2 Правовое регулирование статуса иностранных юридических лиц на уровне СНГ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 

В первую очередь необходимо отметить принятие ряда международно-правовых документов, регулирующих вопросы осуществления иностранных инвестиций В частности, уже в ст 16

Соглашения о взаимном признании прав и регулировании отношений собственности от 9 октября 1992 г

[446]

было предусмотрено: «Стороны признают, что их юридические и физические лица, осуществляющие инвестиции, рассматриваются на территории друг друга как иностранные инвесторы Их деятельность на территории каждой из Сторон осуществляется в соответствии с ее законодательством об иностранных инвестициях и международными соглашениями, в которых участвуют Договаривающиеся Стороны»

Решением государств-участников от 24 декабря 1993 г данная норма была отменена Вместо нее 24 декабря 1993 г было подписано

Соглашение о сотрудничестве в области инвестиционной деятельности

Наиболее важным достижением данного Соглашения является установление следующей нормы: «Отношения, связанные с инвестициями Сторон, регулируются соответствующими положениями законодательства государства по месту инвестирования, установленными для инвесторов этого государства, настоящим Соглашением и другими соглашениями между его участниками, а также международными соглашениями, в которых участвуют Стороны При этом, в ходе дальнейшего совершенствования законодательства, Стороны будут исходить из того, что правовой режим инвестиций Сторон, а также деятельность инвесторов по их осуществлению не может быть менее благоприятным, чем режим для инвестиционной деятельности юридических и физических лиц государств по месту инвестирования» (ст 6) На практике выяснилось, что страны-участницы по-разному толкуют положения данной статьи и соответственно неодинаково определяют правовой режим иностранных инвесторов Более того, утвердилось мнение, что Соглашение 1993 г разделило всех инвесторов на две категории К первой отнесены инвесторы государств— участников Соглашения, инвестиции которых подчинены правовому режиму, установленному для инвестиций субъектов хозяйствования страны-реципиента, ко второй — иностранные инвесторы, на инвестиции которых распространяется правовой режим, установленный национальным законодательством об иностранных инвестициях Однако анализ содержания приведенной нормы показывает, что страны-участницы предоставляют иностранным инвесторам национальный режим В заблуждение вводит использованное в тексте выражение «не могут быть менее благоприятными…», которое традиционно употребляется в международных соглашениях при определении режима наибольшего благоприятствования Но в данной статье Соглашения речь идет об уравнивании инвесторов с национальными юридическими и физическими лицами, а не о распространении на них льгот, предоставленных по международному договору инвесторам третьих стран

[447]

Для разъяснения этого вопроса потребовалось принятие уже упоминавшегося в предыдущих главах специального разъяснения Согласно Решению Экономического суда СНГ от 21 января 1997 г № С-1/12-96/С-1/18-96 «статья 6 Соглашения о сотрудничестве в области инвестиционной деятельности от 24 декабря 1993 г предусматривает для инвестиций, осуществляемых инвесторами государств— участников данного Соглашения на территории друг друга, правовой режим, который установлен положениями законодательства государства по месту инвестирования для инвесторов этого государства, те национальных инвесторов государства по месту инвестирования, и нормами Соглашения от 24 декабря 1993 г При этом режим инвестиций, осуществляемых инвесторами государств — участников Соглашения от 24 декабря 1993 г, не может быть менее благоприятным, чем правовой режим инвестиций, осуществляемых национальными инвесторами государства по месту инвестирования»

Кроме того, Соглашение от 24 декабря 1993 г устанавливает гарантии при национализации и реквизиции (ст 7), гарантии беспрепятственного перевода прибыли и других сумм, полученных в связи с осуществленными инвестициями (ст 8) Часть 2 ст 10 Соглашения от 24 декабря 1993 г следующим образом формулирует стабилизационную («дедушкину») оговорку: «Если в случае изменения законодательства Стороны инвестирования, касающегося инвестиций, или денонсирования настоящего Соглашения, условия деятельности ранее созданных Сторонами предприятий на территории данного государства ухудшаются, то в течение последующих 5 лет применяются нормы, действовавшие на момент регистрации этого предприятия» Статья 15 освобождает от уплаты таможенной пошлины имущество, ввозимое из других государств в качестве «вклада в уставный фонд предприятия с инвестициями сторон», а также имущество, ввозимое для личных нужд работниками такого предприятия, принятыми на работу из других государств

Соглашение от 24 декабря 1993 г вступило в силу 21 ноября 1994 г для Казахстана, Беларуси, Таджикистана, Узбекистана и Кыргызстана

[448]

 Кроме того, в соответствии с ч 2 ст 27 Соглашение

временно

применялось с момента подписания ко всем государствам, поставившим свои подписи под его текстом (Украина — с оговорками, Россия, Азербайджан, Армения, Грузия, Молдова, Туркменистан) Однако необходимо иметь в виду, что распоряжением Президента РФ от 4 марта 2002 г № 84-РП «О прекращении временного применения Соглашения о сотрудничестве в области инвестиционной деятельности» в связи с принятием Российской Федерацией нового законодательства, регулирующего инвестиционную деятельность, и с учетом того, что отношения Российской Федерации с другими государствами— участниками СНГ в этой области осуществляются на двусторонней основе, было принято предложение Правительства РФ о прекращении временного применения Россией Соглашения от 24 декабря 1993 г

28 марта 1997 г в г Москве была подписана

Конвенция

о

защите прав инвестора,

которая более развернуто регулирует вопросы осуществления инвестиций на территории государств— участников СНГ В ч 1 ст 5 этой Конвенции формулируется национальный режим деятельности инвесторов Одновременно страны-реципиенты (принимающие государства) вправе установить перечень изъятий ограничительного характера и перечень приоритетов, предусматривающий льготные условия привлечения инвестиций Эти перечни подлежат опубликованию в официальных изданиях государств— участников Конвенции и Межгосударственного экономического комитета Экономического союза (ст 6 Конвенции) Конвенция устанавливает гарантии инвесторам на случай национализации, реквизиции, причинения ущерба решениями и действиями (бездействием) государственных органов либо должностных лиц (ст 9), гарантии свободного использования получаемых инвестором доходов (ст 12), регулирует вопросы участия инвестора в приватизации (ст 15-17), приобретения инвестором вещных прав на землю, иные природные ресурсы (ч 4 Конвенции)

Достаточно необычным образом определяется в Конвенции стабилизационная оговорка (ст 5) При ухудшении условий и режима инвестиционной деятельности действие такого рода законодательных норм приостанавливается на пять лет (те сохраняются такие условия и режим деятельности, как если бы эти нормы приняты не были) Однако данное положение будет применяться только в том случае, если Экономический суд СНГ и/или иной международный суд или международный арбитражный суд

[449]

своим решением подтвердит факт ухудшения условий и режима инвестиционной деятельности по требованию одного или нескольких государств — участников Конвенции Более того, Конвенция прямо устанавливает, что данная стабилизационная оговорка не распространяется на изменения законодательства, касающиеся обороны, национальной безопасности, охраны общественного порядка, природной среды, нравственности, здоровья населения и даже налогообложения

Конвенция о защите прав инвестора вступила в силу 21 января 1999 г, и в настоящее время ее участниками являются Беларусь, Таджикистан, Армения, Казахстан, Кыргызстан

[450]

Государства — участники СНГ также закрепили в ряде международных договоров единую коллизионную норму для определения личного статута юридического лица В качестве такой коллизионной привязки выбран закон места учреждения юридического лица (п «а» ст 11

Соглашения о порядке разрешения споров, связанных с осуществ

лением хозяйственной деятельности от 20 марта 1992 г, п 3

ст

23

Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по граж

данским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 г,

абз

2

ст 2 Соглашения о сотрудничестве в области инвестиционной деятельности от 24 декабря 1993 г)

Важным направлением сближения национальных законодательств стран — участниц СНГ является принятие Межпарламентской ассамблеей модельных актов в области частного права Прежде всего необходимо указать на

Модельный Гражданский кодекс стран СНГ

[451]

, а также на модельные акты по отдельным организационно-правовым формам коммерческих организаций (акционерным обществам, обществам с ограниченной ответственностью), банкротству, иностранным инвестициям Однако данный способ унификации имеет весьма ограниченное значение, поскольку не налагает на государства-участники международно-правовых обязательств по имплементации положений модельного акта в национальное законодательство Более того, даже в случае включения государством в свое законодательство норм, взятых из модельного акта, в любой момент можно отступить от этих положений путем внесения изменений или отмены соответствующего национального акта

[452]

Таким образом, на основе проведенного анализа основных документов в области правового статуса юридических лиц, действующих на территории других стран СНГ, нельзя не отметить весьма скромные практические результаты Положения заключенных международных договоров не идут дальше закрепления традиционных гарантий иностранных инвесторов, свойственных содержанию большинства заключаемых в мире двусторонних соглашений о поощрении и взаимной защите иностранных капиталовложений О попытках унификации корпоративного законодательства, создании единого правового пространства в этой области речь вообще не идет

К сожалению, на очень низком уровне находится и юридическая техника разрабатываемых документов — достаточно вспомнить проблемы с толкованием ст 6 Соглашения от 24 декабря 1993 г Международные соглашения стран СНГ изобилуют оговорками и особыми мнениями отдельных государств-участников, что никак не способствует созданию унифицированного правового режима В этом контексте характерной является позиция Российской Федерации, которая так и не ратифицировала Конвенцию 1997 г о защите прав инвестора, а в 2002 г прекратила на своей территории временное применение Соглашения от 24 декабря 1993 г При этом было открыто заявлено, что со странами СНГ, не входящими в более тесные интеграционные объединения, Россия будет строить свои отношения в этой области на двусторонней основе Конкретным примером реализации данного подхода является Соглашение между Правительством РФ и Кабинетом министров Украины О поощрении и взаимной защите инвестиций (Москва, 27 ноября 1998 г) Положения данного двустороннего договора ничем не отличаются от аналогичных соглашений с другими странами мира, не предполагая более тесного сотрудничества стран СНГ в этой области

В связи с тем, что указанные выше механизмы не принесли желаемого результата, в последнее время получила большое распространение новая концепция правового регулирования проблем, связанных с коммерческой деятельностью юридических лиц на территории иностранных государств, —

концепция транснациональных финансово-

промышленных групп (транснациональных корпораций)

Российский Федеральный закон от 30 ноября 1995 г № 190-ФЗ «О финансово-промышленных группах»

[453]

понимает под финансово-промышленной группой (ФПГ) «совокупность юридических лиц, действующих как основное и дочерние общества либо полностью или частично объединивших свои материальные и нематериальные активы (система участия) на основе договора о создании финансово-промышленной группы в целях технологической или экономической интеграции для реализации инвестиционных и иных проектов и программ, направленных на повышение конкурентоспособности и расширение рынков сбыта товаров и услуг, повышение эффективности производства, создание новых рабочих мест» (ст 2) Транснациональными являются такие ФПГ, среди участников которых имеются юридические лица, находящиеся под юрисдикцией государств— участников Содружества Независимых Государств, имеющие обособленные подразделения на территории указанных государств либо осуществляющие на их территории капитальные вложения и зарегистрированные в установленном порядке (п 1 ст 4 Федерального закона) Нормативные акты, подобные вышеуказанному российскому Федеральному закону, приняты во многих государствах — участниках СНГ

[454]

Ряд актов по данному вопросу принят и на уровне СНГ 15 апреля 1994 г было подписано

Соглашение о содействии в создании и развитии производственных, коммерческих, кредитно-финансовых, страховых и смешанных транснациональных объединений

В соответствии с данным Соглашением транснациональные ФПГ получили возможность создаваться как на основе межправительственных соглашений, так и, путем заключения договоров непосредственно между юридическими лицами различных государств в соответствии с национальным законодательством 17 февраля 1996 г на 7-м пленарном заседании Межпарламентской ассамблеи был принят

Модельный закон «О финансово-промышленных группах»

Следующим документом из того же ряда является разработанная Международным экономическим комитетом Экономического союза стран СНГ и утвержденная 6 марта 1998 г на Совете глав правительств СНГ

Конвенция о транснациональных корпорациях

[455]

 Конвенция дает весьма расплывчатое определение транснациональной корпорации (ТНК), под которой понимается «юридическое лицо (совокупность юридических лиц): имеющее в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество на территориях двух и более Сторон; образованное юридическими лицами двух и более Сторон; зарегистрированное в качестве корпорации в соответствии с настоящей Конвенцией»

Еще более запутывает понимание правовой природы ТНК п 2 ст 3 Конвенции, констатирующий, что «в настоящей Конвенции понятие „транснациональная корпорация“ включает в себя различные транснациональные структуры, в том числе финансово-промышленные группы, компании, концерны, холдинги, совместные предприятия, акционерные общества с иностранным участием и тп» Создаваемая ТНК подлежит регистрации в соответствии с законодательством государства — места ее регистрации с «выдачей свидетельства установленного образца, содержащего полное наименование и организационно-правовую форму корпорации с обязательным включением в него словосочетания „транснациональная корпорация“» (ст 4 Конвенции) При этом так и остается непонятным, как «совокупность юридических лиц» (концерн, холдинг) может иметь какую-то организационно-правовую форму

[456]

Столь же загадочным предстает понятие «деятельность корпорации» (ст 7 Конвенции): «Под деятельностью корпорации Стороны понимают деятельность участников и головного предприятия (центральной компании), ведущуюся в соответствии с учредительными документами корпорации и законодательством сторон, юридические лица которых входят в корпорацию, и ее организационным проектом при использовании обособленных активов» Конвенция никак не конкретизирует, чьи «активы» имеются в виду и как они «обособляются» Очевидно, что в российском гражданском праве единственным правовым институтом, который может быть использован в данном случае, является договор простого товарищества (договор о совместной деятельности)

Плохая юридическая проработка концепции Конвенции приводит к серьезным сложностям при создании конкретных транснациональных корпораций В качестве примера можно привести Соглашение о создании Межгосударственной финансово-промышленной группы «Интернавигация» (Москва, 25 ноября 1998 г), при присоединении к которой Российская Федерация была вынуждена сделать оговорку о том, что Россия рассматривает данную ФПГ как совокупность юридических лиц, имея в виду, что юридическим лицом является центральная компания указанной ФПГ

[457]

В литературе отмечается, что рассматриваемая Конвенция замышлялась как акт прямого действия, однако в ходе согласования текста Конвенции от первоначального замысла пришлось отказаться В итоге она представляет собой рамочный документ, требующий своего развития и существенной детализации в национальных законодательствах и соглашениях об учреждении отдельных «транснациональных корпораций»

По мнению ВВ Комарова, «одним из важнейших компонентов интеграции может стать создание транснациональных корпораций (ТНК) на экономическом пространстве СНГ как наиболее динамичных и эффективных структур хозяйствования… Очевидно, что создание ТНК в СНГ — один из путей преодоления экономического и инвестиционного кризиса»

[458]

На наш взгляд, концепция «транснациональных ФПГ (транснациональных корпораций)» требует очень серьезной критической проработки Дело в том, что национальный опыт отдельных государств показывает, что организационная форма ФПГ используется только для целей получения различного рода государственных льгот и мер стимулирования При этом унификация частноправовых норм о статусе коммерческих организаций подменяется публично-правовым по своему характеру регулированием Многочисленные вопросы вызывает создание такого рода образований с точки зрения принципов антимонопольного регулирования и законодательства о конкуренции Документы о транснациональных ФПГ, разработанные в рамках СНГ, свидетельствуют о том, что данный подход национальных законодателей, стремящихся решить актуальные вопросы статуса коммерческих организаций путем внедрения административного регулирования, был перенесен и на международно-правовой уровень Об этом прямо свидетельствует наиболее объемная ст 8 Конвенции, которая указывает на возможность и целесообразность предоставления ТНК самых различных мер государственной поддержки и стимулирования их деятельности, начиная от налоговых льгот и заканчивая предоставлением банковских кредитов через Межгосударственный банк Вряд ли правильное решение вопросов, имеющих частноправовую природу, лежит в данном направлении, поэтому автор настоящей работы не разделяет оптимизма разработчиков Конвенции СНГ о транснациональных корпорациях

По нашему мнению, необходимо использовать накопленный опыт частноправового регулирования в данном вопросе, и прежде всего опыт стран — участниц ЕС Тенденции развития показывают, что решение рассматриваемой проблемы нужно искать не в увеличении массива административно-правовых норм, а в разработке унифицированных частноправовых норм, регламентирующих на межгосударственном уровне вопросы создания, деятельности и прекращения коммерческих организации, действующих за пределами одного государства При этом нормы такого международно-правового акта в соответствии с конституционными положениями государств должны войти в национальные правовые системы и стать частью международного частного права

Опыт ЕС показывает, что традиционные юридические механизмы для решения этих вопросов являются неудобными Принятие международных договоров и их ратификация занимают много времени и наталкиваются на противодействие различных национальных групп Использование модельных актов не дает необходимого уровня стабильности унификационного процесса В связи с этим весьма актуальным является вопрос о выработке специальных правовых средств осуществления унификации законодательств стран СНГ, подобных регламентам и директивам ЕС

Мнения исследователей по данному вопросу разделились на две противоположные группы Сторонники первой позиции отмечают низкую эффективность правового механизма унификации, заложенного в учредительных актах СНГ В частности, профессор ГМ Вельяминов указывает на следующее: «Организационно-правовая сторона в Уставе, однако, отличается рыхлостью, а это не способствует действенному сотрудничеству Показательно, что из правового наследия распавшегося бюрократически устроенного Совета Экономической Взаимопомощи (СЭВ) в Уставе СНГ воспринято самое негодное — способ принятия решений Это метод принятия решений на основе консенсуса, и это так называемый принцип незаинтересованности, те возможность для любого государства не участвовать по своему одностороннему усмотрению в любом вопросе, рассматриваемом в органах Содружества Хотя, разумеется, мало более действенных способов защиты своего суверенитета и независимости, чем консенсус и принцип незаинтересованности, но нет и другого столь же надежного организационно-правового способа сделать сугубо факультативным и вялым сотрудничество, причем даже в заранее обусловленных в учредительном документе пределах Трудно в таких правовых параметрах ожидать принятия эффективных решений, а тем более их обязательного выполнения»

[459]

Сторонники другого подхода считают оправданными решения, заложенные в документах СНГ Так, HA Шебанова полагает, что «в настоящее время интеграционные процессы в СНГ находятся в стадии становления, государства-участники лишь приступают к созданию единого экономического и юридического пространства На данном этапе невозможно и, вероятно, нецелесообразно определять единые для всех условия допуска иностранного капитала в национальную экономику Это может существенно осложнить или даже заблокировать процесс восстановления нарушенных хозяйственных связей, ухудшить взаимоотношения между государствами»

[460]