ВВЕДЕНИЕ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 

 

Цель настоящего пособия — рассмотреть некоторые общие за­кономерности и отдельные специфические черты средневековой литературы западноевропейского региона. Начинать же решение этого вопроса следует с определения хронологических рубежей и пространственных границ означенного понятия.

Уточним, во-первых, содержательное значение таких терми­нов, как "всемирная литература", "литературный  регион", "литературная эпоха и ее этапы".

Понятие "всемирная литература" вошло в широкий культурный обиход в начале XIX в., а его авторство принадлежит Гёте1. Упот­ребляя данный термин, мы имеем в виду некое системное единст­во, включающее все литературы мира. Закономерности, объеди­няющие это единство, очень общие, причем проявляются они в многообразных формах на уровне более узких системных образова­ний: региональных и зональных, затем отдельных национальных литератур и, наконец, творческих миров крупнейших художников слова (к примеру, Данте).

Понятие "литературный регион", или "региональная литератур­ная система", означает сообщество литератур, функционирующих на едином географическом пространстве, связанных общностью исторических судеб народов, близостью культурного наследия, религии, философии и эстетической мысли. Иными словами, речь идет о содружестве литератур сходного духовного и психологиче­ского типа2.

Границы литературного региона исторически изменчивы. На­глядный пример: судьбы эллинского, иди средиземноморского, региона, с которым прямой преемственностью связана художест­венная культура Западной Европы. Первоначально территория это­го региона ограничивалась небольшой областью на Балканском полуострове (Эллада), побережьем Малой Азии и островами Эгейско­го моря. Но в результате завоеваний Александра Македонского, а затем возвышения Рима и образования Великой Римской империи возник огромный литературный регион. К III в. нашей эры он за­нимал значительную часть Европы, простирая свои границы до Египта и Сирии. Доминирующими в этом регионе были литерату­ры древнегреческая и римская,

Решая вопросы периодизации литературного процесса, обычно оперируют такими понятиями, как "литературная эпоха", "этап ли­тературной эпохи". Первым термином обозначают хронологиче­ский отрезок, в течение которого литература региона проходит за­конченный цикл развития. Причем цикл этот отличается особым типом художественного сознания, поэтики, эстетической мысли. Литературная эпоха — явление динамичное, развивающееся. По­этому, рассматривая литературную эпоху, выделяют внутри нее этапы, фиксирующие отдельные периоды эволюционного процесса. По окончании литературной эпохи литература данного региона или исчерпывает себя, или трансформируется в новое качество. При­мер первого случая — судьбы античной литературы на переходе от Древности к средневековью, второго — судьба западноевропейских литератур в период перехода от средневековья к Возрождению.

Началом литературной эпохи средних веков принято считать III — IV вв. н. э., концом — середину XIV в. (но только для Италии) и XV в. (для других стран Западной Европы). В пределах самой эпохи выделяют два этапа: III-IV — Х вв. — Раннее средневековье; XI — середина XIV-XV вв. — Зрелое средневековье.

Переход от литературной эпохи Древности к эпохе средних ве­ков было сложен, длителен, труден, а сама природа этого процесса находит объяснение в двух взаимосвязанных факторах: историче­ском и мировоззренческом.

Великая Римская империя, достигнув апогея своего величия и могущества к началу новой эры, уже в III в. переживала глубокий кризис. Империя умирала. Обнаружилась полная исчерпанность экономических основ рабовладельческого общества, все труднее было сдерживать натиск народов Северной Европы. В 395 г., после смерти императора Феодосия, Империя распалась на две: Запад­ную и Восточную. В 476 г. Западная империя перестала существо­вать: ее последний император Ромул Августул был низложен вож­дем племени скиров Одоакром. Так окончательно исчезла историческая основа, определившая единство средиземноморского литературного региона.

Сложные процессы происходили в области религиозной, фило­софской и художественной жизни. Кризисные явления, охватив­шие все сферы бытия позднеантичного рабовладельческого обще­ства, побуждали к поиску новых ориентиров. Стремление найти опору в страшном и дисгармоничном мире способствовало суже­нию философских исканий до сферы личной этики. Среди подоб­ного рода учений (гностицизм, герметизм) наиболее популярным оказался скептицизм, зародившийся еще в IV в. до н. э. Скептики учили: главное зло — несвобода. Человек находится во власти внешних обстоятельств, в рабстве собственных страстей. Нужно уверовать, что все относительно, отречься от внешнего, погрязшего в пороках мира и погрузиться в собственную душу. Залог истинно­го счастья — невозмутимость, безмятежность, спокойствие, внут­ренняя гармония. Но уйти в себя — это значит оторваться от мира, вычленяться из родового коллективизма. А поэтому философская мысль вела поиски и в ином направлении. Следовало найти пути, помогающие преодолеть разобщенность и отчуждение, найти связующую нить между Человеком и Человечеством, Человеком и Космосом. Этот круг проблем и нашел свое отражение в филосо­фии неоплатонизма, основатель которой Плотин (205—270 гг.) так говорил о конечной цели своего учения: "Я хотел божественное в нас вознести к божественному во всем".

Плотин исходил из убеждения, что мир един (или един Кос­мос), и в этом отношении его философская система лежит в рам­ках античного мировоззрения. Но Плотин выходил и за рамки ан­тичного миропонимания, развернув мир по вертикали, разбив его на сферы более ценные и менее ценные (Единое — мир идей — мир души — мир тел), заявив тем самым о приоритете духовного над ма­териальным. Таким образом, учение Плотина, оставаясь в главном в рамках античного представления о единстве бытия (монизм), многими гранями соприкасалось с христианским двуемирием (дуализм).

Христианство, зародившись в начале I в. н. э. и в течение не­скольких веков оставаясь официально не признанной религией, вместе с тем обретало все большее влияние и авторитет. III в. оз­наменован появлением крупнейших христианских писателей, та­ких как Тертуллиан (ум. в 220 г.), Лактанций (ум. в 230 г.). Киприан (ум. в 258 г.). В следующем веке, при императоре Константине, был принят Миланский эдикт (313 г.), предоставивший право христианам исповедовать свою религию, а вскоре огла­шен "Эдикт о веротерпимости" (324 г.), согласно которому язычни­ки признавались "заблуждающимися", хотя им и не было запрещено исповедовать свой культ. Но уже в 392 г. специальным распоряжением императора Феодосия им в этом было отказано.

Христианство утверждалось не только официально, как госу­дарственная религия. Учение христиан имело решающее значение для формирования нового миропонимания, в основе которого ле­жала ориентация на сверхприродного бога и иррациональную веру. Если античность сосредоточила все внимание на видимом космосе, который постигался силой разума, то средневековое сознание, на­против, стремилось выйти за пределы предметного к более высо­кому, духовному, постигаемому не силой разума, а крепостью ве­ры.

Однако принципиальное отличие античного и средневекового миропонимания не исключало вместе с тем того, что художествен­ное сознание новой эпохи формировалось на основе органического синтеза этих двух начал. Характерно, что один из первых христианских писателей Ориген Александрийский (185—253 гг.) утвер­ждал: правильно понятая Библия не противоречит философии, как и философия не вредит Библии.

Вместе с тем нельзя забывать, что в систему западноевропей­ского литературного региона включалась и культура северных на­родов (германцев, скандинавов, англосаксов), ранее не входивших в состав Великой Римской империи. У этих народов были свои верования, своя мифология, свой художественный язык. Целый ряд столетий продолжался процесс далеко немирного, но вместе с тем взаимообогащающего сосуществования двух культур в рамках еди­ного литературного региона. Свое завершение этот процесс нашел лишь в пору Зрелого средневековья.

Что же касается Раннего средневековья, то словесную культуру этого этапа удобнее всего рассматривать отдельно, обратившись к той, что сформировалась на базе антично-христианского синтеза, и той, что связана с мировоззренческими и художественными тради­циями народов Северной Европы. В первом случае речь идет о ли­тературе письменной, продолжавшей опыт римской латыни; в дру­гом — о литературе устной, языком которой были местные диалекты, а затем формирующиеся новоевропейские языки.