ПРИМЕЧАНИЯ.

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 

 

1 По данным Фонда “Общественное мнение” (1500 респондентов), 22% опрошенных не

 

      смогли или не захотели продолжить предложение “Такие же люди, как я, это...”, с

 

      помощью которого изучалась “самотипизация” респондентов, что справедливо

 

      трактуется как кризис идентичности [1, с. 53].

2 Например, лозунги, призывавшие пролетариат объединиться, апеллировали к его

 

      нищете, бесправию, т.е. делали акцент на трагичности сложившегося положения.

 

      Контрсубъект – буржуазия – была олицетворением благополучия. Естественно, борьба

 

      рабочего класса, нацеленная на передел отношений собственности и власти, создав

 

      потенциальную угрозу для буржуа, сформировала условия для солидаризации в их

 

      среде.

3 Такое навязывание... для того чтобы быть эффективным, нуждается в постоянном,

 

      дисциплинированном и обеспеченном ресурсами корпусе активистов (своего рода

 

      профессиональных ораторов для сообщества), чья деятельность облекает плотью

 

      воображаемое единство интересов и верований” [там же, с. 52].

4 Надо оговориться, что существуют более широкие трактовки солидарности, вмещающие

 

      в себя все виды действий, где стремления сторон совпадают [3, с. 23]. Тогда

 

      взаимопомощь, сотрудничество, кооперация и т.п. выступают ее частными случаями

 

      [4, с. 238]. Мы же считаем, что солидарность есть особый случай социального

 

      взаимодействия, природа которого лежит в моральном должествовании помощи

 

      “своим”, а не в ситуативном соотнесении “своих” и “чужих”.

5 Как заметил Ю. Хабермас “мир институционально упорядоченных отношений

 

      морализуется”. В результате, “вопросы морали… в аспекте обобщаемости

 

      интересов…Отделяются теперь от вопросов оценки… в горизонте индивидуального

 

      образа жизни” [5, с. 168, 171].

6 Здесь и далее в обсуждении проблем мигрантов использованы данные проекта

 

       “Совладание в посткоммунистической России: социальные и экономические

 

       стратегии андеркласса” при поддержке Института “Открытое общество” (проект №

 

       153/1998, рук. В. Радаев). В ходе исследования  собраны 271 анкета и 31 интервью,

 

       предложенные вынужденным мигрантам, проживающим в названных городах не

 

       более года. Возрастной состав: до 30 лет – 26%, 31-45 – 36%, 46-60 лет – 23%, старше

 

       60 лет – 15%. Мужчины – 45%, женщины – 55%. По роду занятий респонденты

 

       являлись: наемными работниками (35%), безработными (34%), пенсионерами (15%),

 

       занимались индивидуальной трудовой деятельностью (7%), имели эпизодическую

 

       занятость (9%).

7 Классической иллюстрацией последнего варианта служат широко известные Китайские

 

      кварталы (Chinatowns), созданные в начале века китайцами, дискриминация которых в

 

      США была неприкрытой и неограниченной. Спустя годы эти районы стали очагами

 

      быстро растущей самозанятости и этнического предпринимательства с опорой на

 

      групповую этническую солидарность [7].

8 Как отмечал Н. Элиас в своей теории признанных и посторонних, приток мигрантов

 

      всегда представляет угрозу коренному населению ввиду необходимости потесниться,

 

      что приводит к преувеличению различий между ними [8]. Самые незначительные

 

      несходства утрируются и расцениваются как непреодолимые препятствия для

 

      совместного проживания.

9 К примеру, никарагуанские иммигранты в Майами возродили фольклорные мотивы в

 

      одежде, чтобы обозначить границы своего мира. Что примечательно, национальную

 

      одежду стали носить те, кто у себя на родине предпочитал американский или

 

       европейский стили [9,  с. 1330-1331].

10 Примером тому служит история крестьян Сицилии, прибывших в США в начале века.

 

       На родине их мир был ограничен пределами деревни, но, оказавшись в Америке, они

 

       начали осознавать себя итальянцами: из представителей территориально-

 

       поселенческой единицы они  превратились в представителей нации. Это было

 

       реакцией на отношение к ним местных жителей, обособлявшихся от них как от

 

       "итальянцев" [10]. Подвижка самоосознания привела к изменению поведения, в канву

 

       которого стали вплетаться солидарность и взаимовыручка, причем не между

 

       выходцами из одной деревни, а внутри итальянской общины как таковой.

11 Типичный пример – польские крестьяне, прибывшие в начале минувшего века в

 

       Америку, и осознавшие себя поляками на чужбине, так как в Польше таковыми было

 

       принято считать земельных помещиков, а крестьян – просто крестьянами [11].

12 Скажем, тем же польским крестьянам в Америке пришлось вписываться в

 

       индустриальный темп американских городов, что вызвало чувство своей

 

       чужеродности не только как представителей иной национальности, но и как

 

       приверженцев иного стиля жизни [12].

13 Сходный вывод делает А. Качкин, изучавший этническую мобилизацию на Среднем

 

        Поволжье [14].

14 Впрочем, отношение к вынужденным мигрантам заметно варьирует в зависимости от

 

        идеологической ориентации, будь то либеральные, консервативные или

 

        социалистические установки [15].

15 Именно в этом видится отличие социальных движений от бунта. “Социальные движения

 

        всегда сочетают раны страданий с целительными идеалами. Без идеалов, мечтаний и

 

        надежд нет социальных движений» [16, с. 50].

16 Реципрокность представляет собой  взаимообмен лично контактирующих субъектов,

 

       что в корне отличает ее от солидарности как принципиальной готовности помочь

 

       незнакомцу из соображений социального подобия.

17 Здесь и далее при анализе проблем предпринимательства использованы данные опроса,

 

       проведенного в декабре 1997 г. Центром политических технологий по заказу CIPE

 

       (рук. – В. Радаев). Было обработано 227 анкет и 96 интервью, полученных от

 

       предпринимателей. Подробная характеристика выборки приведена в [18].