Экономика интересует?

Обзор жилых комплексов на территории новой Москвы
nmao.ru
Обзор жилых комплексов на территории новой Москвы
nmao.ru
ahmerov.com
загрузка...

5.

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 

Британский антрополог Д. Горер выдвинул «пеленочную» гипотезу, М. Мид ее развила и популяризировала, а Э. Эриксон адаптировал ее в статье «Легенда о юности М. Горького». Д. Горер считал, что русским свойственна традиция туго пеленать младенцев. Это, по его мнению, ведет к тому, что они растут сильными и сдержанными, в противном случае они легко могли бы себя поранить. На короткое время их освобождают от пеленок, моют и активно с ними играют. Д. Горер связал альтернативу между длительным периодом неподвижности и коротким периодом мускульной активности и интенсивного социального взаимодействия с определенными аспектами русского национального характера и внешней политики России. Многие русские, по его мнению, испытывают сильные душевные порывы и короткие всплески социальной активности в промежутках долгих периодов депрессии [8, c.104]. Та же тенденция, по его мнению, характеризует политическую жизнь общества: длительные периоды покорности внешней силе перемежаются яркими периодами интенсивной революционной деятельности. Гореровская гипотеза критиковалась в значительной части, но критика, как правило, шла мимо цели, поскольку, чтобы отвернуть тезис: «русская душа - спеленутая душа» [9, c. 540], нужно оперировать фактами. Эриксон, осознавая, что тугое пеленание почти универсальный в мировых культурах обычай, утверждает, что он «получил усиление» именно в России из-за синхронизации особенностей ранней социализации детей с другими элементами русской культуры. В русской культуре он выделяет несколько паттернов, имеющих одинаковую форму - чередования полной пассивности и бурной эмоциональной разрядки. Так, на формирование личности русского человека, по его мнению, оказал влияние ритм крестьянской жизни в холодном климате — смена относительной бездеятельности и пассивности в долгие зимние месяцы и «периодическое освобождение ... после весенней оттепели» [9, с. 543].

Многие исследования русского национального характера выходят за рамки «пеленочного» комплекса. Результаты клинических интервью и психологического тестирования привели к созданию «модальной личности» великоросса: «теплая, человечная, очень зависимая, стремящаяся к социальному присоединению, лабильная (эмоционально нестабильная), сильная, но недисциплинированная личность, нуждающаяся в подчинении властному авторитету» [8, с. 104]. Так ли это, покажут дальнейшие исследования.

Обобщая сказанное, дадим определение русского национального характера – это устойчивая составляющая часть русской национальной психологии, которая представляет собой совокупность доминирующих черт и свойств в их когнитивном, эмоциональном и поведенческом воплощении. Эти черты и свойства степенью выраженности, различным сочетанием, формами проявления определяют своеобразие русского национального характера. То есть, при всех спорах о сущности национального характера ясно, что, во-первых, он существует, более того составляет стержень национального самосознания, во-вторых, наследуется (в некоторой степени) от предков и «приобретается в процессе воспитания» [4, с. 97], в-третьих: национальный характер явственнее проявляется в групповых действиях, особенно в процессе межэтнического взаимодействия.

В ракурсе данной проблемы встает вопрос, который правомерно ставить перед современными исследователями национального характера: каждый ли человек, принадлежащий к данному народу, обладает типично национальным характером? Умозрительные теории здесь мало помогут. В этом смысле теория «базовой» или «модальной» личности, разработанная культурными антропологами, вполне правомерна: она привязана к социологическим исследованиям, к обширной фактологии.

Если исходить из понимания национального характера как набора сложных динамически взаимосвязанных элементов личности, термин «национальный характер» совпадает с понятием «базовая личность» (основная структура личности). Введенная Кардинером в научный оборот категория «базовая личность» предполагает наличие в каждой культуре доминирующего типа личности, определяя ее как основную личностную структуру, формируемую данной культурой. Еще Сепир утверждал, что «культуры навязывают определенные стили поведения, включая позы и жесты» [10, c. 50]. Базовая личность – это склонности, представления, способы связи с другими людьми. Все это делает индивида максимально восприимчивым к определенной культуре и позволяет ему достигать удовлетворенности и устойчивости в рамках существующего порядка.