8.3. Судебные органы в регулировании рекламной деятельности

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 

При осуществлении контрольных функций антимонопольными органами в процессе деятельности субъектов рекламного рынка часто возникают спорные ситуации, которые цивилизованно могут быть разрешены участниками спора при обращении к судебным органам. Принятые судебные решения создают прецедент, который хотя и не является официальным источником права в Российской Федерации, но учитывается участниками отношений в сфере рекламы в своей повседневной деятельности. Кроме того, судебные органы издают информационные письма, обобщают судебную практику, что помогает и судьям, и субъектам рынка регулировать свое поведение с учетом авторитетного мнения судебной власти. Таким образом, органы судебной власти активно участвуют в регулировании рекламной деятельности.

Согласно Конституции России, Федеральному конституционному закону от 31 декабря 1996 г. «О судебной системе Российской Федерации», судебная власть является важнейшим элементом системы разделения властей в государстве. Основные принципы функционирования, судебной власти могут быть сформулированы следующим образом:

• осуществление правосудия только судом;

• самостоятельность судов и независимость судей;

• единство судебной системы России;

• обязательность судебных постановлений;

• гласность в деятельности судов;

• равенство всех перед законом и судом;

• участие граждан в осуществлении правосудия.

Конституционный суд Российской Федерации является судебным органом конституционного контроля. Согласно статье 125 Конституции, он разрешает дела о соответствии Конституции нормативных актов, а также по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле. Можно выделить два решения Конституционного суда, сыгравших важную роль в регулировании отношений в сфере рекламы.

В постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 4 марта 1997 г. № 4-П «По делу о проверке конституционности статьи 3 Федерального закона от 18 июля 1995 года „О рекламе“» дан ответ на главный вопрос: относится ли законодательство о рекламе к предмету федерального ведения? В постановлении подчеркивается, что правовое регулирование рекламной деятельности в той части, в какой это регулирование связано с установлением правовых основ единого рынка, относится к компетенции именно федерального законодателя. Единство экономического пространства не может быть достигнуто без создания единой информационной системы рынка, а реклама (рекламная информация) составляет основу такой информационной системы. Правовое регулирование вопросов в области рекламы, относящихся к общефедеральному законодательству, иными видами законодательства способно создать препятствия для перемещения товаров, услуг и финансовых средств, ограничить добросовестную конкуренцию, что несовместимо с обязанностью государства гарантировать единство экономического пространства.

Вместе с тем Конституционный суд отметил, что рекламная деятельность является объектом комплексного нормативного правового регулирования. Если те или иные вопросы рекламы выходят за рамки гражданско-правовых отношений, не относятся к основам единого рынка, т. е. не являются предметом ведения Российской Федерации, субъекты Российской Федерации и органы местного самоуправления могут осуществлять их законодательное регулирование в рамках, определенных Конституцией.

Конституционный суд признал статью 3 Федерального закона от 18 июля 1995 г. «О рекламе», поскольку она распространяется на регулирование тех отношений в области рекламной деятельности, которые относятся к сфере гражданского законодательства и составляют основы единого рынка, соответствующей Конституции Российской Федерации.

Постановление Конституционного суда от 30 октября 2003 г. № 15-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона „Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации“ в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы и жалобами граждан С.А. Бунтмана, К.А. Катаняна и К.С. Рожкова» освещает вопросы соответствия Конституции положениям Закона о предвыборной агитации. В постановлении приводятся важнейшие характеристики предвыборной агитации и ее отличий от информирования избирателей, что позволило при применении положений названного закона избежать чрезмерного ограничения свободы слова и прав журналистов.

В постановлении отмечается, что применительно к средствам массовой информации свободу выражения мнений нельзя отождествлять со свободой предвыборной агитации, к которой не предъявляются требования объективности. Поэтому в целях защиты права на свободные выборы, являющиеся одной из основ конституционного строя, в том числе в целях обеспечения свободного волеизъявления избирателей, свобода выражения мнений для представителей средств массовой информации может быть ограничена федеральным законом. Поскольку агитация и информирование любого характера могут побудить избирателей сделать тот или иной выбор, при том что достоверные и объективные сведения о кандидате в большей мере помогают избирателю сформировать свои предпочтения, чем просто призывы голосовать «за» или «против», очевидно, что критерием, позволяющим различить предвыборную агитацию и информирование, может служить лишь наличие в агитационной деятельности специальной цели – склонить избирателей в определенную сторону, обеспечить поддержку или, напротив, противодействие конкретному кандидату, избирательному объединению. В противном случае граница между информированием и предвыборной агитацией стиралась бы, так что любые действия по информированию избирателей можно было бы подвести под понятие агитации, что в силу запрета, действующего для представителей организаций, осуществляющих выпуск средств массовой информации, неправомерно ограничивало бы конституционные гарантии свободы слова и информации, а также нарушало бы принципы свободных и гласных выборов.

Последствия агитации, проводимой представителями СМИ и нарушающей требования закона, не входят в состав правонарушения. Умысел в качестве необходимого элемента субъективной стороны формального состава такого правонарушения как незаконная агитация не может охватывать ее последствия и заключается лишь в осознании прямой цели данного противоправного действия. Именно поэтому не может быть признано агитацией информирование избирателей через средства массовой информации, в том числе об имевших место агитационных призывах голосовать за или против кандидата или о других агитационных действиях, без выявления соответствующей непосредственно агитационной цели, наличие либо отсутствие которой во всяком случае подлежит установлению судами общей юрисдикции и/или иными правоприменителями при оценке ими тех или иных конкретных действий как противозаконной предвыборной агитации.

Именно эти доводы Конституционного суда позволили спокойно работать российским журналистам в период выборов.

При этом все оспариваемые положения закона были признаны соответствующими Конституции Российской Федерации, за исключением подпункта «ж» пункта 2 статьи 48, согласно которому к предвыборной агитации относились иные действия, имеющие целью побудить или побуждающие избирателей голосовать за кандидатов, списки кандидатов или против них, против всех кандидатов, против всех списков кандидатов.

Еще одно постановление Конституционного суда Российской Федерации – от 14 ноября 2005 г. № 10-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 5 статьи 48 и статьи 58 Федерального закона „Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации“, пункта 7 статьи 63 и статьи 66 Федерального закона „О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации“ в связи с жалобой Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации» признало норму, предполагающую запрет на проведение предвыборной агитации, направленной против всех кандидатов, гражданами лично за счет собственных денежных средств, не соответствующей Конституции Российской Федерации.

Суды общей юрисдикции во главе с Верховным судом Российской Федерации осуществляют правосудие по гражданскими и административным делам, которые могут иметь отношение к рекламной деятельности. Наиболее распространенными для сферы рекламы являются споры, связанные с нарушением посредством рекламы прав потребителей на достоверную информацию о товаре, его изготовителе и продавце, а также с применением административной ответственности за нарушение законодательства о рекламе.

Если судом установлено нарушение рекламодателем права потребителя на получение достоверной информации, суд применяет к правонарушителю установленные меры гражданской и административной ответственности, к которым могут относиться возмещение убытков потребителя, компенсация морального вреда, уплата штрафа.

Наиболее активное влияние на регулирование рекламной деятельности оказывают арбитражные суды, которые относятся к органам по разрешению экономических споров и споров с участием органов власти.

В соответствии со статьями 28, 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают в порядке искового производства возникающие из гражданских правоотношений экономические споры и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями.

Арбитражные суды также рассматривают в порядке административного судопроизводства возникающие из административных и иных публичных правоотношений экономические споры и иные дела, связанные с осуществлением организациями и гражданами предпринимательской и иной экономической деятельности:

1) об оспаривании нормативных правовых актов, затрагивающих права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, если федеральным законом их рассмотрение отнесено к компетенции арбитражного суда;

2) об оспаривании ненормативных правовых актов органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов и должностных лиц, затрагивающих права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности;

3) об административных правонарушениях, если федеральным законом их рассмотрение отнесено к компетенции арбитражного суда;

4) о взыскании с организаций и граждан, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, обязательных платежей, санкций, если федеральным законом не предусмотрен иной порядок их взыскания;

5) другие дела, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, если федеральным законом их рассмотрение отнесено к компетенции арбитражного суда.

Рекомендации арбитражных судов по применению законодательства о рекламе были обобщены в информационном письме президиума Высшего арбитражного суда от 25 декабря 1998 г. № 37 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением законодательства о рекламе».

Краткое изложение данных рекомендаций приводится ниже.

1. Антимонопольный орган вправе обращаться в суд с требованием о взыскании с юридического лица штрафа за ненадлежащую рекламу.

2. При обжаловании организацией в суд постановления о наложении штрафа антимонопольный орган вправе предъявить встречное требование о взыскании этого штрафа.

3. Решения антимонопольного органа могут быть оспорены в арбитражном суде и в том случае, когда они не связаны с осуществлением контррекламы.

4. Нарушение антимонопольным органом установленного порядком рассмотрения дел срока вынесения постановления о наложении штрафа за неисполнение предписания не влечет недействительности такого постановления.

5. При обращении в суд с требованием о признании недействительным постановления о наложении штрафа за неисполнение предписания антимонопольного органа заявитель вправе оспорить законность предписания, которое не обжаловалось ранее в судебном порядке.

6. Акты антимонопольного органа, которыми установлено отсутствие нарушения Закона о рекламе, могут быть оспорены в суде.

7. Непредставление обязанным лицом достаточных доказательств исполнения предписания не может рассматриваться как его неисполнение.

8. Предписание, не содержащее указаний о прекращении конкретного нарушения закона, не влечет ответственности за его неисполнение.

9. Антимонопольный орган вправе применить ответственность в виде штрафа за каждый факт неисполнения своего предписания или решения об осуществлении контррекламы.

10. Антимонопольный орган вправе направить рекламораспростра-нителю предписание о прекращении рекламы лицензируемой деятельности без указания номера лицензии и органа, ее выдавшего.

11. При опубликовании рекламной информации без сообщения типа «на правах рекламы» меры административного воздействия применяются к рекламораспространителю.

12. При распространении рекламы товара без пометки об обязательной сертификации меры административного воздействия применяются к рекламодателю, кроме случаев отсутствия его вины в этом нарушении.

13. Оповещение читателя нерекламной печатной продукции о рекламном характере информации допустимо в форме, позволяющей распознать материал как рекламу в момент его прочтения.

14. Применение ограничений, установленных законом для рекламы определенных видов товаров и услуг, к рекламной информации о товарах и услугах иного рода признано судом неправомерным.

15. Вопрос о наличии в информации признаков рекламы решается с учетом конкретных обстоятельств дела.

16. Информация, очевидно ассоциирующаяся у потребителя с определенным товаром, должна рассматриваться как реклама этого товара.

17. При оспаривании в суде факта распространения рекламы с нарушением требований закона в защиту несовершеннолетних соответствующая реклама должна оцениваться по тому воздействию, которое она может оказать.

18. Указание юридическим лицом своего наименования (фирменного наименования) на вывеске в месте нахождения не является рекламой.

19. Реклама организации, созданной вне коллегии адвокатов, об оказании ею услуг как юридической консультацией является ненадлежащей.

20. Ненадлежащая реклама товаров может затрагивать деловую репутацию лица, известного на территории распространения рекламы в связи с этим товаром.

21. Информация о спонсоре либо о его товарах, соответствующая условиям спонсорского договора, является рекламой.

22. Существенное искажение наименования спонсора не может считаться надлежащей рекламной информацией о спонсоре.

Существенная часть рекомендаций посвящена регулированию отношений субъектов рекламного рынка с антимонопольными органами. Таким образом, судебная практика рассмотрения арбитражными судами споров в сфере рекламы играет неоценимую роль в регулировании рекламной деятельности при возникновении пробелов, неясностей, противоречий в действующем законодательстве, неоднозначном правоприменении.