2.2 Социальный слой и заболеваемость

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 

Соматические и психосоматические болезни.

В США почти все соматические болезни концентрируются в слое людей, имеющих плохие социально-экономические условия [37, p. 126, табл. 1]. Указанное состояние относится также в равной степени и к Англии. Центральным источником информации об объеме заболеваний выступает здесь ежегодный отчет "General Household Survey", в котором население разделено на шесть социально-экономических слоев и которые в дальнейшем соответствуют профессиональным статусным группам, приведенным в "Общей регистрационной шкале" ("Registrar General's scale"). Темпы заболеваний в отдельных профессионально-статусных группах показывают различное, однако, на протяжении 1980-х гг. остающееся одним и тем же распределение. В группе необразованных доля приписывающих себе "наличие постоянных болезней" ("limiting long standing illnes") как для мужчин, так и для женщин более чем в вдвое больше, чем в группе с высшим образованием. Для возрастной группы 45-65-летних мужчин стратификационное различие выражено еще ярче. В то время как в 1984 г. только около 10 % принадлежащих высшему социально-экономическому слою заявили об этой болезни, в низшем же слое - около 40 % [19, p. 233, фиг. 3]. Результат обратного распределения слоев в отношении лиц, сообщающих о своих болезнях, подтверждаются исследованиями в Англии, где применялись объективные методы диагностики [19, p. 235].

В новейшем немецком исследовании сердечно-сосудистых заболеваний (DHP) в период с 1984 по 1991 г. в рамках различных национальных и региональных опросов было изучено в совокупности 44363 человека. В нем была показана четкая взаимосвязь между социальной принадлежностью слою (3 социальных слоя, созданные с помощью невзвешенного многомерного индекса таких переменных, как образование, приходящийся на семью доход и профессиональное положение) и количеством сердечно-сосудистых заболеваний, полученных при опросе населения в Германии в результате репрезентативной выборки (1985, N=4790) [41]. При этом мужчины низшего слоя имеют в два раза и женщины в три раза больший риск заболевания сердечно-сосудистой системы, нежели соответственно мужчины и женщины высшего слоя. Авторы указывают на то, что при интерпретации этих данных должно быть принято во внимание, что речь идет о субъективных свидетельствах опрошенных, которые не подвергались валидизации с помощью объективной диагностики. Отсюда неясно, что в действительности измеряет опрос: восприятие болезни или саму болезнь. Таким образом, например, возможно, что самостоятельные мужчины в силу их самообраза в меньшей мере "признают" болезнь [41, p. 79].

В другом опросе в западных землях ФРГ в рамках DHP-исследования близких по анамнезу болезней инфаркта и инсульта в возрастной группе 40-69-летних женщин (N=13335) и мужчин (N=12445) на основе пятислойной социальной модели (доход, школьное образование, профессиональный статус) был выявлен очевидный стратификационный градиент. Для обеих болезней и обоих полов в нижних слоях была соответсвенно установлена большая частота заболеваний, причем в возрастной группе 40-49-летних обнаружился наибольший, а в возрастной группе 60-69-летних наименьший социально стратификационный эффект [42].

Наличие денег как важнейшего ресурса образа жизни наряду с продолжительностью жизни обусловливает здоровье на протяжении всей жизни. Так, в США в 1972 г. люди с доходом менее 3000 долларов имели втрое выше темпы роста сердечных заболеваний, чем люди с доходом более 15000 долларов. Сахарный диабет встречался в 3,5 раза чаще в группе с наименьшим доходом, анемия и артрит встречались при этом в 2,5 раза чаще [цит. по: 37, p. 125].

Данные DHP для ФРГ подтверждают выявленную взаимосвязь между доходом и заболеваемостью. По оценкам опрошенных, заболеваемость в группах с низким доходом в 1,6-1,8 раза больше, чем в группах с большим доходом [43].

Психические расстройства

В одном из самых, пожалуй, основательных и влиятельных исследований об "истинном" преобладании психических расстройств в XIX столетии, чьи результаты в 1855 г. были представлены врачом и эпидемиологом Эдвардом Джервисом (Jarvis) губернатору и совету Массачусетса, было отмечено, что "классы бедных обнаруживают в численном отношении в 64 раза больше психических заболеваний, чем независимые классы" [44, p. 52-53; 45, p. 133]. Этот, тогда сенсационный, результат преобладания психических расстройств в самом нижнем социальном слое остался постоянным и в проведенных между 1900 и 1974 гг. более 80 повторных исследованиях об "истинном" доминировании психических расстройств на всех континентах, как в городской, так и в сельской среде [46].

Несмотря на массивную методичную критику этих эпидемиологических исследований, подчеркивается его выразительный "трофей". Согласно ему, существует "ряд тесных взаимосвязей между различными видами психических расстройств и важными социокультурными факторами. Эти связи становятся тем заметнее, когда выявляются повторно в исследованиях, которые приводят к одинаковым результатам в разное время, в разных местах и с помощью разных методов. Эти постоянные связи являются самыми прочными фактами, имеющимися для решения нашей проблемы, и лучшим приближением к "истине", полученной в этих исследованиях о "истинном" преобладании. Таким образом, существует три переменных, которые в такого вида последовательных связях приводят к психическим расстройствам: пол, город/село и социальный слой [45, p. 130].

В отношении интересной здесь социальной стратификационной зависимости психических расстройств получаются следующие соотношения:

- наибольшая совокупная доля психических расстройств, исходя из 28?33 исследований, в которых слой служил индикатором, установлена в нижнем социальном слое;

 

- такая связь проявляется сильнее всего в тех исследованиях, которые были проведены в городской или в смешанной городской и сельской среде (19-20 исследований);

 

- связь действительна для важнейших субкатегорий: шизофрении (5-7 исследований) и расстройств личности, однако не для неврозов и маниакально-депрессивного психоза [45, p. 133].

Подтверждение проанализированной выше обратной связи между социальным слоем и психическими расстройствами содержится в исследовании "Epidemiologic Catchment Area Surveys" (ECA), которое проводилось в пяти американских общинах (New Haven, Baltimore, St. Louis, Piedmont, Los Angeles) на основе случайной выборки из 18000 человек [47]. Социально-экономический статус (СЭС) одного человека измерялся с помощью многомерного индекса, базирующегося на уровне образования, профессиональной позиции и семейном доходе.

Особенно необходимо отметить два основных положения из данных ECA:

1. Отношение между СЭС и выявляемой в течение шести месяцев действительной преобладающей доли психических заболеваний нелинейно, хотя в ECA-исследовании, также как и в других, более ранних исследованиях устанавлено увеличение риска расстройств с понижением социального слоя, но в самом нижнем социальном слое случаи психических расстройств накапливаются сверхпропорционально. Если установить оцениваемый относительный риск (при контроле пола и возраста) в высшей СЭС-категории равным1,0 (базис), то для низшей СЭС-категории (в четырех СЭС-категориях) риск получить психические расстройства (без фобий и когнитивных расстройств) почти в три (2,86) раза выше [47, табл. 3].

2. Теснота взаимосвязи между СЭС и преобладанием психических расстройств четко варьируется относительно типа психических расстройств: в сравнении с верхним социальным слоем у представителей нижнего социального слоя обнаруживается повышенный риск заболеваний следующими болезнями:

- депрессия ("major depression") - в два раза больший риск заболевания;

 

- шизофрения - в 7,85 раза больший риск;

 

- когнитивные расстройства ("cognitive impairment") - в 21,15 больший риск.

Все результаты дают оценку относительного риска с учетом возраста и пола.