнаружении признаков преступления, которые выходят за эти пределы, любой из этих Органов обязан поставить в известность тот, который данными делами занимается, и, согласно Закону, передать собранный материал.

Органы дознания имеют право проводить следующие уголовно-процессуальные мероприятия:

— проверочные действия в стадии возбуждения уголовного дела;

— розыскные действия;

— следственные действия.

Правила проведения всех этих действий в полном объеме регламентируются УПК РФ и «Законом об оперативно-розыскной деятельности».

Любое (!) действие, имеющее отношение к гражданину, не может быть основано ни на какой инструкции для сотрудников органов, только на Конституции РФ и УПК РФ. Любая ссылка (!) на должностную или внутреннюю инструкцию незаконна. Внутри своих организаций сотрудники могут обращаться друг с другом, как они хотят и как у них заведено, гражданин же не имеет ко всему этому никакого (!) отношения.

При обнаружении в результате проверки, наблюдения или иных действий в отношении гражданина любого упоминания о том, что «в соответствии с инструкцией номер такой-то было произведено то-то и то-то», сразу же обращайтесь с заявлением в прокуратуру по факту нарушения Ваших гражданских прав и требуйте признания незаконными этих действий.

Ситуация не такая уж и редкая, как это может показаться. Очень часто именно оперативные сотрудники милиции (патрульные, ОМОН, СОБР и пр.) мотивируют свои действия — личный обыск гражданина на улице, неоправданно жестокие действия при задержании подозреваемого или при проверке какого-нибудь заведения — именно тем, что в их «инструкциях» якобы расписаны «пределы» их действий. Так-то оно так, но ни в одной инструкции, к примеру, не говорится, что можно укладывать посетителей проверяемого заведения (казино или ресторана) на пол, пинать их ногами или бить прикладом, что случается постоянно. Граждане, пришедшие отдохнуть вечером в увеселительное учреждение, не имеют отношения к «проблемам» фирмы и являются абсолютно посторонними и невиновными с точки зрения Закона. К сожалению, подобные действия сотрудников Правоохранительных Органов никак не наказываются, а милицейское начальство даже гордится столь «жестким» поведением своих подчиненных и с экрана телевизора всячески старается навязать народу мнение, что это — нормально.

Совершенно естественно, что вред, наносимый гражданам подобными «оперативными мерами», значительно превосходит пользу от задержания лиц, находящихся в розыске, не говоря уже о том, что подобные действия являются грубейшим нарушением Закона.

В УК РФ существует статья 286, которая рассматривает и очень полно квалифицирует такие действия.

Статья 286 УК РФ: Превышение должностных полномочий

1. Совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых Законом интересов общества или государства, наказывается штрафом в размере от ста до двухсот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного до двух месяцев, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до четырех лет.

2. То же деяние, совершенное лицом, занимающим государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, а равно главой органа местного самоуправления, —

наказывается штрафом в размере от пятисот до восьмисот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от пяти до восьми месяцев, либо лишением свободы на срок до семи лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, если они совершены: а) с применением насилия или с угрозой его применения; б) с применением оружия или специальных средств; в) с причинением тяжких последствий, — наказываются лишением свободы на срок от трех до десяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

Причем стоит отметить, что данные действия сотрудников Органов как раз и прикрываются необходимостью неких «мер дознания», что позволяет отнести их к статьям 117 и 118 У ПК РФ.

Любой гражданин, попавший в такую ситуацию (или подобную ей), имеет полное право, ориентируясь на статьи 18 и 21 Конституции РФ, подать в прокуратуру заявление, если его права были тем или иным образом нарушены. И, кстати, имеет очень высокие шансы наказать своих обидчиков, если будет действовать безотлагательно.

Статья 18 Конституции РФ:

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение Законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Статья 21 Конституции РФ:

1. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления.

2. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам.

Не стоит забывать, что от каждого гражданина в отдельности зависит, будет ли исполняться Закон в стране в целом, — если все будут вести себя пассивно, — одно дело, а если нет?

СТАТЬЯ 118 УПК РФ: ОБЯЗАННОСТИ ОРГАНОВ ДОЗНАНИЯ

На органы дознания возлагается принятие необходимых оперативно-розыскных и иных предусмотренных уголовно-процессуальным Законом мер в целях обнаружения преступлений и лиц, их совершивших.

На органы дознания возлагается также обязанность принятия всех мер, необходимых для предупреждения и пресечения преступления.

Деятельность органов дознания различается в зависимости от того, действуют ли они по делам, по которым производство предварительного следствия обязательно, или же по делам, по которым производство предварительного следствия не обязательно.

В дополнительных комментариях статья не нуждается, ибо является продолжением статьи 117 УПК РФ и уже прокомментирована.

СТАТЬЯ 119 УПК РФ: ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ОРГАНОВ ДОЗНАНИЯ ПО ДЕЛАМ, ПО КОТОРЫМ ПРОИЗВОДСТВО ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ ОБЯЗАТЕЛЬНО

При наличии признаков преступления, по которым производство предварительного следствия обязательно, орган дознания возбуждает уголовное дело и, руководствуясь правилами уголовно-процессуального закона, производит неотложные следственные действия по установлению и закреплению следов преступления: осмотр, обыск, выемку, освидетельствование, задержание и допрос подозреваемых, допрос потерпевших и свидетелей.

Об обнаруженном преступлении и начатом дознании орган дознания немедленно уведомляет прокурора.

По выполнении неотложных следственных действий орган дознания, не ожидая указаний прокурора и окончания срока, предусмотренного частью первой статьи 121 настоящего Кодекса, обязан передать дело следователю. В случае, если данное преступление подследственно разным органам предварительного следствия, дело направляется прокурору для определения органа, который будет проводить предварительное следствие.

(вред. Федерального Закона от 21.12.96 № 160-ФЗ)

После передачи дела следователю орган дознания может производить по нему следственные и розыскные действия только по поручению следователя. В случае передачи следователю дела, по которому не представилось возможным обнаружить лицо, совершившее преступление, орган дознания продолжает принимать оперативно-розыскные меры для установления преступника, уведомляя следователя о результатах.

Перечень следственных действий, которые могут быть произведены сотрудниками органов правопорядка, не подлежит никакому расширенному толкованию — им разрешается делать только то, что входит в непосредственную компетенцию органа дознания. За эти пределы следствие выходить не имеет право.

То есть следователь имеет право беседовать с человеком только и исключительно по существу дела, ему подследственному, и не пытаться путем посторонних разговоров установить свое мнение о возможности совершения гражданином каких-либо деяний, склонности гражданина к чему-либо, его взаимоотношениях с людьми, непосредственно не причастными к данному делу, и пр. На практике именно на основании подобных разговоров следователь способен прийти к самому невероятному выводу.

Защитники Стражей Порядка (этакий GREY-PEACE

[2]

из юристов, отставных сотрудников органов и журналистов, пишущих и снимающих на «криминальные темы») обязательно возразят Автору и начнут его упрекать в «незнании Законов», «дилетантизме» и «необходимости всесторонне и полно исследовать все обстоятельства дела», как сказано в статье 20 УПК РФ.

Уважаемые ГРЕЙПИСОВЦЫ! Автору не понаслышке известно содержание статей УПК РФ и в особенности пресловутой статьи 20. Всестороннее, полное и объективное исследование материалов дела и проведение дознания в соответствии с этим принципом как раз и направлены на разбор обстоятельств именно «дела», а не на свободное изложение выводов, появившихся у следователя в процессе разговоров на отвлеченные темы (или в результате алкогольной интоксикации). Органы дознания (прежде всего милиция) должны работать именно по делу, а не стараться путем нагромождения «левых» действий и протоколов, допросов как-то «доказать» причастность гражданина к совершению преступления.

Поэтому Закон и предусматривает жесткие рамки, в которых действует каждый орган дознания, и определяет пределы его компетенции.

К вопросу об оперативно-розыскных мерах по установлению личности неизвестного преступника.

Сразу оговоримся, что речь идет не о серийных убийцах, маньяках и прочих нехороших личностях. В этих случаях по делам работают бригады, составленные из профессионалов, и поиск подобных лиц является приоритетным. И это правильно. Главное, чтобы в списки задержанных попадалось поменьше посторонних граждан.

Установлением личности предполагаемых преступников занимаются так называемые розыскные отделы МВД, РУОП и т. д. и просто обычные оперативники из районных отделений.

Какую-либо закономерность в поиске лица, подозреваемого в совершении преступления, установить сложно — все зависит только и исключительно от желания сотрудников органов. Захотят — будут искать, не захотят — в соседнем со следователем кабинете напишут под водочку рапорт: «Личность преступника путем оперативно-розыскных мероприятий не установлена», и все тут. Доказать, что оперативные работники палец о палец не ударили, невозможно. В некоторых случаях даже просьбы следователя не помогают, и розыск стоит на месте.

Из этого следует, что потерпевший, если он действительно хочет помочь следствию (а значит, и самому себе), должен: во-первых, дать полную и объемную характеристику разыскиваемого объекта (не только описание внешности, но и манера разговора, походка, акцент, характерные движения и пр.), во-вторых — постараться выяснить параллельно с органом дознания, где данное лицо может находиться. Но не перегибайте палку! Не стоит брать на себя функции частного детектива и пытаться начать слежку — Вы не профессионал и будете смотреться жалко и глупо (заодно еще и «объект» вспугнете). Любая новая информация (не Ваши домыслы, а информация!) должна быть быстро доведена до следователя.

В органах дознания любят, когда часть работы, особенно самую рутинную, долгую и безнадежную, потерпевший берет на себя, оставляя сотрудникам победно рапортовать начальству о «выполненных» следственных действиях и стыдливо краснеть на общем собрании таких же «розыскников», когда вручается премия или почетная грамота.

СТАТЬЯ 120 УПК РФ: ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ОРГАНОВ ДОЗНАНИЯ ПО ДЕЛАМ, ПО КОТОРЫМ ПРОИЗВОДСТВО ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО

По делам, по которым производство предварительного следствия не обязательно, орган дознания возбуждает дело и принимает все предусмотренные уголовно-процессуальным Законом меры для установления обстоятельств, подлежащих доказывайте по уголовному делу.

При производстве дознания по делам, по которым предварительное следствие не обязательно, орган дознания руководствуется правилами, установленными настоящим Кодексом для предварительного следствия, за следующими исключениями:

1) исключен;

2) потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и их представители извещаются об окончании дознания и направлении дела прокурору, но материалы дела для ознакомления им не предъявляются;

3) на органы дознания не распространяются правила, установленные частью второй статьи 127 настоящего Кодекса. При несогласии с указаниями прокурора орган дознания вправе обжаловать их вышестоящему прокурору, не приостанавливая выполнение этих указаний.

По делам, по которым производство предварительного следствия не обязательно, материалы дознания являются основанием для рассмотрения дела в суде.

(в ред. Закона РФ от 23.05.92 — Ведомости СНД РФ и ВС РФ, 1992, No 25, cm . 1389)

Статья в комментариях не нуждается, все — в суд!

СТАТЬЯ 121 УПК РФ: СРОК ПРОИЗВОДСТВА ДОЗНАНИЯ

По делам, по которым производство предварительного следствия обязательно, дознание должно быть закончено не позднее десяти суток со дня возбуждения дела.

По делам, по которым производство предварительного следствия не обязательно, дознание должно быть закончено не позднее одного месяца со дня возбуждения уголовного дела, включая в этот срок составление обвинительного заключения, либо постановления о прекращении или приостановлении дела.

Срок дознания, установленный частью второй настоящей статьи, может быть продлен прокурором, непосредственно осуществляющим надзор за производством дознания, но не более чем на один месяц.

В исключительных случаях срок производства дознания по делу может быть продлен по правилам, установленным статьей 133 настоящего Кодекса.

Срок десять суток определяется и в том случае, когда проверка проводится по заявлению о совершении преступления (через десять суток принимается решение: возбудить уголовное дело или отказать заявителю), и в том, когда дело уже возбуждено, но орган дознания еще проводит свои мероприятия. Тогда десять суток исчисляются со дня возбуждения дела до момента вынесения постановления о направлении его следователю.

В органах прокуратуры период принятия решения о возбуждении уголовного дела растягивается до одного месяца, и ускорить этот процесс нельзя. Это связано с установленными ими самими сроками рассмотрения заявления. Даже если Вы обратитесь с протестом в вышестоящую прокуратуру, то все равно придется ждать месяц, пока уже те соизволят ответить.

СТАТЬЯ 122 УПК РФ: ЗАДЕРЖАНИЕ ПОДОЗРЕВАЕМОГО В СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

Орган дознания вправе задержать лицо, подозреваемое в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы, только при наличии одного из следующих оснований:

1) когда это лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения;

2) когда очевидцы, в том числе и потерпевшие, прямо укажут на данное лицо, как на совершившее преступление;

3) когда на подозреваемом или на его одежде, при нем или в его жилище будут обнаружены явные следы преступления.

При наличии иных данных, дающих основания подозревать лицо в совершении преступления, оно может быть задержано лишь в том случае, если это лицо покушалось на побег или когда оно не имеет постоянного места жительства, или когда не установлена личность подозреваемого.

О всяком случае задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, орган дознания обязан составить протокол с указанием оснований, мотивов, дня и часа, года и месяца, места задержания, объяснений задержанного, времени составления протокола и в течение двадцати четырех часов сделать письменное сообщение прокурору. Протокол задержания подписывается лицом, его составившим, и задержанным. В течение сорока восьми часов с момента получения извещения о произведенном задержании прокурор обязан дать санкцию на заключение под стражу либо освободить

задержанного.

(в ред. Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 30.12.76 — Ведомости Верховного Совета РСФСР, 1977, № 1, cm . 2)

В статье говорится, что орган дознания «вправе» задержать гражданина, подозреваемого в совершении преступления, но при этом указывается, что на это нужны основания.

При взгляде на современную систему правопорядка создается впечатление, что следователи, прочитав первую фразу только до второй запятой, сильно устают от умственного перенапряжения и отбрасывают УПК в сторону. Остальная часть статьи остается им неведома. Раз «вправе», значит, надо делать. Зачем, почему — потом разберемся! Главное — схватить и «не пущать»!

Эта порочная практика зиждется на мнении, что основной задачей следствия является не раскрытие преступлений, а задержание как можно большего количества граждан как показатель «активности» следователя. («Посидит гражданин в камере, подумает, может, чего и выйдет».) То есть задержание подозреваемого в подавляющем большинстве случаев имеет цель показать человеку «Власть Системы» и постараться заставить его «признаться» (в чем, этот вопрос стоит у следствия уже на втором месте). В У К РФ существует статья 7:

Статья 7 УК РФ: Принцип гуманизма

1. Уголовное законодательство Российской Федерации обеспечивает безопасность человека.

2. Наказание и иные меры уголовно — правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, не могут иметь своей целью причинение физических страданий или унижение человеческого достоинства.

В Конституции РФ существует статья 22:

Статья 22 Конституции РФ:

1. Каждый имеет право на свободу и личную » неприкосновенность.

2. Арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению. До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов.

Указанные статьи имеют прямое отношение ко всем статьям УПК РФ и ко всем иным законодательным актам, затрагивающим права гражданина на свободу передвижения. Сотрудники органов эти статьи не любят и считают их «несущественными».

В любом случае при Вашем (не приведи Господь!) задержании в любом качестве жизненно необходимо направить прокурору заявление о нарушении Ваших гражданских прав со ссылкой на статью 7 УК РФ и статью 22 Конституции РФ. В заявлении желательно подробно перечислить все нарушения следователя и оперативных сотрудников.

При любом дальнейшем раскладе наличие такого заявления пойдет только на пользу.

Подробно рассмотрим основания и мотивы задержания подозреваемого.

1. С «застиганием» на месте преступления все ясно. Другое дело непосредственно «после» его совершения. Законодательство не устанавливает временной период этого самого «после».

Представляется немного странным сочетание понятий «подозреваемый» и «лицо, застигнутое при совершении преступления». Стоит детерминировать случаи, когда человека застигли при СОВЕРШЕНИИ деяния, от случаев, когда его обнаружили на МЕСТЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ.

С «совершением» не может быть иных толкований, кроме как исполнение лицом неких действий. А вот обнаружение «непосредственно на месте преступления» отнюдь не есть возможность поставить знак равенства между гражданином и преступником. Если преступление было совершено на улице или ином открытом пространстве, то любой человек, живущий поблизости или прогуливающийся рядом, или идущий по делам, может на этом самом «месте» оказаться в момент приезда сотрудников милиции. Естественным желанием любого нормального гражданина, если он, к примеру, видит лежащее тело, является стремление либо помочь упавшему, либо посмотреть, в чем дело. Поэтому безапелляционные заявления Стражей Порядка, что, мол, гражданин «там был» и «кроме него, некому это совершить» не имеют никакого значения и говорят лишь о том, что человек в определенный момент или период времени находился на месте совершения преступления.

Задержание неизвестного гражданина с помощью жестких силовых методов при отсутствии у него признаков сопротивления является преступлением согласно статье 286 УК РФ и влечет за собой уголовную ответственность. Сотрудникам Органов, и в особенности СОБР, ОМОН, патрульных нарядов, стоит хоть иногда вспоминать о том, что виденные ими фильмы из жизни американских полицейских не есть руководство к действию и стоящий перед ними человек является гражданином того же государства, что и они, а не жители оккупированной территории.

По правилам, действующим для всех, сотрудник милиции обязан представиться, попросить человека предъявить документы и, в случае отсутствия с его стороны сопротивления, вежливо (!) препроводить его в машину (или в отделение), если в этом возникла необходимость. Все другие действия при отсутствии сопротивления — противозаконны. Стремление бить, ломать руки, швырять на землю не оказывающего сопротивления человека — это психическое отклонение, заключающееся в постоянном комплексе собственной неполноценности и подсознательной боязни проигрыша, заставляющее больного перманентно демонстрировать свою «силу и власть» над окружающими людьми. В этом случае важно отметить: анамнез болезни предполагает, что силу и власть такие индивиды могут проявить только тогда, когда они уверены либо в численном превосходстве, либо в явной физической неспособности оппонента оказать достойное сопротивление, либо в своей безнаказанности. Действительно, психологически сильный человек не нуждается в том, чтобы постоянно доказывать самому себе, что он — не трус и что-то значит в этом мире. В обыденной жизни, вне службы, люди с комплексами становятся домашними тиранами и бьют жену и детей (или соседа-алкоголика, который и стакан-то с трудом поднимает), в общем, тех, кто не может дать сдачи.

Таким образом, гражданин, «застигнутый» вблизи места какого-то преступления, вполне может сначала «огрести» дубинкой или сапогом по почкам, а затем — поселиться в камере в качестве подозреваемого. Из этого следует вывод: если Вы увидели нечто (тело, группу тел, большую группу тел, взломанную дверь), то — позвоните в милицию, четко и внятно сообщите о том, что Вы лицезреете, и, сообщив свои ФИО, объясните дежурному, как Вы выглядите (одеты) и где будете стоять (если Вас попросят дождаться сотрудников милиции), дабы Вас не «перепутали» с подозреваемым. Опасаться того, что Вас задержат в этом случае, не следует, —если не Вы это совершили, то ни следователь, ни прокурор, ни патрульные не будут иметь к Вам претензий. В конце концов, на месте лежащего человека могли быть и Вы (конечно, Автор этого не желает), так что безразличная позиция здесь не подходит. Своевременно вызванная «скорая помощь» и милиция способны спасти человеку жизнь.

2. Очевидцы указывают именно на Вас — этот пункт работает только в том случае, если указывается «прямо», то есть без «кажется», «вроде похож» и т. п. Об этом мы подробно поговорим в комментариях к статьям 164-166 УПК РФ (опознание).

3. В этом пункте знаковым словосочетанием является «явные следы». Попробуем разобраться, что же это такое.

На подозреваемом или на его одежде: различные биологические следы (кровь и пр.) — основания, вполне достаточные, так как возможно производство генетического анализа; почва с места преступления на обуви — также достаточно, производятся радиоуглеродный и другие анализы, которые не оставляют двояких толкований; материалы или ткани, прилипшие к одежде, — вот тут как раз не совсем понятно. Это в кино следователь находит ниточку того же материала, из которой была сделана одежда потерпевшего, и подозреваемый тут же во всем сознается. В реальной жизни это совсем не так — если человек пользуется общественным транспортом, то на его верхней одежде можно обнаружить тысячи мельчайших ниточек от самых разнообразных кофт, курток, плащей и т. д. Само по себе обстоятельство обнаружения такого «следа» ничего не доказывает и не может служить основанием для подозрений, ибо одежда — товар массового производства и сотни людей в одном городе могут быть одеты в изделия из одной партии.

«При нем или в его жилище» — как таковые «следы» могут быть либо в виде вещей потерпевшего, либо одежды со следами крови и т. п., либо в виде запрещенных предметов (оружие, наркотики и т. д.).

К сожалению, приходится признать, что часто бывает так, что человеку подбрасывают улики, и не обязательно это делают сотрудники милиции — вполне может сделать и настоящий преступник, чтобы таким образом отвести от себя подозрение.

При таком варианте «обнаружения» гражданин должен:

1. Ни в коем случае не брать вещь в руки и даже не дотрагиваться до нее.

2. Потребовать поместить вещь в полиэтиленовый мешочек и, по возможности, опечатать.

3. Потребовать внести в протокол обыска или выемки свое настоятельное ходатайство о производстве экспертизы на отпечатки пальцев и на наличие потожировых выделений.

4. Не обращать внимания на крики следователя, что «вот тебе и конец!», — как раз наоборот, только начало.

Странное выражение «когда не установлена личность подозреваемого» означает следующее — человека задержали, но он отказывается назвать себя или названное им имя не соответствует действительности, а быстро установить его не удается.

В протоколе задержания следователь помимо «оснований», еще должен изложить «мотив» своего решения. Их существует три:

1. Опасение, что подозреваемый будет продолжать на воле свои преступные действия.

2. Опасение, что подозреваемый скроется от следствия.

3. Опасение, что подозреваемый будет «препятствовать установлению истины по делу».

Эти «мотивы», но в виде «оснований» изложены в статье 89 УПК РФ.

Представляется существенным провести их подробный анализ. Во-первых, основания и мотивы должны быть не просто декларированы следствием, а доказаны (!). Голословные утверждения о том, что «следователю так кажется», — это не основание к задержанию человека, а пустой звук! Следствие давно забыло о необходимости доказывать свои действия. Пришло время об этом напомнить.

Во-вторых, постановление о задержании выписывается на основании статьи 122 УК РФ, а изложение мотивов имеется в статье 89 У ПК РФ, на которую в постановлении ссылок нет. Соответственно мотивы следователь берет из головы — так вот пусть он докажет, по общим правилам, почему он так решил.

В-третьих, сами мотивы представляются слишком расплывчатыми: «продолжение преступных деяний» — это вообще нонсенс, такое словосочетание предполагает уже «установленную вину», а человек — только подозреваемый: как можно выяснить, скроется гражданин или нет, неизвестно (если только сам задержанный не объявляет: «Выпустите меня, я точно убегу!»); что значит «препятствовать установлению истины» непонятно; следствие что, уже «знает истину»? Тогда о каком «расследовании» идет речь?

В любом случае при задержании и предъявлении постановления на задержание гражданин должен сначала написать и подать протест следователю, а уже затем отвечать на вопросы, требовать адвоката и т. д.

ОБРАЗЕЦ:

Прокурору П-ского района г. Свято-Петровска г. Терпилукову А. В. от гр. Михайловского-Юнгемана М.А.

ЗАЯВЛЕНИЕ

Прошу Вас проверить мотивы и основания моего задержания в качестве подозреваемого по статье 122 УПК РФ следователем П-ского Следственного Отдела г. Кри-воручкой П. П.

Я считаю, что ни одно из оснований не имеет доказанного подтверждения и задержание является грубейшим нарушением моих Конституционных и Гражданских прав. Мне не объяснено, на каком основании сделан вывод о моей причастности к совершению какого-то преступления.

Убедительно прошу в предусмотренный Законом срок направить документы о моем задержании на судебную проверку и сообщить мне, когда будет проведено судебное заседание с моим участием.

(Число, подпись.)

Заявление пишется достаточно нейтрально по стилю, чтобы следователь сразу не озверел и не попытался бы применить к Вам меры физического воздействия. Удовлетворить Ваше требование обязаны в любом случае, неисполнение в предусмотренный Законом срок (трое суток) есть существенное нарушение, и прокурору это не нужно.

Обязательно требуйте личного участия в судебном разбирательстве, только так Вы сможете отстоять свои права. Следователь должен будет убедительно объяснить и доказать необходимость Вашего задержания, соответственно Вы получите возможность его слова опровергнуть. У судей нет такой солидарности со следствием, как у прокуратуры, поэтому Вы получите реальный шанс (именно шанс, а не стопроцентную гарантию!) выйти на свободу. Конечно, существуют и безразличные судьи, и тупые прокуроры, но иметь шанс лучше, чем не иметь ничего.

Есть одно маленькое «но» — необходимо, чтобы следователь реально передал Ваше заявление, а не уничтожил его.

Чтобы избежать такой «подлянки» (которая, кстати, не столь редка), Вам обязательно, когда Вы попадете в СИЗО района, надо сообщить о факте своего заявления начальству СИЗО (кому-либо из дежурных офицеров милиции) и проверяющим, которые СИЗО посещают (из ГУВД или прокуратуры). Сделать это нужно в течение первых суток Вашего там нахождения — попросить, при вопросе:

«Есть ли жалобы, пожелания?» — узнать, что с Вашим заявлением.

Если Вы чувствуете, что следователь не чист на руку, сразу по прибытии в СИЗО и при оформлении (снятие отпечатков пальцев, фотографирование) попросите бумагу и ручку и продублируйте заявление через начальство СИЗО или дежурного офицера. Сотрудники изоляторов не препятствуют таким действиям и спокойно направляют заявления по инстанциям (если, конечно, в заявлении нет ни слова об их внутренних нарушениях). Сотрудники Органов из разных подразделений не отличаются пристрастием к взаимопомощи.

Помните: наличие такого заявления крайне необходимо и обязательно. Бороться на свободе легче, чем в камере.

Трое суток задержания складываются из двух частей: в течение первых двадцати четырех часов следователь обязан уведомить прокурора о произведенном задержании, в течение следующих сорока восьми часов прокурор дает свою санкцию на освобождение или арест.

Как Вы понимаете, прокурор подписывает такие постановления не читая (полагаясь на слова следователя). Подозреваемый — это не обвиняемый, и сотрудники органов считают, что посидеть трое суток в камере — «ничего страшного». Это, конечно так, но у граждан есть и свои права.

Если следователь окажется порядочным, то Ваше заявление ляжет на стол прокурора вместе с постановлением на задержание. В этом случае прокурору придется либо лично с Вами встретиться и выслушать Ваши претензии, либо известить судью о необходимости в течение сорока восьми часов выкроить время для разбирательства.

На судебную проверку Вы имеете гарантированное (!) право, поэтому если с судьей договориться не удастся или прокурора не убедят доводы следователя о действительном наличии оснований, с которыми не стыдно идти в суд, то санкцию на арест прокурор, скорее всего, не даст.

Существует приказ Генерального прокурора РФ № 10 от 21.02.1995 г.

«Об организации прокурорского надзора за расследованием и раскрытием преступления»

, в котором русским языком сказано:

«Не допускать использования задержания как средства получения от подозреваемого признания вины в совершении преступления».

Этот приказ имеет прямое и непосредственное действие на все (!) подразделения Правоохранительных Органов.

Как мы знаем, задержание подозреваемого как раз и используется именно с этой целью — получить «признательные показания». Добиться от свободного гражданина чего-либо сложновато — тут следователю мыслительный аппарат напрягать нужно (если он есть в наличии), и доказательства собирать (а где он их возьмет?), и с гражданином вежливо разговаривать. А при задержании лафа в камере подержал, в кабинете попинал, и вот оно, родимое «признание»! И работать не надо!

Поэтому в заявлении (от Вас или Ваших родственников) обязательно ссылайтесь на то, что следователь прямо использует задержание как «единственное средство» (!) получения признания в совершении преступления. Прохождение такого заявления напрямую от Вас затруднено барьером в виде телесного воплощения по кличке «следователь», потому пусть кто-либо из родственников подаст его в прокуратуру города.

ОБРАЗЕЦ:

Прокурору города Свято-Петровска

г. Сидорчуку И. И. от гр.Крокодильчиковой

ЗАЯВЛЕНИЕ

01.01.1995г. мой муж, Весельчаков Т. Р., был задержан следователем Тупоумовым С. С. по статье 122 УПК РФ в качестве подозреваемого в совершении кражи.

Никаких оснований к этому у следователя Тупоумова не имеется. Однако, как он сам мне сообщил, ему нужно, чтобы мой муж «признался» и задержал он его «именно для этого».

Следователь Тупоумов С. С. заявил мне, что не выпустит моего мужа из камеры до тех пор, пока не получит «нужных показаний».

Я считаю происходящее нарушением Закона и Конституции РФ и убедительно прошу Вас принять меры прокурорской проверки законности этого задержания.

01.01.1995г. Крокодильчикова

Заявление подается в тот же день или, в крайнем случае, на следующий, если задержание произошло вечером или ночью.

Прокуратура города обычно реагирует достаточно оперативно, по крайней мере, сразу позвонят прокурору района и скажут: «Ты там разберись, что у тебя с задержанием гражданина такого-то происходит!» А этот звонок предполагает неизбежность Вашей встречи с сотрудником прокуратуры, на которой следователь должен будет доказывать свои подозрения.

СТАТЬЯ 122 УПК РФ: ПОРЯДОК КРАТКОВРЕМЕННОГО ЗАДЕРЖАНИЯ ЛИЦ, ПОДОЗРЕВАЕМЫХ В СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

(введена Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 30.12.76)

Порядок кратковременного задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления, определяется Федеральным Законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

(в ред. Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 08.08.83 — Ведомости Верховного Совета РСФСР, 1977, № 1, cm . 2; 1983, № 32, cm . 1153, Федерального Закона от 15.06.96 NQ 73-ФЗ)

Содержание подозреваемого под стражей, даже и кратковременное, малоприятно. Трое суток содержания складываются из первых суток, когда следователь ставит в известность прокурора, и сорока восьми часов, в течение которых прокурор решает, выпустить Вас или нет. На самом деле прокурор лично этим голову себе забивать не станет, а подождет, с чем к нему на исходе третьих суток пожалует следователь. Ну и, конечно, важную роль играют взаимоотношения прокуратуры и следствия, ибо по существующей статье 96 У ПК РФ (заключение под стражу) арест может быть применен фактически к любому обвиняемому, чья статья предусматривает лишение свободы на срок год и более, а это — две трети статей УК РФ.

Любому человеку, имеющему основания полагать, что его могут задержать на трое суток в качестве подозреваемого, необходимо знать следующее:

1. В районном СИЗО кормят один раз в день, обычно в 14-15 часов.

2. В туалет выводят три раза в день (хотя, если разобраться, подозреваемый, равно как и обвиняемый, — гражданин, имеющий все Конституционные права, и такие ограничения являются грубейшим нарушением свобод. Но правила в СИЗО устанавливают не содержащиеся там люди, а бездушные параграфы инструкции МВД).

3. При имеющемся у Вас хроническом заболевании — в случае, если следователь не внял голосу разума (он может даже использовать факт Вашего заболевания против Вас — заявить, к примеру: «Ну что ж, если ты больной, то в твоих интересах побыстрее признаться, чтоб на свободу выйти. Не признаешься — твои проблемы, никто тебя лечить не будет».), — Вам следует при оформлении Вашего поступления в СИЗО сообщить о Вашей болезни дежурному офицеру. Сотрудники СИЗО достаточно внимательно относятся к таким вещам и обычно приглашают врача, который дает заключение, можно ли вообще содержать такого больного под стражей (к числу серьезных заболеваний относятся диабет, сердечные заболевания, язвы в тяжелой форме, практически — любые хронические заболевания, требующие определенного режима питания, приема лекарств, специальных медицинских процедур и т. д.). В случае заключения врача, что содержать Вас в камере нельзя, начальник СИЗО информирует прокурора и тот решает вопрос о Вашем освобождении. Сотрудники СИЗО не будут (!) брать на себя ответственность и при негативном ответе прокурора района обратятся непосредственно к прокурору города или к руководству ГУВД, так как в случае Вашей смерти или отправки в больницу ответственность в полном объеме ложится именно на них.

4. Курить разрешено, но по непонятной причине запрещены зажигалки. Поэтому либо имейте при себе спички, либо пусть их передадут Ваши родственники в передаче (три-четыре коробка).

5. Передачи разрешены хоть каждый день или даже по несколько раз в день. Объем передачи (Ваши родственники или друзья должны ориентироваться на то, что с Вами сидят еще три-четыре человека) около пяти килограммов.

Желательно следующее (нечто вроде «минимального продуктового набора сидельца»), передаваемое за один раз:

— белый хлеб — два батона;

— сок в литровых пакетах — два-три пакета (сок лучше натуральный, так называемый «Мультивита-минный»);

— сигареты — три-четыре пачки (с фильтром, «Беломор» нежелателен. Но и не дорогие, чтобы сотрудники милиции не польстились. Лучше всего — «Магна», «Лазер», «ЛМ», «Бонд» или что-либо из того же ценового ряда. Не ментоловые (дабы не насмешничать над доблестной милицией) и не облегченные);

— спички — три-четыре коробка;

— колбаса копченая (и только копченая (!) — граммов триста-четыреста, уже нарезанная (!);

— фрукты — яблоки (пять-шесть штук), бананы (пять-шесть штук);

— конфеты типа леденцов или карамелек — триста-четыреста граммов, лучше без оберток (и Вы в камере мусорить не будете, и сотрудники милиции, пожелавшие отведать конфетку, не будут с бумажкой мучиться).

Нельзя передавать ничего, что может вызвать проблемы с желудком (сало, вареную колбасу, помидоры, груши, сливы, яйца и пр.) или с сокамерниками (лук, чеснок, предметы религиозного культа).

Ваши родственники и знакомые должны помнить: нельзя ни в коем случае пытаться «заслать» записочку — сотрудники СИЗО лучше Вас знают, как это делается, и записка, найденная в передаче, будет приобщена к делу и серьезно осложнит жизнь задержанному.

6. Спят задержанные на деревянных нарах. Поэтому желательно иметь на себе как можно больше одежды (вне зависимости зима на воле или лето) — свитер, пуховик, длинная куртка, теплые носки и пр. Из этого Вы сможете соорудить себе импровизированное ложе. Помните, что камеры не отапливаются, а удары кулаком в дверь с криком: «Начальник, градус давай!» сотрудниками СИЗО не приветствуются.

Свет ночью в камере не выключается.

7. «Качать права» в отношении сотрудников СИЗО — занятие бесперспективное. Если Вы не «выпендриваетесь», то и они не будут Вас трогать. У сотрудников изолятора нет задачи получить из-под Вас «признание», на все выверты следствия им глубоко наплевать.

Единственное, чего охраняющие Вас милиционеры очень не любят, так это пристального взгляда прямо в глаза — так обычно смотрят перед нападением. Так что, если у Вас есть эта дурная привычка, постарайтесь себя контролировать, иначе можете превентивно получить «по рогам».

8. Драка в камере — явление из ряда вон выходящее. Ваши «соарендаторы» — такие же люди, как и Вы, поэтому никому в голову не придет устроить «махаловку». Во-первых, Вас тут же разнимут и угомонят дубинками, во-вторых, для драки нет повода.

Если же следователь пытается объяснить, что Ваш родственник или знакомый получил синяки в камере (!), то это — вранье. Таким способом следователь пытается скрыть свои «методы» ведения допросов. От Вас сразу же (!) требуется заявление в прокуратуру города. Имейте в виду, что сокамерники стопроцентно подтвердят то, что между ними не было никакой «обоюдной драки».

В случае своевременной (!) подачи такого заявления следователю придется туго.

9. «Наседка» или «стукачок» в камере может быть легко. Поэтому держите язык за зубами и говорите только то, что и следователю. Никакого хвастовства! Даже если Вы соврете, желая показать свою «крутизну», то, пока разберутся, что Вы, мягко говоря, «преувеличиваете», Вы будете «отдыхать» на нарах.

Не принято лезть с вопросами к окружающим по существу тех приключений, благодаря которым они делят кров с Вами. Захотят — сами расскажут, но лучше этого не делать. Гораздо приятнее потравить анекдоты, поведать что-нибудь веселое из своей жизни, связанное с коэффициентом интеллектуального развития сотрудников Правоохранительных Органов, или побеседовать о новом фильме.

10. Не обсуждать с сокамерниками подробности своей защиты и не слушать ничьих советов (см. п. 9)!

11. При проверках (прокурором или комиссией) не жаловаться на условия содержания. Задать вопрос о судьбе своего заявления (если Вы его писали) не возбраняется.

Если у вас возникла необходимость подать заявление, можно в мягкой форме поинтересоваться у сотрудников СИЗО (у старшего смены), когда Вам разрешат это сделать. Обычно разрешают либо сразу, либо когда освобождаются от других дел (прием нового задержанного, развод и пр.). Препятствий задержанным не чинят, и их заявления отправляют по адресу (естественно, если в заявлении нет жалоб на сотрудников СИЗО).

Если Вы решили написать заявление с требованием прокурорской или судебной проверки, лучше всего указать в нем причину, по которой Вы обращаетесь к вышеуказанным инстанциям, чтобы у сотрудников СИЗО не возникло подозрений, что Вы собрались на них жаловаться. Тогда Ваше заявление быстро попадет по адресу.

12. В камере запрещено: кричать, громко разговаривать или громко смеяться (особенно над внешними данными или умственными способностями сотрудников СИЗО, хотя среди них встречаются очень потешные экземпляры), топать и бегать, пытаться ломать нары и писать на стенах разные гадости (к примеру: «Милицию — в космос!», «Следователь такой-то — слюнявый олиго-френ» и пр.), обзывать нехорошими словами сокамерников и милиционеров.

Кстати, в камере не принято ругаться матом или употреблять жаргонные выражения — это достаточно важное условие. Вы не знаете, как к таким проявлениям относятся сокамерники, и вообще — противопоставьте свое поведение манерам Стражей Порядка (хотя на их фоне любой будет выглядеть мастером изящной словесности и знатоком этикета).

В случае, если следователь до исхода третьих суток не представил постановления, подписанного прокурором, об освобождении или назначении ареста, начальник СИЗО обязан самостоятельно Вас освободить. Держать Вас без санкции не будут и лишнего часа.

Следователь может уехать, напиться, умереть, но на такой исход расчитывать не стоит.

СТАТЬЯ 123 УПК РФ: ВЫЗОВ И ДОПРОС ПОДОЗРЕВАЕМОГО

Вызов и допрос подозреваемого производится с соблюдением правил, установленных статьями 145 — 147 и 150 — 152 настоящего Кодекса.

Перед допросом подозреваемому должны быть разъяснены его права, предусмотренные статьей 52 настоящего Кодекса. Ему должно быть объявлено, в совершении какого преступления он подозревается, о чем делается отметка в протоколе его допроса.

Если подозреваемый был задержан или в отношении его избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, его допрос производится немедленно. Однако если произвести допрос немедленно не представляется возможным, подозреваемый должен быть допрошен не позднее двадцати четырех часов с момента задержания.

На практике следствие не заинтересовано в соблюдении прав подозреваемого (исключение составляют, пожалуй, дела, подведомственные ФСБ). Причем это совсем не означает, что следователь в любом случае будет пытаться «выбивать» показания и всячески мучить гражданина. Отнюдь нет. Просто понимание своих прав в полном объеме и их исполнение подозреваемым прибавят работы следствию в десятки раз. И, что для следствия самое печальное, придется доказывать и подробно подтверждать свои подозрения, а не слушать оправдания гражданина.

Поэтому гражданину, вызванному на допрос в качестве подозреваемого, полезно вспомнить свои права, обозначенные в статье 52 УП^С РФ.

Подозреваемый имеет право:

— знать, в чем он подозревается, причем конкретно, полно и с наличием обоснованных доказательств;

— подавать любые заявления и ходатайства в любые инстанции, причем ему (как и обвиняемому) обязаны отвечать быстро, — дело в том, что статус подозреваемого и обвиняемого предполагает ограничение прав гражданина и надзорные инстанции это знают;

— обжаловать в суде решение о применении к нему меры пресечения в виде заключения под стражу и знакомиться со всеми материалами дела (читай — доказательствами), которые следователь направит в суд для подтверждения своего решения;

— все иные права, связанные с отводами, жалобами, представлением доказательств и пр.

Соответственно при реальном выполнении этих условий следователь будет вынужден действовать не по «внутреннему убеждению», а на основе более или менее четких фактов.

Подозреваемый имеет право отвечать только в присутствии защитника. Это не означает, что защитник может посоветовать гражданину не отвечать на какие-либо вопросы, — мы не в США, у нас защитник исполняет свои функции по-другому. Участие адвоката означает, что он будет следить за правильным оформлением протокола следователем, за соблюдением элементарных прав подозреваемого и только в крайнем случае (!) может прервать следователя, дав понять своему подзащитному, что на некоторые вопросы надо «сначала думать, а потом отвечать».

Присутствие защитника при допросе — это гарантия того, что Вас не будут бить, поэтому имейте адвоката хотя бы для этих целей. Ну а что касается отстаивания своих прав и защиты от обвинений — лучше Вас самих этого никто не сделает.

Обратимся к допросу как к таковому. Помимо разъяснения подозреваемому его прав ему «должно быть объявлено», в чем его подозревают. Следователю выгодно понимать эту фразу буквально — зачитал статью уголовного кодекса, назвал фамилию потерпевшего, и все.

На самом деле это совсем не так. Следователь обязан (!) подробно объяснить гражданину основания подозрений, какие к этому есть конкретные подтверждения и доказательства, есть ли свидетели и что показывают они, при наличии документов в деле — предъявить их подозреваемому для ознакомления. Ваша задача — объяснить следователю, что это сделать придется. Для этого просто заявите ему, что Вы «не поняли» сущности подозрений, и попросите подробно повторить. Не подписывайте протокол ни в коем случае, пока служитель Фемиды не выполнит требование Закона. Вам не ясно — и точка! Без Вашей подписи об ознакомлении со своими правами и разъяснении сущности подозрений следователь не имеет права продолжить допрос. Ничего, пусть потрудится, попробует объяснить доходчиво — у него все равно нет выхода, допросить он Вас обязан, — если он этого не сделает, то неприятности будут у него самого.

Можно, конечно, пригласить понятых и попытаться удостоверить Ваш «отказ» от подписи — но Вы должны сразу предупредить, что в любом случае собственноручно запишете в протокол все, что думаете.

Таким поведением Вы ставите следователя в па-товую ситуацию — с одной стороны, в течение двадцати четырех часов он обязан получить хоть какие-нибудь Ваши объяснения, чтобы с ними идти к прокурору; с другой — понимает, что в Вашей власти (согласно Конституции РФ) заставить его выложить и подробно описать все свои козыри. Не спешите — время у Вас есть, сосредоточьтесь на словах следователя и попробуйте понять, на основании каких конкретных фактов (а не домыслов) он строит свое «внутреннее убеждение».

Следователь не может (!) по собственной инициативе прервать первый допрос подозреваемого. Можно сделать перерыв (на еду и пр.) и только. Если же служитель Фемиды совсем «оборзел» и вопит, что «Все, довольно! Подписывай — и в камеру! Буду я еще с тобой возиться!», сделайте собственноручную запись в протоколе следующего содержания:

«В процессе допроса я (гражданин такой-то) только частично понял из объяснений следователя такого-то сущность подозрений в мой адрес. Следователь такой-то не смог мне подробно объяснить, на каком основании строятся все его подозрения, сообщив мне, что вопрос с доказательствами будет решен в дальнейшем. Следователь такой-то по собственной инициативе прервал допрос, не выслушав и не приняв во внимание никакие мои объяснения. Я прошу прокурора провести тщательную проверку материала и сообщить суду о моем ходатайстве о судебном разбирательстве».

(Время (!), число, подпись).

Адвокат также подписывает протокол и также может вписать свои претензии.

У следователя есть только два выхода: либо взять новый лист протокола допроса и начать все с начала (старый, тем не менее, он обязан (!) приобщить к делу), либо отправить Вас в камеру, а самому пойти к прокурору, положить этот протокол ему на стол и, пока тот читает, повернуться спиной и чуть-чуть наклониться — вполне подходящая поза для дальнейших действий прокурора.

Допрос подозреваемого сопровождают явные и скрытые угрозы со стороны следователя. Конечно же, при адвокате сотрудники Правоохранительных Органов говорят, как им кажется, завуалированно, даже часто обращаются к защитнику, чтобы тот «объяснил клиенту» необходимость «помощи следствию» и «права следователя». При беседе один на один, без протокола и защитника, угрозы высказываются даже с каким-то сладострастием. Их перечень невелик:

— задержание или арест (если подозреваемый на свободе);

— продление срока задержания;

— задержание с последующей «тяжелой жизнью» в камере;

— привлечение к ответственности близкого для подозреваемого человека (практически откровенная угроза фальсификации дела);

— физическое насилие разной степени тяжести.

К угрозам и словам следователя в целом нужно относиться дифференцированно. Необходимо отделить цель, которую преследует служитель Фемиды, от известных ему перспектив по делу (то есть ответить на вопрос: а что будет, если следователь ничего не добьется и нужных показаний не получит?).

Цель следователя более-менее понятна: получить явку с повинной или признательные показания в протоколе допроса и не ломать себе голвву над дальнейшим исследованием материалов дела. Имея на руках «расколовшегося» подозреваемого, можно с чистой совестью идти к прокурору и просить санкцию на арест. Если в деле один эпизод, то и следствие можно завершить за полтора-два месяца и направить дело с обвинительным заключением в суд, а там — пусть судья разбирается.

Что же происходит, если такого «признания» нет? Вот это уже — перспективы, которые Вы должны себе представлять не хуже своего оппонента. Их несколько: либо следователь должен собрать полную доказательную базу, либо «выбить» из Вас признание, либо сообщить прокурору, что дело пока «зависает на мертвой точке», либо перевести Вас в обвиняемые и пытаться таким образом оказывать давление. Кроме первой (почти сказочной) перспективы, все остальные явно свидетельствуют о том, что на этом этапе в деле больше «внутреннего убеждения» следователя, чем реальных доказательств.

Если Вас не стали «метелить» на первой же встрече со следователем (или сразу после задержания), то применение к Вам подобных мер в дальнейшем маловероятно: дело в том, что на следующих этапах подключается защитник, при котором это делать чревато для самих сотрудников органов. Адвокат, конечно же, защитить Вас от физического насилия не может, но способен «возбудить» прокуратуру, дать показания против следователя и пр.

Отнеситесь к угрозам следователя разумно и с известной долей иронии. Состоявшиеся в этой жизни люди, имеющие опыт, интеллектуальный багаж и действительную физическую силу, никогда не будут размениваться на угрозы или обещания чего-либо нехорошего, тем более человеку, который волею судеб на время оказался в их власти. Этим занимаются только люди ущербные, закомплексованные и которые боятся того, что наружу вылезут их реальная сущность и умственное убожество. Угрозы в адрес подследственного — это подсознательный страх следователя, что начальство «не поймет», почему он не получил «нужных» показаний; что подозреваемый гражданин явно превосходит его по нескольким параметрам и в обычной повседневной жизни занимает (или займет) более высокую ступень в обществе. У женщин-следователей еще может накладываться обида за то, что ею не восхищаются и не воспринимают как «писаную красавицу».

Поэтому сделайте для себя выводы на основании количества и формы угрожающих заявлений следователя: Вы знаете суть своего уголовного дела; знаете, какие доказательства есть или могут быть. Если следователь обращает больше внимания на отвлеченные «угрозы», то это говорит о том, что с фактическими данными у него не густо и ему просто не о чем с Вами беседовать (у следователей в производстве не одно дело и тратить время на посторонние разговоры бессмысленно. Имея доказательства, Ваш оппонент предпочтет говорить по существу, чтобы внести в материалы дела какие-либо данные и действительные показания по предъявленным обстоятельствам. Количество и достоверность фактов определяют необходимость допросов и их направленность — чем их меньше, тем больше посторонних или эмоциональных разговоров следователя).

Выдержите паузу, пока следователь не объяснит полностью сущность дела и не выложит все доказа — , , тельства (свои подозрения, угрозы, в общем, все, что скопилось у него на душе), только потом отвечайте сами.

В некоторых случаях (все зависит от конкретных обстоятельств дела) может быть полезным даже не отвечать. Давать показания — это Ваше право, а не обязанность. Но не отказывайтесь от показаний совсем (это плохо читается в протоколе), а заявите, что по представленным фактам (если нет доказательства Вашей причастности к ним) Вы ничего сказать не можете, так как впервые об этом услышали только что от следователя. Иногда Ваше «знание» о происшедшем факте может быть положено в основу обвинения.

Пример: Вас подозревают в соучастии в некоем преступлении, и следователь уверен, что Вы в курсе некоего разговора между гражданами Х и Y, в результате которого они договорились о совместных действиях. Предположим, что преступление не могло совершиться без сговора между этими гражданами и Вашего знания о содержании разговора (на нем строились дальнейшие действия). Следователю, естественно, необходимы данные о том, что Вы были «в курсе», на этом основании он собрался строить дело о «сговоре», «преступной группе» и пр.

Вы же заявляете, что не только ничего не знаете о некоем «разговоре», но даже и о том, что граждане Х и Y знакомы между собой. То есть — абсолютно не в курсе. Указанных граждан — да. Вы лично знаете, но не предполагаете о наличии между ними разговоров, отношений, договоренностей и пр. Получается, что Вы не можете сказать «ни единого слова» о данном факте, ибо только сейчас узнали о нем со слов следователя.

Все вопли следователя о том, что у него есть «признание» граждан Х и Y он может засунуть себе в любое место, исходя из собственных пристрастий. Во-первых, Вы отнюдь не уверены в том, что эти «показания» вообще есть, а если и есть — что они не «выбиты», во-вторых, зачем Вам говорить о вещах, о которых Вы не имеете ни малейшего представления?

Вот пусть следователь именно это, и подробно, запишет в протокол, не забыв указать, что сам и рассказал Вам о факте «разговора». А Вы проконтролируйте и сделайте дополнительную собственноручную запись, чтобы на следующем допросе следователь не мог заявить, что Вы знаете об этом разговоре. Да, знаете, но — с его слов!

Подозреваемый имеет право (и должен (!) пользоваться этим правом постоянно) делать собственноручные записи в протокол допроса. Вас не должно интересовать, как следователь «понял» Ваши слова и в какой форме он их записывает, Ваша задача — полностью отразить в протоколе свою точку зрения.

Внимательно читайте протокол и дописывайте в него все, что Вы считаете нужным! Не бойтесь обратить внимание на то, что Вам не нравится, — вполне допустимо (и очень, очень полезно!) в собственноручной записи использовать следующие формы:

«Следователь Б-ский записал на второй странице протокола то, что я „пошел на улицу Х-скую к своему знакомому Р-скому". На самом деле я сказал, что я „собирался" пойти к своему знакомому Р-скому, но не пошел»;

«следователь Б-ский произвольно изменил мои слова о моих взаимоотношениях с гражданином Х-ским. Я сказал не „неприязненные отношения", как следователь Б-ский записал на странице 3 настоящего протокола, а всего лишь что „в детстве я не дружил с гражданином Х-ским", что означает, что я гражданина Х-ского плохо знаю и дать ему оценку не могу. Отношения же у меня с гражданином Х-ским абсолютно нормальные, и я не понимаю, зачем следователь Б-ский так изменяет мои слова». 90

Такие маленькие «поправки и дополнения» здорово портят жизнь следователю. Дайте ему возможность записать все так, как он хочет, а потом разгромите все это собственноручными записями. В прокуратуре обязательно укажут следователю на необходимость «фиксировать слова допрашиваемого, а не заниматься самодеятельностью, ишь, Белинский нашелся!»

Дополнять протокол Вы можете в любом объеме, хоть на десять страниц. Следователь не имеет права Вас остановить, сказать: «Хватит!» или не дать полностью изложить свои соображения.

В случае Вашего недовольства формой записи Ваших слов и параллельно со своими дополнениями в протоколе допроса напишите заявление в прокуратуру, где попросите «разъяснить следователю его обязанности точно записывать показания, а не заниматься произвольной их интерпретацией».

СТАТЬЯ 124 УПК РФ: ОКОНЧАНИЕ ИЛИ ПРИОСТАНОВЛЕНИЕ ДОЗНАНИЯ

Дознание по делам, по которым производство предварительного следствия обязательно, заканчивается составлением постановления о направлении дела следователю.

Дознание по делам, по которым производство предварительного следствия не обязательно, заканчивается составлением обвинительного заключения или постановления о прекращении дела. При наличии одного из оснований, предусмотренных статьей 208 настоящего Кодекса, орган дознания прекращает дело мотивированным постановлением, копия которого в суточный срок направляется прокурору. В остальных случаях составляется обвинительное заключение, которое со всеми материалами дознания представляется прокурору для утверждения.

При наличии одного из оснований, предусмотренных статьей 195 настоящего Кодекса, орган дознания вправе приостановить производство по делу, по которому предварительное следствие не обязательно. О приостановлении дознания выносится постановление, копия которого в суточный срок направляется прокурору.

В комментариях не нуждается.