Глава 11 ПРОЯВЛЕНИЕ ОБВИНЕНИЯ И ДОПРОС ОБВИНЯЕМОГО

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 

В зоопарке пропал слон. Вызвали милицию, те походили, посмотрели, обещали найти.

На следующий день два сержанта приносят клетку с хомячком.

— Но это же не слон!

— Да слон я! — орет хомяк. — Типичнейший слон! Только не бейте больше!

СТАТЬЯ 143 УПК РФ: ПРИВЛЕЧЕНИЕ В КАЧЕСТВЕ ОБВИНЯЕМОГО

При наличии достаточных доказательств, дающих основание для предъявления обвинения в совершении преступления, следователь выносит мотивированное постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого.

Чтобы предъявить Вам обвинение, нужно располагать совокупностью доказательств, устанавливающих конкретное событие, и основанием обвинить в этом конкретное лицо. «Уверенности» сотрудников Органов для обвинения недостаточно, как бы они на этом ни настаивали, равно как недостаточно «версии» о преступлении, которую обычно стараются выдать за установленный факт.

Только в сочетании трех составляющих: происшедшего события, признаков в нем состава преступления и установленного лица, совершившего данное деяние, возможно говорить об обвинении. Отсутствие любой составляющей делает обвинение незаконным.

В реальной жизни для следователя достаточным основанием является его «внутреннее убеждение». При таком подходе к делу доказательства, в общем, и не нужны, субъективное мнение всегда перевесит любые фактические данные — следователь их просто «не заметит», сочтет «несущественными» и пр.

На помощь человеку, которого собираются обвинить в некоем преступлении, может прийти только необходимость «мотивированного

[3]

постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого». Из обычной невнятицы, выдаваемой за мотивировку постановления, не следует ничего, кроме того, что следователь умеет писать (да и то не особенно грамотно). Если не обратить внимания надзирающей инстанции на слабость мотивировки, то Вас будут держать в камере на основании несуразной бумажки.

Поэтому изначально требуется добиться от следователя полной определенности и конкретики. Не будем забывать, что к моменту предъявления обвинения сбор доказательств еще не закончен и вопрос о факте преступления находится в стадии изучения.

Итак, разложим обвинение по пунктам:

1. Сам факт преступления — предположим, он имеет место быть. И что это означает? Да ничего! Наличие факта означает лишь одно — следствию известно, что где-то кто-то что-то совершил и ничего более.

Частенько Вас «привязывают» именно к факту преступления, не обращая внимания на то, что само по себе действие не доказывает ни Вашего участия, ни того, что Вы что-либо знаете о происшедшем.

2. Ваша некая предположительная роль в событии — организатор, исполнитель, соучастник, свидетель и пр.

3. Сведения от посторонних незаинтересованных лиц, которые ясно и прямо должны указать на конкретного человека.

4. Наличие иных добытых с соблюдением процессуальных правил доказательств (при обыске, выемке, прослушивании телефонных разговоров и т. д.).

Следует обратить особенное внимание на трактовку событий — отнюдь не является аксиомой то, что происшедшее может быть вообще квалифицировано как преступление. Для этого обратимся к статье 14УК РФ.

Статья 14 УК РФ: Понятие преступления

1. Преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания.

2. Не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности, то есть не причинившее вреда и не создавшее угрозы причинения вреда личности, обществу и государству.

Существует официальный (одобренный) комментарий к данной статье УК РФ. «Комментарий к статье 14 У К РФ.

1. Преступление представляет собой деяние (действие или бездействие), то есть является поведением конкретного лица.

2. Законодатель рассматривает в качестве преступного виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное УК под угрозой наказания.

3. Лицо несет ответственность по Закону, если оно виновно в совершении общественно-опасного деяния, то есть при соответствующем отношении к деянию и его последствиям. Если деяние совершено невиновно, то оно не может рассматриваться как преступное.

Преступным может быть не любое причинение вреда, а только такое, которое совершается умышленно или по неосторожности

(автор слабо представляет себе какую-либо иную возможность. — Прим. Автора)

. Лицо, которое не должно было и не могло предвидеть причиненные им общественно-опасные последствия, не может быть привлечено к уголовной ответственности и осуждено.

4. В Особенной части У К указываются деяния, считающиеся преступными, и устанавливаются наказания за их совершение. Лицо, совершившее преступление, нарушает запрет, содержащийся в уголовно-правовой норме. Совершение лицом деяния, не предусмотренного уголовным Законом, не может считаться преступлением, так как оно не являлось ни противозаконным, ни противоправным (например, „полеты на летающей тарелочке" в нетрезвом состоянии. — Прим. Автора).

5. Под общественной опасностью понимается объективное свойство предусмотренного уголовным Законом деяния — реально причинить вред охраняемым законом объектам либо иметь реальную возможность такого причинения.

6. Степень общественной опасности в первую очередь определяется тяжестью причиненного преступлением вреда, а также зависит от формы вины.

7. Если деяние не причинило существенного вреда охраняемому уголовным законом объекту и не содержало в себе угрозы его причинения, то оно в силу малозначительности не представляет общественной опасности и не является преступлением.

8. При решении вопроса о малозначительности деяния принимаются во внимание фактические обстоятельства конкретного дела: характер деяния, условия его совершения, отсутствие или незначительность ущерба и т. п. Данные, характеризующие личность человека, совершившего деяние, не влияют на оценку деяния как преступного или малозначительного

(за такую фразу в СИЗО поднимут на смех. — Прим. Автора), эти данные учитываются только при назначении наказания, если деяние признается преступлением.

(В основном вопрос о смягчении наказания относится к „пойманным за руку" высшим чиновникам. — Прим. Автора).»

При этом Законодатель постоянно напоминает нам о том, что преступления совершаются (кто бы мог подумать!) «конкретными» лицами, — и это немаловажно. В нормальной жизни такое утверждение столь же естественно, как явление природы, ибо понятно, что ничего само по себе происходить не может. Но в случае привлечения человека в качестве обвиняемого не до шуток. Делая упор на расследовании преступления как такового, служители Фемиды переносят установление причастности гражданина к событиям на второе место, из-за чего задерживается и арестовывается такое большое количество совершенно невиновных людей.

Необходимо дифференцировать цели, по которым Вам предъявляется обвинение. Их несколько:

1. Действительное подозрение в совершении преступления.

2. Форма вымогательства (с привлечением граждан-свидетелей или без, по собственной инициативе сотрудников органов).

3. Желание раскрыть преступление «неважно, как».

4. Форма «наказания» за какой-либо поступок в отношении Стража Порядка, его родственника или знакомого.

5. По недомыслию.

В первом случае бороться можно абсолютно законными методами, так как действительные заблуждения следствия не являются основанием обвинять его в предубежденности и личных или корыстных интересах.

Во всех остальных случаях самое главное — сменить следователя и выйти из-под «опеки» того Органа дознания, которому Вы как «обвиняемый» выгодны. Способы совершенно различны — от отказа давать показания конкретному следователю до требования личной встречи с надзирающим прокурором городского или федерального уровня.

При изменении обвинения оно должно быть сразу же перепредъявлено в полном объеме. Не допускайте, чтобы следователь Вам указывал, мол:

«Это Вы уже знаете — поэтому это мы обсуждать не будем!» Еще как будем! Пусть российский Холмс перед каждым допросом подробно Вам объясняет, в чем именно Вас обвиняют, — глядишь, и сам путаться начнет.

СТАТЬЯ 144 УПК РФ: ПОСТАНОВЛЕНИЕ О ПРИВЛЕЧЕНИИ В КАЧЕСТВЕ ОБВИНЯЕМОГО

В постановлении о привлечении в качестве обвиняемого должно быть указано: время и место его составления; кем составлено постановление; фамилия, имя и отчество привлекаемого в качестве обвиняемого; преступление, в совершении которого обвиняется данное лицо, с указанием времени, места и других обстоятельств совершения преступления, поскольку они установлены материалами дела; уголовный Закон, предусматривающий данное преступление.

Если обвиняемому вменяется совершение нескольких преступлений, подпадающих под действие разных статей уголовного Закона, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого должно быть указано, какие конкретные действия вменяются обвиняемому по каждой из статей уголовного Закона.

Постановление состоит из вводной, описательной и резолютивной частей.

Обратим внимание на описательную часть, то есть на мотивировку. В большинстве случаев описание «преступления» и Вашего «участия» в нем сконцентрировано в четырех-пяти фразах. Это дает Вам реальную возможность не понять (!), на каком основании Вас в чем-то обвинили. А непонимание Вами мотивов обвинения есть существенное и противозаконное (со стороны следствия) ограничение Вашего права на защиту.

Обвинение Вы должны подписать. Не обращая внимания на злобное сопение следователя, сделайте на обвинении пометку следующего (или аналогичного) содержания:

«Из объяснений следователя Б-ского я совершенно не понял, на каком основании меня обвиняют в совершении происшедшего преступления. Следователь Б-ский отказывается объяснить мне основания обвинения, ссылаясь на тайну следствия, и тем самым не дает мне возможности защитить мои гражданские права».

В ходе следствия данная приписка сыграет положительную роль. Любая проверяющая или надзирающая инстанция обратит внимание на изначальную «недоработку» следствия, и Ваши дальнейшие заявления будут ложиться на благодатную почву.

СТАТЬЯ 145 УПК РФ: ПОРЯДОК ВЫЗОВА ОБВИНЯЕМОГО

Обвиняемый, находящийся на свободе, вызывается к следователю повесткой, которая вручается обвиняемому под расписку с указанием времени вручения. Повестка может быть передана также телефонограммой или телеграммой.

В повестке должно быть указано, кто вызывается в качестве обвиняемого, куда и к кому, день и час явки, а также последствия неявки.

В случае временного отсутствия обвиняемого повестка для передачи ему вручается под расписку кому-либо из совместно с ним проживающих взрослых членов семьи, жилищно-эксплуатационной организации или администрации по месту его работы, исполнительному комитету поселкового или сельского Совета народных депутатов.

Обвиняемый, находящийся под стражей, вызывается через администрацию места заключения.

(в ред. Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 08.08.83 — Ведомости Верховного Совета РСФСР, 1983, № 32, cm . 1153)

Обычно обвиняемого, находящегося на свободе, вызывают по телефону. На вызовы Автор рекомендует являться (за исключением случаев, когда Вы действительно серьезно больны).

Последствием неявки по иным причинам может быть изменение меры пресечения. Представляется неразумным играть с огнем и провоцировать следователя на «непопулярные» меры.

Следователь может попробовать использовать свое право изменить Вам меру пресечения, мотивировав это якобы Вашей «неявкой», — такое происходит сплошь и рядом. Чтобы отвлечь отечественного Пуаро от этих неумных мыслей (особенно если других способов оказать на Вас давление у него нет), нелишне раз в два дня самому звонить (или являться лично) и интересоваться, не нужны ли Вы следователю для производства каких-либо неотложных процессуальных действий. Такое поведение оказывает благотворное влияние сразу по двум направлениям: во-первых, следователь теряет уверенность в действительной обоснованности обвинения (чисто психологически — если он Вас будет слышать или видеть чаще потерпевшего, то на эмоциональном уровне у Вас будет более плотный контакт); во-вторых, избавит его от мыслей о провокации по «неявке обвиняемого».

Видимо, целесообразнее всего появляться именно лично, чтобы Вас помимо следователя могли лицезреть и другие сотрудники этого невеселого учреждения. Находящийся на свободе обвиняемый должен все время быть на виду, лицо его для сотрудников Органов должно стать родным (критерий достаточности — как только при Вашем появлении следователь или прокурор начинает вздрагивать, закрываться в кабинете или убегать, громко вереща о «неотложных» делах, значит, цель достигнута).

СТАТЬЯ 146 УПК РФ: ОБЯЗАТЕЛЬНОСТЬ ЯВКИ ОБВИНЯЕМОГО

Обвиняемый обязан явиться по вызову следователя в назначенный срок.

Уважительными причинами неявки обвиняемого по вызову следователя признаются:

1) болезнь, лишающая обвиняемого возможности явиться;

2) несвоевременное получение обвиняемым повестки;

3) иные обстоятельства, лишающие обвиняемого возможности явиться в назначенный срок.

Рассмотрим все пункты по порядку:

1. Болезнь должна быть подтверждена врачом. Лучше всего, если Вы не будете симулировать заболевание или подговаривать знакомого Пилюлькина выписать Вам справочку. Помните: следователь вполне может назначить независимую медицинскую экспертизу.

Более того, если уж Страж Порядка что-то решил сделать, то Ваша неявка только оттянет возможные действия следователя, и все. Неявка к следователю в 99% случаев невыгодна именно обвиняемому. Чем раньше Вы получите новую информацию, тем оперативнее Вы сможете на нее среагировать.

Если следователь все же вознамерился Вас «запереть», то Ваша неявка ничего не даст, — так и так он это сделает, послав за Вами милицейский наряд с санкцией на арест.

2. Что такое «несвоевременное получение» уведомления или повестки, никто толком не знает. Скорее всего, имеется в виду, что плохо сработала почта. В этом случае Вам обязательно при получении повестки поставить рядом с подписью и числом время (!) до минуты. Тогда претензии к Вам будут необоснованны. Время проставляется на корешке повестки, который остается на почте или у почтальона (в случае доставки ее на дом).

3. Иные обстоятельства — авария на транспорте, тяжелая болезнь члена семьи (удостоверенная врачом!) и пр. Лучше всего, если Вы все же появитесь у следователя в тот же день или, в крайнем случае, на следующий и продемонстрируете ему, что с Вами все в порядке (а то, быть может, ему без Вас грустно и одиноко).

СТАТЬЯ 147 УПК РФ: ПРИВОД ОБВИНЯЕМОГО

В случае неявки без уважительной причины обвиняемый может быть подвергнут приводу.

Привод обвиняемого без предварительного вызова может быть применен только в тех случаях, когда обвиняемый скрывается от следствия или не имеет определенного места жительства.

Привод обвиняемого не может производиться в ночное время, кроме случаев, не терпящих отлагательства.

О приводе следователь составляет постановление, которое объявляется обвиняемому.

Привод по поручению следователя производится милицией.

Хороший обвиняемый — как хороши и джип, всегда полноприводной. (Наблюдение Автора.)

В подавляющем большинстве случаев привод заканчивается арестом обвиняемого! Вам это так необходимо? Поэтому лучше всего, если Вы не будете провоцировать следователя совершать подобные действия.

Следователь может по собственной инициативе (о чем мы говорили выше — когда у него нет иного способа получить «нужные показания») подвергнуть Вас приводу и аресту, используя туманное понятие «не имеет определенного места жительства», — вдумчивые и пытливые Стражи Порядка имеют в виду, что Вы не живете по месту прописки (!).

Лечится этот изыск милицейско-прокурорской мысли довольно просто: согласно Закону, любое арендованное Вами помещение, если у Вас на руках есть договор аренды, считается Вашим местом жительства. Сделайте ксерокопию договора и под расписку вручите ее следователю (или подайте в виде ходатайства через канцелярию Следственного Отдела).

ОБРАЗЕЦ:

Следователю В-ского Следственного Отдела

г. Султанову С. И. от гражданина Дельфинюка

Дмитрия Сергеевича

ЗАЯВЛЕНИЕ

Прошу Вас приобщить к уголовному делу № 000123 ксерокопию договора № 100 от 01.01.2000 г., согласно которому я арендую квартиру по адресу: ул. Смолячкова, д. 14, кв. 7, через агентство по недвижимости «Бачара-ев и К°». Данный договор действителен до 01.10.2000 г. Прошу считать настоящий адрес моим постоянным местом жительства. Телефон моей квартиры: 542-17-34.

(Число, подпись.)

Таким заявлением Вы пресечете любые попытки обвинить Вас в том, что Вы «скрываетесь» от следователя, или в отсутствии у Вас постоянного места жительства (и было бы желательно, чтобы Вы не хранили по этому адресу ничего двусмысленного).

СТАТЬЯ 148 УПК РФ: ПРЕДЪЯВЛЕНИЕ ОБВИНЕНИЯ

Предъявление обвинения должно последовать не позднее двух суток с момента вынесения постановления о привлечении в качестве обвиняемого, а в случае привода — в день привода.

Обвинение может быть предъявлено по истечении двух суток в случаях, если неизвестно местопребывание обвиняемого или если он не явился по вызову следователя.

Следователь, удостоверившись в личности обвиняемого, объявляет ему постановление о привлечении в качестве обвиняемого и разъясняет сущность предъявленного обвинения. Выполнение этих действий удостоверяется подписями обвиняемого и следователя на постановление о привлечении в качестве обвиняемого с указанием времени предъявления обвинения.

В случае отказа обвиняемого от подписи следователь удостоверяет на постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, что обвиняемому текст постановления объявлен.

(в ред. Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 26.06.72 — Ведомости Верховного Совета РСФСР, 1972, № 26, cm . 663)

В данной статье существует маленькая логическая «бомбочка» — речь идет о формальном ознакомлении обвиняемого с текстом (!) постановления о привлечении в качестве обвиняемого, а отнюдь не с развернутым обвинением. Поэтому ни в коем случае не отказывайтесь подписывать само постановление — это ничего не меняет. Не возбраняется подписать его следующим образом: «С предъявленным мне постановлением о привлечении в качестве обвиняемого не согласен. Время, число, подпись».

Под «разъяснением сущности» обвинения законодатели имеют в виду разъяснение терминологии, ознакомление гражданина с текстом статьи Закона, по которой предъявляется обвинение, и ознакомление обвиняемого с его правами (опять же с текстом Закона). О правах обвиняемого — комментарий к статье 149 У ПК РФ.

Ежели Вас подвергли приводу, то обязаны допросить в тот же день (и не позднее 22 часов по местному времени). Также очевидно, что если Вы явились для оглашения Вам обвинения, то и вдень явки Вы должны быть допрошены.

Как считают доблестные Стражи Порядка, предъявление обвинения — это 90% их успеха. Была бы их воля, то каждое такое действие отмечалось бы в масштабе отделения или прокуратуры как Победа Постановления над Хомо Сапиенсом (хорошо, что этого не происходит, иначе раз в полгода состав Правоохранительных Органов обновлялся бы по причине цирроза печени и иных необратимых изменений в организмах сотрудников).

Из этого следует, что допрос проводится от случая к случаю: иногда — да, но чаще — нет. Подвергнутого приводу гражданина после предъявления обвинения стараются «напугать», чтобы сразу или со временем получить «нужные» следствию показания.

На оглашении постановления о привлечении в качестве обвиняемого целесообразно потребовать присутствия своего защитника. Это принесет пользу по двум причинах: во-первых, Вас не начнут тут же «месить», выбивая признание, и, во-вторых, — защитник может привязаться к очевидным ошибках и офехам следователя (если они есть). Как показывает практика, есть они в большинстве случаев.

СТАТЬЯ 149 УПК РФ: РАЗЪЯСНЕНИЕ ОБВИНЯЕМОМУ ЕГО ПРАВ НА ПРЕДВАРИТЕЛЬНОМ СЛЕДСТВИИ

При предъявлении обвинения следователь обязан разъяснить обвиняемому его права, предусмотренные статьей 46 настоящего Кодекса, о чем делается отметка на постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, которая удостоверяется подписью обвиняемого.

Отталкиваясь от смысла слова «разъяснение», необходимо заставить российского Мегрэ не просто пробурчать Вам Ваши права или сунуть Вам в руки УПК РФ, а именно разъяснить. Подробно и доступно.

В большинстве случаев следователи не разъясняют обвиняемым их права отнюдь не по злобе, а потому, что сами точно не уверены в их трактовке и содержании. Дабы лишить возможности Ваших оппонентов что-либо не учесть или не так объяснить, подробно обратимся к сущности прав обвиняемого.

Итак, права обвиняемого обусловлены статьей 46 УПК РФ. Обвиняемый имеет право:

1. На защиту, которая может быть осуществлена любыми законными способами.

Статья 45 Конституции РФ:

1. Государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется.

2. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными Законом.

Строжайшим образом запрещено любое покушение, даже самое незначительное, на осуществление Конституционного права на защиту.

Поэтому, чтобы свести к минимуму последствия действий оппонента в форме до приемлемого для Вас объема, необходимо постоянно и методично ссылаться на ограничение Вашего права на защиту в каждом (!) заявлении. Это абсолютно правомерно, ибо любое действие своего оппонента Вы можете расценить именно так. Чем более широко Вы будете трактовать действия следователя, тем лучше для Вас. Не обращайте внимания на его неуклюжие попытки соблюсти Ваше право на защиту — все равно Страж Порядка где-нибудь его нарушит, без этого он просто не может осуществлять свою деятельность.

Обращение в вышестоящие и надзирающие инстанции по фактам ограничения Ваших прав должно выглядеть следующим образом (условно разделим заявление на три части):

А. Описание самого факта нарушения Закона (подробно, с цитатами из речи следователя, но без выражений: «Мне кажется», «Я так думаю» и пр.). Все должно быть точно и конкретно: следователь сделал то-то и то-то, сказал такую-то фразу и т. п.

Б. В утвердительной форме Ваша оценка: «Считаю действия следователя Б-ского грубейшим нарушением Конституции РФ, УПК РФ и моего права на защиту. Я лишен возможности по причине вышеуказанных нарушений в полной мере осуществлять свою защиту».

В. Ваша просьба к инстанции, в которую Вы обращаетесь: «Прошу Вас принять в отношении следователя Б-ского меры реагирования, разъяснить ему необходимость соблюдения прав граждан и обязать его предоставить мне возможность осуществить свое право на защиту».

2. Обвиняемый вправе знать, в чем его обвиняют, причем знать в полном объеме, без дурацких намеков следователя вроде: «Придет время, и ты все узнаешь». Наши российские детективы часто ведут себя, как уличные гадалки, ибо сами плохо представляют будущее, но очень стремятся показать, что они знают гораздо больше, чем говорят (к слову, выражение «Позолоти ручку» тоже встречается. Как и гадалки, следователь, взявший деньги, все равно ничего не сделает).

Желательно также заставить следователя ясно и точно изложить, что именно он имеет в виду под грозным словом «обвинение». Если отбросить его восклицания: «Я уверен!», угрозы: «Ты сам сейчас все расскажешь!» и невнятные предсказания:

«Скоро все станет ясно!», то картина откроется зело юмористическая. Во многих случаях оказывается, что самоуверенный Холме сам плохо представляет, чего он вообще хочет от своего собеседника и какое-такое преступление пытается ему вменить. Конечно же, заставить служителя Фемиды сразу четко и ясно изложить сущность обвинения не удастся, но со временем, если на каждом допросе на этом настаивать, вполне возможно.

Можно попробовать объяснить следователю, что от конкретизации и ясного понимания гражданином вменяемых фактов он, следователь, только выиграет, так как не будет терять времени на ненужные действия. Если же Страж Порядка этого не желает понять, то крайне необходимо попросить вышестоящие инстанции ему это объяснить.

ОБРАЗЕЦ:

Начальнику Следственного Управления ГУВД

генералу Митьковичу А. А.

от гражданина Непонимадзе Гиви Моисеевича

ЗАЯВЛЕНИЕ

01.07.2000 г. я был задержан следователем 19-го отделения милиции гр. Николаевым-ЮнгеА. А., и мне было предъявлено обвинение в совершении развратных действий в отношении гражданки Нимфоманкиной П. П. До сих пор я не могу понять сущности обвинения в свой адрес, так как из изложения следователя Николаева-Юнге А. А. выясняется, что так называемые «развратные действия» я совершал «опосредованно» и «с большого расстояния». Мне вменяется в вину то, что я якобы «размахивал мужским достоинством» перед лицом гражданки Нимфоманкиной П. П., которая в этот момент находилась в двадцати метрах от меня. Мне, конечно, льстит мнение Николаева-Юнге о габаритах сей немаловажной части моего организма, но хочу отметить, что с точки зрения анатомии его рассуждения кажутся мне несколько некорректными.

Основным аргументом обвинения являются постоянные устные заявления следователя Николаева-Юнге о том, что он «тоже бы не стерпел, если бы у него перед лицом подобным размахивали». Хочу сразу отметить, что данные высказывания следователя фактически подменяют собой нормальные следственные действия.

Возвращаясь к «опосредованности» моих якобы развратных действий, хочу отметить, что, согласно заявлению потерпевшей, гражданка Нимфоманкина П. П. «тайно наблюдала» за мной «из кустов» и «выскочила из них в тот момент», когда я снял плавки (дело происходило у пруда, где я в одиночестве купался), чтобы переодеться в сухую одежду.

Я воспринимаю обвинения в свой адрес как надуманные. Прошу Вас принять меры реагирования в отношении изложенных фактов и объяснить следователю 19-го отделения милиции Николаеву-Юнге необходимость соблюдения Закона.

(Число, подпись.)

Даже при всей дикости обвинения Ваше заявление должно быть предельно корректно. Выражения:

«разыгравшееся больное воображение дознавате-ля», «бред, извергаемый тупоумным следователем» и пр. — исключить из обихода! Вы можете подобным образом высказывать свое мнение в разговорах с родственниками или знакомыми, но не в официальных документах.

3. Обвиняемый может давать объяснение по предъявленному обвинению — это чрезвычайно важно!

Следователь не имеет права по собственному желанию «не записать» чего-либо из показаний обвиняемого. Закон предусматривает дачу показаний обвиняемым как право, а отнюдь не как обязанность, из чего следует, что любая попытка следователя отступить хоть на шажок в сторону трактуется однозначно: «сознательное и грубейшее нарушение Конституционных и Гражданских прав, в особенности — права на защиту».

Русский народ — мастер по части метких определений и поговорок. Вот и Вы, избрав себе девизом:

1) «Не умеешь работать головой, работай руками», можете сделать из следователя примерную и скромную стенографистку. Необходимо постоянно настаивать на проведении допросов по предъявленному обвинению, и — чуть что не так — заявление в надзирающие инстанции. Этим Вы сразу решаете две проблемы: добиваетесь того, что следователя обяжут получить у Вас объяснения в полном объеме и все, что Вы желали бы сказать, будет содержаться в материалах дела.

4. Предоставление обвиняемым доказательств — дело тонкое и деликатное. После предъявления обвинения и шаманских выкриков следователя: «Все уже доказано!» — доказательства, свидетельствующие в Вашу пользу, могут быть ему чрезвычайно невыгодны. Метод борьбы с «ненужными» доказательствами прост до безобразия — они исчезают в недрах Правоохранительной Системы навсегда, как кирпич, брошенный в болото, под радостное «кваканье» собравшихся окрест оперативно-следственных «обитателей этой местности». Ваша задача — все же «заехать» своим «кирпичом» по башке хотя бы одному «квакуну» в погонах.

Доказательства могут быть как материальные (документы и пр.), так и нематериальные (показания Ваших свидетелей). Материальные доказательства необходимо скопировать и копии разместить у доверенных лиц. Нежелательно держать копии дома. Более того, Ваши дублирующие заявления в вышестоящую инстанцию с требованием приобщения доказательств к материалам дела было бы неплохо подкрепить копией, указав, что оригинал документов такого-то числа вручен следователю. Вы всласть повеселитесь, если ретивый Анискин уже попытался доказательство «замылить».

Материальные доказательства, по которым требуется проведение экспертизы для установления их подлинности, обязательно направляйте вместе с требованием (не просьбой, а именно требованием!) незамедлительной экспертной оценки. Следователи очень не любят проводить те экспертизы, которые им самим «не нужны», но в случае Вашего дублирования заявления в вышестоящие инстанции будут вынуждены подчиниться.

Со свидетелями с Вашей стороны, которые могут пошатнуть позицию обвинения, Вы либо Ваши родственники (при невозможности в силу объективных и печальных причин Вашего личного участия) должны провести беседу на тему: «Что и как говорить». Особый упор требуется сделать на то, чтобы Ваши свидетели избегали неуверенного изложения существа дела — без всяких «кажется», «я так понял», «мне послышалось» и т. д. Толку от подобных показаний — никакого, а следователь может это использовать в своих, неведомых никому, целях. Только ясные и четкие выражения — «он сказал», «Он пришел», «Я посмотрел на часы — было ровно шесть утра» и т. п.

5. Заявление ходатайств — единственный способ наставить Вашего оппонента на путь истинный. Другие варианты поведения практически не эффективны и в большей степени незаконны.

Ходатайство должно отвечать следующим необходимым и достаточным условиям: а) точное и полное описание сущности Вашей просьбы или претензии — объем не ограничен, но желательно не более двух страниц; б) ясно выраженное требование по существу ходатайства — что конкретно Вы хотите получить в результате (подходить к этому стоит аккуратно, не выдвигая безумных требований вроде: «Немедленно освободите меня из-под стражи, потому что следователь Х-ский не дал мне закурить!»). Все должно соответствовать уровню ходатайства; в) четкое определение виновника изложенного факта — фамилия, имя, отчество, должность, звание; г) конкретнее пожелание надзирающей инстанции по поводу мер ее реагирования — «разъяснить следователю необходимость соблюдения Закона», «отвести следователя Х-ского от расследования» и т. д.

При соблюдении этих четырех пунктов Ваше ходатайство будет, несомненно, иметь успех в ограниченных кругах сотрудников Правоохранительной Системы (или в широких, тут — как повезет. При особой «непонятливости» оппонентов можно обратиться в средства массовой информации).

6. Обжалование в суд законности и обоснованности ареста — мера обязательная!

Судьи с прохладцей относятся к мнению следователя, и сами, по собственному разумению, решают, стоит Вас содержать под стражей или нет. Но это не означают, что мнение судьи обязательно совпадет с Вашим, — все зависит от того, сможете ли Вы ему (а чаще ей) понравиться. При этом необходимо учесть, что толстый конверт с деньгами не всегда служит наилучшим аргументом в решении этой проблемы и подобный «добровольный помощник» из числа Ваших родственников или знакомых может начать греть нары в соседней камере после попытки дать судье взятку.

Совершенно естественно, что при рассмотрении Вашего вопроса необходимо Ваше материальное присутствие. Если следователь неожиданно Вам заявляет, что он де уже был у судьи и тот оставил меру пресечения без изменений, отнесите сей рассказ к последствиям родовой травмы Стража Законности и порекомендуйте ему не считать всех вокруг идентичными себе. Судья обязан выслушать Ваши аргументы лично (а не вызывать Ваше астральное тело), вне зависимости от того, что верещит потный от интеллектуального перенапряжения следователь.

Обвиняемый имеет полное право на защиту своих интересов и любыми иными законными способами — тут все зависит от каждого конкретного случая.

Обвиняемому в обязательном порядке объясняются статьи 49 и 51 Конституции РФ.

Статья 49 Конституции РФ:

1. Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным Законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

2. Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность.

3. Неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.

Статья 51 Конституции РФ:

1. Никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным Законом.

2. Федеральным Законом могут устанавливаться

иные случаи освобождения от обязанности давать свидетельские показания.

Необходимо особо напомнить, что обращение к статье 51 Конституции РФ расценивается всеми (!) должностными лицами как косвенное признание вины.

Одним из важнейших пунктов, обязательным для разъяснения обвиняемому, но почти со 100%-ной вероятностью напрочь упускаемым следователем, является разъяснение процессуальных обязанностей. Они состоят в следующем: являться по вызовам в назначенное время и не препятствовать установлению истины по делу. С первой частью все ясно, а вот вторая звучит парадоксально, ибо истина для разных сторон разная. Поэтому данное положение стоит разъяснить.

В понятие «противодействие установлению истины по уголовному делу» входит следующее:

1. Подговор участников процесса на дачу ложных показаний.

2. Угрозы в адрес участников процесса.

3. Физические действия в адрес участников процесса.

4. Уничтожение доказательств, свидетеля, самого следователя, здания отделения милиции и т. п.

Это перечисление является исчерпывающим, причем любое подобное обвинение должно быть доказано. Верховный Суд РФ неоднократно разъяснял: голословные утверждения следователя или иных участников процесса, что обвиняемый якобы кому-то угрожал или предпринимал какие-либо незаконные действия, не могут без достаточных к тому доказательств служить основанием для изменения меры пресечения или иных ограничений прав гражданина. Следователь, естественно, этого не читал, а если и натыкался на подобные разъяснения, то в ужасе отбрасывал книжку. Поэтому стоит направить его в библиотеку, дабы он внимательно почитал бюллетени Верховного Суда РФ и наконец уяснил себе, что слово «следователь» не является эквивалентом словосочетания «карающий меч Господень», а обозначает лишь вспомогательную фигуру, нечто среднее между придатком к пишущей машинке и «мальчиком для битья».

СТАТЬЯ 150 УПК РФ: ПОРЯДОК ДОПРОСА ОБВИНЯЕМОГО

Следователь обязан допросить обвиняемого немедленно после предъявления ему обвинения.

Допрос обвиняемого не может производиться в ночное время, кроме случаев, не терпящих отлагательства.

Обвиняемый допрашивается в месте производства предварительного следствия. Следователь вправе, если признает это необходимым, произвести допрос в месте нахождения обвиняемого.

Обвиняемые, вызванные по одному и тому же делу, допрашиваются порознь, причем следователь принимает меры, чтобы они не моги общаться между собой.

В начале допроса следователь должен спросить обвиняемого, признает ли он себя виновным в предъявленном ему обвинении, после чего предлагает обвиняемому дать показания по существу обвинения. Следователь выслушивает показания обвиняемого, а затем в случае необходимости задает обвиняемому вопросы.

Первейшая заповедь Стражей Порядка — обвиняемого надо «сломать» перед допросом. Методы применяются самые разнообразные — от физических до внешне невинных прогнозов о том, сколько лет за решеткой «светит» гражданину. Никакие увещевания, приказы и распоряжения всех без исключения вышестоящих инстанций должного эффекта не оказывают: следователи словно не слышат грозных указаний.

По всей видимости, данное состояние дел сложилось благодаря изначально неправильной установке на поиск «вины», а не «истины». Существа в серых шинелях или синих прокурорских пиджаках не способны поставить себя на место обычного гражданина, в их среде считается незыблемым и нерушимым одно — «внутреннее убеждение».

Обвиняемый имеет право на рассказ о чем угодно, что, по его мнению, относится к существу дела. Следователь по ходу рассказа может задавать вопросы, что-либо уточнять, в общем, как описывают наши Законодатели, все это сильно смахивает на сдачу зачета или экзамена.

На самом деле все обстоит не так гладко и успешно, как хочется и государству, и гражданам. Нарушения прав обвиняемых (чего греха таить, происходят они повсеместно и постоянно) приводят к тому, что значительно возрастает роль пристрастности, судебной ошибки и неправосудного решения. Приговоры выносятся либо слишком мягкие, либо неоправданно строгие, возможности гражданина защитить себя в судебном порядке серьезно ограничены, ибо в подавляющем большинстве случаев судьи ориентируются на протоколы допросов, а не на слова обвиняемого на судебном заседании — априори «человек в клетке» воспринимается как виновный. Из этого следует, что нельзя допустить, чтобы материалы допросов были бы вольно записаны следователем так, как ему «этого хочется».

Для того чтобы добиться «нужных» показаний, следователи, как мы уже говорили выше, применяют разнообразные методы. Попробуем их разделить на пункты и рассмотреть, что они собой представляют и как с этим бороться.

1. Физическое насилие — с этим все ясно. Но стоит крепко запомнить одно: следователь, получивший с помощью данного метода необходимые ему сведения, может о Вас «забыть» до суда и на судебное заседание предстанут исключительно те протоколы допросов, где Вы «признаетесь» в своей вине. Поэтому, какие бы методы физического воздействия ни применялись, Ваша задача — не выдать всю информацию сразу, за один допрос, а растянуть на максимально долгий срок, заставить следователя провести как можно больше допросов. Смысл подобного поведения заключается в следующем: что бы ни говорили о «ментовском» беспределе, каждый лишний день и лишний допрос все более увеличивают шансы следователя попасть на заметку к проверяющим комиссиям, прокурору или Службе Внутренней Безопасности. Ревизии работы следственного аппарата проводятся регулярно и внезапно, проверяющие из прокуратуры (которым глубоко наплевать на судьбу какой-то там «мелкой сошки» — следователя) могут появиться в любой момент. При появлении подобной проверки или комиссии Вы имеете полное право (и жизненно необходимо этим правом воспользоваться) поговорить с проверяющими наедине, без следователя. Если Вы выразите такое желание, то проверяющие сами заинтересуются, что происходит, и следователя выставят за дверь.

При таком повороте событий Вам не просто нужно «рассказать о применении к Вам физического насилия», а подать письменное заявление, в котором полностью описать происшедшее, потребовать медицинского освидетельствования и отвода следователя.

Какие бы страшные глаза ни делал следователь, как бы он Вам ни угрожал, что «потом хуже будет» (если Вы решили его «слить» проверяющим), — не верьте ни единому его слову. Стражи Порядка, столь грозные и сильные, когда Вы привязаны к стулу, а их страхуют «коллеги» с дубинками, становятся перед лицом надзирающих инстанций «тварями дрожащими» и косноязычно, поминутно икая от страха и благоговения, оправдываются.

Аккуратно стоит себя вести с сотрудниками районной прокуратуры, ибо они могут еще «покрывать» следователя (глагол «покрывать» имеет в данном случае не зоологическое значение «покрытия» коровы быком, а иное — выгораживать). А вот сотрудники городской прокуратуры или ГУВД внимательно выслушают все, что Вы скажете (не забудьте письменное заявление!), и «покроют» ретивого служителя районной Фемидки уже именно в зоологическом смысле, мало не покажется.

Если же Вашего рандеву с представителями прокуратуры не происходит, то Вам следует исхитриться и оставить материальный след физического насилия на бланке протокола допроса. Единственным таким следом может быть Ваша кровь.

В милиции бьют (или, по крайней мере, стараются бить), не оставляя следов. Это — минус для задуманного дела. Но кровь можно добыть из пальца, проколов его чем-либо; из носа, попросив сокамерника Вам в этом помочь.

Заливать «кровищей» протокол не следует, да Вам никто этого сделать и не позволит. Следы крови необходимо оставить незаметно для следователя. К примеру: проколов палец, оставляете небольшие капельки крови на листах протоколов, которые Вы читаете и подписываете, прижимая уголок бумаги к пальцу (желательно сделать это так, чтобы кровь впиталась и Ваш оппонент на пятнышки не обратил внимания!). Затем, когда вроде все успокоится и Вас оставят в покое, подаете заявление, в котором указываете, что следователь заставил Вас путем физического насилия себя оговорить — объясняете, что он разбил Вам лицо, и кровь на протокол (от конкретного числа, имеющийся в деле!) попала из разбитого носа или губы. Экспертиза, на которой необходимо настоять, покажет, что кровь Ваша, и следователю придется туго. По меньшей мере, будет необходимо проделать все (!) следственные действия поновой.

2. Угрозы — разнообразны и зависят исключительно от уровня интеллекта и фантазии следователя. Существует один нюанс — человек, угрожающий чем-либо, вряд ли приведет угрозы в исполнение, ибо сам опасается последствий. Часто закомплексованные по поводу какой-то своей неполноценности (физической, умственной, сексуальной или иной) Служки Фемиды в своих мечтах представляют себя «крутыми полицейскими» из западных боевиков и стараются подражать выдуманным персонажам во всем. Отсюда — и пренебрежительные рассуждения «через губу», и грубость, и тупые намеки на негативные последствия в случае отказа «сотрудничать» со следствием и пр. Отсутствие подобного поведения свидетельствует о нормальности человека.

Наиболее часто встречаются следующие виды угроз:

— обещания возбудить уголовное дело на близкого Вам человека и «отправить» его в камеру. Не верьте — это абсолютный бред, никто никакому «вшивому следователю» не позволит по собственной инициативе возбуждать «левые» уголовные дела и пихать в камеру, кого попало;

— обещания применить «физические меры убеждения». Отнеситесь к этим словам дифференцирование. В большинстве случаев, если следователь этого ранее не делал, Вам ничто не грозит. Ваш оппонент просто мечтательно «мастурбирует» на фантазийном уровне и представляет себе, как «было бы хорошо», если бы у него хватило смелости и сил на подобное действие;

— обещания «найти свидетелей» и «доказать» Вашу вину — совсем смешно. Где ж он их найдет, если до сих пор подобных свидетелей не было? То же самое относится к доказательствам. Вы можете в этом случае даже немного подзадорить следователя, пусть побегает, может, устанет и угомонится;

— обещания «поговорить» с прокурором и судьей, и угроза того, что Вам «впаяют» максимальный срок заключения. Разговор с прокурором, может, и состоится, но следователю он ничего не даст. Судья же и слушать его не будет, ему нет дела до проблем следствия. Максимальное, чего может добиться следователь, это общения с секретарем суда, чтобы горестно повествовать ему (ей) о своих «сложностях», демонстрируя полную процессуальную «импотенцию»;

— угроза возбудить дополнительное дело против Вас, если уж по существующему не «прижать».

Очень хорошо! Интересно, как он попытается это сделать? Такой авангардизм, скорее всего, приведет к тому, что полностью развалятся оба дела — и настоящее, и выдуманное. Так что «флаг ему в руки»!

В случае реальных (или мнимых) угроз следователя очень полезно подать заявление в надзирающие инстанции согласно следующей формуле: описание угроз с цитированием слов следователя, Ваше мнение о противозаконности подобных действий и требование возбудить уголовное дело против их подчиненного по статье 302 части 1 УКРФ.

Статья 302 УК РФ: Принуждение к даче показаний

1. Принуждение подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля к даче показаний либо эксперта к даче заключения путем применения угроз, шантажа или иных незаконных действий со стороны следователя или лица, производящего дознание, — наказывается лишением свободы на срок до трех лет.

2. То же деяние, соединенное с применением насилия, издевательств или пытки, — наказывается лишением свободы на срок от двух до восьми лет.

Но! Обычно обвиняемого стараются держать в камере. Не расстраивайтесь — заявление может быть подано родственниками, которые узнали о творящемся беспределе от адвоката или при свидании с Вами. В идеале — подтверждение адвокатом наличия угроз (но на это рассчитывать не стоит. Адвокаты стараются «не ссориться» со следствием, мотивируя это тем, что им «еще работать». В этом вся их сущность — как деньги брать, так они первые, а как что-либо реально надо, так не сыщешь).

ОБРАЗЕЦ:

Прокурору СБп г. Шниперсону У. К. от гр. Безутешной

Феклы Евсеевны, прож.: СБп, ул. Шантажистов, д. 1, кв. 1

ЗАЯВЛЕНИЕ

03.06.1996 года мой муж, гр. Безутешный О. О., был задержан следователем 19-го отделения милиции СБп гр. Николаевым-Юнге А. А. по подозрению в совершении мошеннических действий в отношении гр. Ковалевского Н. В., генерального директора 000 «Наша Хата». Как оказалось, 04.05.1996 года по заявлению «потерпевшего» было возбуждено уголовное дело № 466727.

Как я узнала из разговора с защитником моего мужа, следователь Николаев-Юнге А. А. постоянно угрожает моему мужу применением физического насилия, если тот не «сознается» в совершении этого надуманного преступления. То же самое я услышала от мужа, когда была на свидании с ним 05.06.1996 г.

Гр. Николаев-Юнге А. А. в разговорах со мной постоянно упоминает некие «особые способы», с помощью которых он может добиться от подозреваемого «чего угодно». Когда я попросила его конкретизировать, что он имеет в виду, следователь посоветовал мне «думать о своей судьбе», так как он «настроен», если мой муж не даст «нужных» показаний, сделать из меня «подельницу» и этим самым заставить моего мужа «сознаться».

Когда я пыталась ему возразить, следователь Николаев-Юнге А. А. сообщил мне, что он «обо всем договорился» с начальником СО гр. Тупорыловым Н. Н. и прокурором гр. Клемазюком Ю. Ю., и те «дали добро» на «любые действия» в адрес моего мужа и меня. Еще гр. Николаев-Юнге А. А. добавил, что «жаловаться бесполезно», так как у него с прокуратурой района «все схвачено» и мое заявление попадет к нему в руки, и он сам решит, что с ним делать (это сильный ход. — Прим. Автора).

Следователь Николаев-Юнге А. А. угрожает мне при каждом разговоре и грубейшим образом нарушает Закон.

Прошу Вас как прокурора города принять меры реагирования и рассмотреть вопрос о возбуждении уголовного дела в отношении следователя Николаева-Юнге по статье 302 УК РФ.

(Число, подпись.)

Ссылка на тандемы «прокурор района-следова-тель» и «начальник СО района-следователь» чрезвычайно полезна. Проверять, говорил ли Страж Порядка сии глупости, никто не будет, но районному прокурору точно порекомендуют «укоротить» язычок излишне говорливому и несообразительному сотруднику, а лучше — вообще его отстранить от данного уголовного дела.

3. Ложные обещания — слова следователя о «смягчении» условий содержания (выход под подписку) в обмен на «чистосердечные» признания. Сказки из милицейского фольклора, в реальной жизни процент выполненных обещаний исчезающе мал. И даже не потому, что все следователи «вруны», отнюдь нет, — просто у следователя не так много действительных возможностей для осуществления обещаний. Большинство его действий санкционируются прокурором, а как тот рассудит — неизвестно, может как раз при «признательных показаниях» подписать указание об аресте или продлении содержания под стражей.

4. Для получения «нужного» протокола допроса одним из любимых методов давления со стороны 189 «самых человечных в мире» следователей является незаконное задержание. Конечно же, влиять на человека, сидящего в СИЗО, проще, чем на находящегося на свободе.

В У К РФ существует статья 301.

Статья 301 УК РФ: Незаконное задержание, заключение под стражу или содержание под стражей

1. Заведомо незаконное задержание — наказывается ограничением свободы на срок до трех лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

2. Заведомо незаконные заключение под стражу или содержание под стражей — наказываются лишением свободы на срок до четырех лет.

3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, повлекшие тяжкие последствия, — наказываются лишением свободы на срок от трех до восьми лет.

Хотя в статье и не сказано, для чего именно используется незаконное задержание, но в своем заявлении на имя прокурора надо обязательно (!) потребовать возбуждения уголовного дела против следователя именно по этой статье.

Обжаловать свое задержание — необходимое условие в любом (!) случае.

При проведении допроса обвиняемого важным пунктом является проверка его алиби. Бравые и «уверенные» Холмсы обычно не утруждают себя подобными «мелочами», им и так «все ясно». Однако в Бюллетене Верховного Суда РСФСР, 1982, № 9, на страницах 9-10 особо отмечено, что алиби обвиняемого должно быть тщательно проверено в обязательном порядке. Если следователь этого не делает, порекомендуйте ему сходить в библиотеку.

Любые следственные действия, так или иначе связанные с подозреваемым или обвиняемым (очная ставка, следственный эксперимент, опознание и пр.), разрешены только после (!) допроса гражданина. Сотрудники Органов частенько этот порядок не соблюдают: сначала, к примеру, проведут опознание, а потом начинают гундосить: «Ну что, будешь говорить?»

Нарушение обязательной последовательности следственных действий есть серьезное процессуальное нарушение, требующее Вашей реакции.

СТАТЬЯ 151 УПК РФ: ПРОТОКОЛ ДОПРОСА ОБВИНЯЕМОГО

О каждом допросе обвиняемого следователь составляет протокол с соблюдением требований статей 141 и 142 настоящего Кодекса. В протоколе допроса указываются данные о личности обвиняемого, в том числе: фамилия, имя, отчество, время и место рождения, гражданство, национальность, образование, семейное положение, место работы, род занятий или должность, местожительство, прежняя судимость, а также и другие сведения, которые окажутся необходимыми по обстоятельствам дела.

Показания обвиняемого заносятся в протокол в первом лице и по возможности дословно; в случае необходимости записываются заданные обвиняемому вопросы и его ответы.

По окончании допроса протокол предъявляется обвиняемому для прочтения или по его просьбе прочитывается следователем. Обвиняемый имеет право требовать дополнения протокола и внесения в него поправок. Эти дополнения и поправки подлежат обязательному занесению в протокол.

По прочтении протокола обвиняемый своей подписью удостоверяет правильность записи его показаний.

Перед подписью обвиняемого в протоколе отмечается, прочитал ли протокол обвиняемый лично или он ему был прочитан следователем.

Если протокол написан на нескольких страницах, обвиняемый подписывает каждую страницу отдельно. Все дополнения и поправки в протоколе должны быть удостоверены подписью обвиняемого и следователя.

Если допрос обвиняемого производится с участием переводчика, то протокол допроса должен включать указание на разъяснение переводчику его обязанностей и предупреждение об ответственности за заведомо неправильный перевод, что удостоверяется подписью переводчика. В протоколе также отмечаются разъяснение обвиняемому его права на отвод переводчика и поступившие в связи с этим заявления обвиняемого.

Переводчик подписывает каждую страницу протокола и протокол в целом. Обвиняемый своей подписью в конце протокола подтверждает, что сделанный ему в устной форме перевод протокола соответствует данным им показаниям. Если протокол допроса был переведен на другой язык в письменном виде, те перевод в целом и каждая его страница в отдельности должны быть подписаны переводчиком и обвиняемым.

Протокол допроса обвиняемого — это поле боя между сказанным допрашиваемым и слуховыми галлюцинациями следователя, которые последний с упорством маньяка пытается занести на бумагу да и еще заставить обвиняемого «это» подписать. Обвиняемый, в свою очередь, старается объяснить следователю, что его слова о том, что он «видел гражданина X», отнюдь не означают, что он «ограбил гражданина Y, знакомого гражданина X», как это стремится отразить в протоколе перевозбужденный близким «раскрытием» Служитель Феми-ды. Руины этих споров и составляют большую часть документов.

Закон требует от следователя составлять протокол максимально полно и близко к дословному тексту, желательно от первого лица. На практике эти требования причудливым образом налагаются на «внутреннее убеждение» следователя, и протокол выходит перенасыщенным лишней информацией (следователь усердно стенографировал все (!) слова допрашиваемого, включая просьбу дать закурить) либо, наоборот, чрезвычайно бедным информативно. А бывает еще и так: следователь записывал все, что Вы ему рассказали, но Ваши слова столь своеобразно преломились в «призме» его сознания, что вместо протокола получилась история болезни Стража Порядка, — в тексте угадывается и перенесенный в детстве менингит, и привычная неудовлетворенность окружающей действительностью, и, конечно, вчерашняя алкогольная интоксикация. Попытки детализации и фиксации особенностей речи допрашиваемого превращают протокол в пособие по изучению современного городского жаргона.

Протокол допроса обвиняемого составляется по общим правилам. В механизме составления нет ничего нового по сравнению с протоколами допросов других участников процесса, присутствует лишь один чисто психологический нюанс со стороны следователя.

Так как обвинение уже предъявлено (а этот шаг в Органах считают предопределяющим дальнейшее течение следствия), то протокол допроса составляется так, будто бы разговор идет не о доказывании некоего деяния, а о выяснении незначительных деталей произошедшего.

Само по себе предъявление обвинения — обычное и довольно скучное процессуальное действо, малозначащее для реального положения вещей, бумажка как бумажка. Мнение следствия о том, что это — один из важнейших «шагов к установлению истины», в корне ошибочно. Наличие обвинения никоим образом не освобождает Ваших оппонентов от необходимости постоянно доказывать высказанные ими предположения. Понятное дело, что в жизни они стараются под любым предлогом от этого увильнуть и представить дело так, будто бы они занимаются «закреплением» Ваших показаний, а Ваша вина давно «признана» и в обсуждении не нуждается. Происходит обычная подмена понятий — следствие берет на себя роль суда.

Протокол допроса обвиняемого начинается с указания места допроса (включая город) и времени, фамилии, должности и звания следователя и ФИО и домашнего адреса обвиняемого.

Далее обвиняемый расписывается в графе о разъяснении ему его прав. Следователь перед началом допроса обязан выяснить у обвиняемого, знает ли и помнит ли тот свои права, и при необходимости разъяснить их снова. Данная необходимость возникает по желанию гражданина.

Автору представляется целесообразным ПОРЕКОМЕНДОВАТЬ всем обвиняемым каждый раз перед допросом заставлять следователя повторять весь список прав и их разъяснение в полном объеме (или особенно понравившиеся моменты). В идеале через некоторое время Ваш оппонент выучит их наизусть, и гражданские права будут им восприниматься не как «ограничение прав следователя», а как нормальные положения из общепринятых Законов. Воспитание тактичного и скромного следователя — первейшая задача участников процесса.

Протокол допроса может составляться в двух формах: последовательная запись показаний в виде свободного рассказа или ряд вопросов, на каждый из которых дается развернутый ответ.

Лучше всего будет избрать форму № 2, и вот почему: при «свободном рассказе» следователь сам по себе систематизирует показания произвольно и при окончании допроса некоторые моменты, которые Вы хотели бы дописать, могут быть упущены из виду. Тем более, что при ознакомлении с подобной формой допроса у надзирающих инстанций и в суде быстро наступает утомление и материалы следствия в полном объеме уже никто не читает.

В ситуации же «вопрос — ответ» Вы сами, по собственному разумению систематизируете допрос, он становится вполне читабельным и понятным. При этом наводящие, провокационные и некорректные вопросы следователя очень ярко проявляются, и при окончании допроса Вы спокойно можете это отразить в своих дополнениях, сочетая их с каждым пунктом в отдельности. При возникновении перерыва в допросе это фиксируется в протоколе.

СТАТЬЯ 152 УПК РФ: СОБСТВЕННОРУЧНАЯ ЗАПИСЬ ОБВИНЯЕМЫМ СВОИХ ПОКАЗАНИЙ

После дачи обвиняемым показаний, в случае его просьбы, ему должна быть предоставлена возможность написать свои показания собственноручно, о чем делается отметка в протоколе допроса. Показания подписываются обвиняемым и следователем.

Следователь, по ознакомлении с письменными показаниями обвиняемого, может задать ему дополнительные вопросы. Эти вопросы и ответы на них записываются в протокол. Правильность записей вопросов и ответов удостоверяется подписями обвиняемого и следователя.

Следователь не имеет права отказать обвиняемому в собственноручной записи показаний или дополнений в протокол. При возникновении подобного желания гражданину следует учесть ряд простых правил:

1. Любые собственноручные записи в протоколе допроса делаются крупным, четким почерком, с соблюдением всех грамматических правил — такая форма будет выгодно отличаться от неразборчивых и корявых фраз на предыдущих листах бумаги.

2. Объем замечаний и дополнений ограничен только здравым смыслом, причем Вашим, а не следователя. Если у Вас есть, что сказать, пишите все, не обращая внимания на сучащего ножками от нетерпения гуманоида с другой стороны стола, — если его приперло со временем, ничего страшного, перебьется, надо было раньше думать.

3. Свои замечания лучше всего заносить по существу дела, не растекаясь мыслью по древу (опять же конкретные и четкие фразы по поводу понятных фактов только оттенят ту неразбериху, которая царит в записях следователя).

4. Свое мнение по поводу иных участников процесса желательно не высказывать, проявить абсолютно нейтральное отношение. О следователе вполне возможно записать нечто, отражающее Ваше недовольство стилем и методами его работы, но также в корректной форме. Старайтесь избегать совсем уж прямых намеков на его умственное состояние, не доходите до оскорблений (к примеру, следователи отчего-то очень не любят, когда в разговорах или в письменном виде их определяют существительным, являющимся производным от глагола «долбить». Вероятно, они за что-то обижены на дятлов или столяров).

5. Свое дополнение можно выразить в форме ходатайства, заявления, требования, просьбы и прочих процессуальных вариантов. Внесение заявлений в протокол чрезвычайно полезно! Не поддавайтесь на провокации «хитроумного» существа, сидящего напротив, которое будет Вам советовать и рекомендовать писать заявление на отдельном листе бумаги и услужливо его подсовывать. Фигу ему с маслом! Если Ваше отдельное заявление он сможет «потерять», то с ходатайством на бланке протокола ему в любом случае надо что-то делать. Понятие «что-то» подразумевает только законное разбирательство с Вашим заявлением, и следователь знает, что неисполнение этой нормы повлечет за собой достаточные неприятности для него лично.

Свои заявления в протокол очень хорошо заносить совместно с требованиями прокурорской или судебной проверки обоснованности задержания, ареста и самого обвинения; ходатайством о встрече с прокурором; требованием экспертиз и очных ставок. При невыполнении подобных разумных просьб (естественно, по фактическим данным и по существу дела) суд с большой степенью вероятности не примет дело к производству, пока не будут устранены недоработки, равно, как и прокурор не будет в восторге от необходимости объяснять вышестоящим инстанциям, почему он не может «повлиять» на своего подчиненного следователя.

Для придания следователю вида «маленького белого раба» количество подобных просьб и заявлений в протоколах допросов должно либо постоянно расти, либо одномоментно достигать цифры десять. Или более — на сколько у Вас хватит конкретных фактов. В душе Вы можете посмеиваться над упарившимся оппонентом: «Работай, работай — солнце еще высоко!», и просчитывать дальнейшие требования о назначении процессуальных действий.

6. Очень полезно в своих дополнениях обратить внимание на вольное обращение Стража Порядка с «великим и могучим» русским языком. Конечно же, не стоит писать, что следователь — «безграмотная обезьяна из семейства менто-гутанов». Но указать на фактические ошибки, затрудняющие понимание смысла протокола, следует.

Приведем ряд примеров наиболее распространенных и полезных для защиты своих прав дополнений к тексту допроса (помимо дополнительных показаний!):

а) «В процессе допроса следователь Мохнорылов П. П. записывал мои ответы на вопросы таким образом, что создается впечатление, будто бы я признал сущность обвинения. Я не согласен с предъявленным мне обвинением и считаю такую позицию следствия предвзятой. Прошу прокурора района (города, области, края) разобраться в сущности обвинения и законности применения ко мне меры пресечения в виде заключения под стражу».

(Число, подпись.)

б) «В ходе допроса мои ответы по существу вопросов, поставленных следователем Косноязычной А. А., были записаны в свободной форме, не точно и не полно. В записанных ответах не отражены факты, о которых я сообщил следствию. Считаю такое положение вещей нарушением моего права на защиту и прошу прокурора обязать следователя Косноязычную А. А. еще раз провести допрос по обстоятельствам, отмеченным в настоящем протоколе».

(Число, подпись.)

Прокурор, согласно Закону, обязан при подобном заявлении подследственного лично поприсут-ствовать на допросе, либо назначить иного следователя, либо лично провести данный допрос. Что он скажет в этом случае следователю, который даже слова гражданина толком записать не может, понятно.

в) «По прочтении мной протокола допроса я не совсем понял его содержание, так как в записи моих слов следователем Тугодумовым Ф. Ф. их смысл полностью искажен. Из настоящего протокола неясно, по какому вопросу проводился допрос. Прошу прокурора района (города, области, края) обязать следователя Тугодумо-ва Ф. Ф. повторить допрос по исследуемым фактам, поставив конкретные вопросы и записав мои показания в полном соответствии с тем, как они прозвучат».

(Число, подпись.)

Ваша позиция должна состоять в следующем: если допрос по какому-либо из эпизодов или действий нечитабелен или создает у окружающих ложное представление о сути происходившего, то у Вас нет никакой гарантии, что на его основе не будут развиваться какие-то дальнейшие действия следствия, которые приведут к еще более непонятным результатам.

Чрезвычайно часто случается, что в материалах уголовного дела в двух-трех местах существуют подобные непонятные, запутанные или двусмысленные протоколы, которые либо значительно осложняют, либо делают совсем невозможной защиту Ваших прав. Любое Ваше заявление в дальнейшем о предвзятости, подтасовке данных или фальсификации доказательств будет упираться в то, что следователь станет отсылать (или демонстрировать) надзорные инстанции именно к этим протоколам, а те, в свою очередь, не разобравшись и не поняв сути допроса и Ваших ответов, начнут Вам «мотивированно» отказывать. Следовательно, при малейшей двусмысленности или вероятной «свободной интерпретации» Ваших слов необходимо передопрашиваться. Оставлять подобную бумажку в деле очень опасно.

г) «Следователь Блудоручкин Э. Э., фиксируя в протоколах допросов мотивацию моихдействий, произвольно придает им преднамеренный характер. Я решительно заявляю, что данные записи совершенно не соответствуют действительности, и прошу прокурора района (города, области, края) разъяснить следователю Блудо-ручкину Э. Э. необходимость придерживаться норм существующего законодательства и не „мотивировать" мои действия якобы с моих слов».

(Число, подпись.)

Частенько следователи, да и вообще все сотрудники Органов, любые Ваши слова, касающиеся любых фактов и обстоятельств (вполне вероятно, даже не относящихся к делу), преподносят в письменной форме как некий «мотив», «подготовительные действия» или «план». Факт знакомства с потерпевшим, разговор с ним или свидетелем, Ваше появление или отсутствие в некоем месте используются в качестве «доказательства преступных намерений». Нельзя давать этим «доказательствам» развиваться.

д) «Следователь Грязноушкин Я. Я. записывает мои объяснения так, словно я „раскаиваюсь" в некоем „содеянном" преступлении и пытаюсь объяснить причины, побудившие меня это сделать. Такая форма записи моих показания абсолютно не соответствует действительности и искажает смысл моих слов. Прошу прокурора района (города, области, края) принять меры реагирования по указанному факту и обязать следователя Грязноуш-кина Я. Я. соблюдать нормы законодательства».

(Число, подпись.)

От постановки слова, знака препинания или построения фразы во многом зависит восприятие текста. Некоторые следователи мнят себя равными классикам русской литературы и в душе сравнивают свои опусы с их собраниями сочинений. Необходимо постоянно возвращать их на грешную землю и разъяснять, что они составляют протокол и записывают Ваши слова, а не творят сочинение на тему: «Что бы было, если бы я вчера не нажрался „в мясо“ с дежурным сержантом Васей».

Фактически любой протокол допроса обвиняемого (равно как и других участников процесса) требует от допрашиваемого уточнений и дополнений. Жизненно важно начинать с первого же протокола допроса, чтобы не дать возможности следователю похоронить здравый смысл в груде маловразумительных бумаг.

СТАТЬЯ 153 УПК РФ: ОТСТРАНЕНИЕ ОТ ДОЛЖНОСТИ

При привлечении должностного лица в качестве обвиняемого следователь в случае необходимости отстранить обвиняемого от должности выносит об этом мотивированное постановление, подлежащее санкционированию прокурором или его заместителем. Постановление направляется для исполнения по месту работы обвиняемого.

Отстранение от должности отменяется постановлением следователя, когда в применении этой меры отпадает дальнейшая необходимость.

(в ред. Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 08.08.83 — Ведомости Верховного Совета РСФСР, 1983, № 32, cm. 1153)

Необходимость в отстранении гражданина от должности возникает у следователя по двум причинам: когда он считает, что обвиняемый «будет продолжать преступную деятельность», используя служебное положение (видимо, следователь априори уверен в том, что сидящий перед ним человек — преступник, а заодно еще и сумасшедший), и когда следователю кажется, что гражданин будет «препятствовать установлению истины», используя возможности по своей службе (уничтожать документы, прятать доказательства, подговаривать подчиненных на дачу ложных показаний и пр.). Причем санкции прокурора на отстранение от должности не требуется.

Любой человек, пребывая в здравом уме и трезвой памяти, скажет, что обвиняемый, даже если он что-либо совершил, не станет совершать такие опрометчивые поступки, какие описаны выше. Наши законодатели, однако, считают иначе. По их мнению, попавшие в поле зрения следствия граждане — толпа ненормальных мерзавцев, имеющих в жизни одну цель: вырвать из рук следствия доказательства своей «преступной» деятельности и срочно их уничтожить.

Что ж, бороться с этим мнением бесполезно, поэтому отнеситесь к отстранению от должности спокойно и с юмором. При этом в любой коммерческой структуре, где нет доли федеральной или муниципальной собственности, сие постановление следователя не действует.

СТАТЬЯ 154 УПК РФ: ИЗМЕНЕНИЕ И ДОПОЛНЕНИЕ ОБВИНЕНИЯ

Если при производстве предварительного следствия возникнут основания для изменения предъявленного обвинения или для его дополнения, следователь обязан предъявить обвиняемому новое обвинение с соблюдением требований статей 143, 144 и 148 настоящего Кодекса и допросить его по новому обвинению.

Если в ходе предварительного следствия предъявленное обвинение в какой-либо части не нашло подтверждения, следователь своим постановлением прекращает дело в этой части, о чем объявляет обвиняемому.

При малейшем изменении обвинения оно должно быть перепредъявлено в полном (!) объеме. Закон запрещает просто составлять постановления и выписывать обвинительные заключения по новым эпизодам или отменять старые.

Следователи почти повсеместно эту статью нарушают, и это столь же естественно, как восход солнца. Дело заключается в том, что Стражам Порядка пришлось бы тогда каждый раз по-новой доказывать все (!) эпизоды и мотивировать все (!) предыдущие действия следствия. А для них это — как инструментом для жатвы по мужскому достоинству.

Новое обвинение должно быть предъявлено в полном объеме, а не в виде «дополнения» к уже существующему. При этом и после предъявления нового обвинения должен быть проведен допрос по всей форме (согласно статьям 150-152 УПК РФ) и обвиняемый вновь допрошен по всем материалам с самого начала. Нарушение этого правила есть нарушение права на защиту (Бюллетень ВС РСФСР, 1980, № 6. С. 9, 10). Обвиняемому снова разъясняются его права. Автор напоминает, что следователь обязан «усладить» слух гражданина «певучими руладами» именно разъяснения, а не бухтеть себе под нос сухие строчки статей УПК.

Несоблюдение обязательности подобного допроса по каждому эпизоду нового обвинения (вне зависимости от того, был гражданин ранее допрошен или нет) есть грубейшее нарушение права на Защиту (Бюллетень ВС РСФСР, 1984, № 8. С. 9).

Для того, чтобы поставить на место излишне уверенного в собственной правоте и качестве собранных доказательств следователя, было бы чрезвычайно целесообразно сообщить вышестоящим инстанциям о сути Ваших претензий. Желательно направить свое послание в прокуратуры района и города одновременно.

ОБРАЗЕЦ:

Прокурору П-ского р-на г. Петровска

г. Терпигоридзе А. В. от гр. Допросикова Эпизода Эпизодовича

ЗАЯВЛЕНИЕ

01.01.2000 года против меня было возбуждено уголовное дело № 000123 якобы (не забывайте постоянно употреблять это замечательное слово. Оно вызывает со временем неуверенное отношение к любым заявлениям следователя и потерпевшего. Не стоит только писать:

«якобы следователь». — Прим. Автора) по факту совершенного мною мошенничества в адрес гражданина Коваля Н. В., генерального директора 000 «Наша Халупа». Дело ведет следователь Николаев-Бухалко А. А.

10.02.2000 г. обвинение против меня было «дополнено» (обязательно все действия следствия заключайте в кавычки. — Прим. Автора) показаниями некоей гражданки Хабачкиной Т. В., в которых она «утверждает», что я якобы и в ее адрес совершил мошеннические действия, при этом используя фальшивый паспорт на имя некоего «Михаила Александровича Юнге-Бздыньсковича». Следователь Николаев-Бухалко А. А. принял данное заявление без всякой проверки и тут же «дополнил» обвинение «новым эпизодом», заодно обвинив меня в якобы подделке документов на имя «уважаемого Юнге-Бздыньсковича».

Помимо ложности всех обвинений в свой адрес обращаю Ваше внимание на то, что обвинение мне в полном объеме не предъявлено и не проводятся никакие необходимые процессуальные действия. Следователь Николаев-Бухалко А. А. утверждает, что по Закону это «необязательно» и делается «на усмотрение следователя»

(пусть говорливый Мегрэ объяснит подобный сюрреализм прокурору. — Прим. Автора).

В процессе ведения следствия первый «потерпевший» гр. Коваль Н. В. уже неоднократно отказывался от ранее данных показаний, изменял сумму, которую я у него якобы «украл», приводил одних свидетелей и произвольно менял их на других. Гр. Хабачкина Т. В. является знакомой гр. Коваля Н. В. и действует с ним в сговоре.

Следователь Николаев-Бухалко А. А. совершенно не обращает внимания на очевидные факты и отказывается (!) проводить процессуальные действия, невыгодные обвинению.

Я считаю такое положение вещей грубейшим нарушением моего права на защиту, Конституции РФ и УПКРФ.

Прошу Вас, наконец (очень хорошее дополнение, именно «наконец», — Прим. Автора), обязать следователя Николаева-Бухалко А. А. выполнять положения статьи 154 УПК РФ и принять меры прокурорского реагирования в отношении вышеизложенного.

(Число, подпись.

Помните, что при предъявлении нового обвинения борьба начинается как бы с пустого листа, ибо следствию необходимо опять доказывать и аргументировать все (!) свои слова.