Глава III. Формирование механизма стимулирования инвестиционного процесса.

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 

 

Декларациями сыт не будешь

 

А. В. Мурычев

(Экономика и жизнь (газета) № 5 февраль 1997, стр. 4)

 

            Экономика страны сейчас нуждается в активной, системной и целенаправленной политике. Поэтому, оценивая среднесрочную программу Правительства на 1997 - 2000 годы «Структурная перестройка и экономический рост», в части определения целей и направления развития о ней можно отозваться положительно. Но, к сожалению, конкретных механизмов реализации положений программы нет, и это делает ее похожей на концепцию и прогноз.

            Дистанция огромного размера

            Поскольку наша Ассоциация объединяет промышленно-строительные банки, работающие с реальным сектором экономики, то первостепенный интерес для нас представляют вопросы инвестиций и банковской политики.

            Пожалуй, это первая правительственная программа, где проблема инвестиций обозначена как центральная. Но от постановки до решения - большая дистанция. И в программе эта дистанция увеличена за счет как неверной оценки объемов возможных инвестиций, так и способов их реального привлечения.

            Например, в качестве основного источника инвестиций названы средства самих предприятий, то есть прибыль и амортизационные отчисления. Они должны обеспечить около 60 процентов всех капиталовложений. Но авторы программы, вероятно, забыли, что масса прибыли за прошедший год стремительно сократилась. Нет никаких оснований полагать, что в нынешнем году ситуация изменится к лучшему. Что же касается амортизационных отчислений, то реально начисленная амортизация, например, в 1995 году была в два раза меньше ожидаемой. К тому же от четверти до одной трети таких отчислений используется в качестве источника пополнения оборотных средств. Принимая во внимание, что в 1997 - 2000 годы скорее всего у предприятий реального сектора сохранится нехватка оборотных средств, вряд ли можно всерьез рассчитывать, что вся амортизация в эти годы будет использоваться по назначению.

            Есть сомнение и в том, что рост объемов привлекаемых средств в рассматриваемый период удастся осуществить в первую очередь за счет кредитов коммерческих банков, на которые почему-то так надеются авторы программы. Банкам самим предстоят очень нелегкие времена. Это следует как из анализа реально складывающихся тенденций, так и из среднесрочной программы, а также прогноза развития до 2000 года.

            Оценки инвестиционного потенциала населения также чересчур оптимистичны и никак не коррелируют с такими планируемыми в период до 2000 года акциями, как увеличение тяжести налогообложения высокодоходных групп населения и, главное, с резким увеличением расходов граждан по содержанию жилищно-коммунальной и отчасти социальной сфер. Подобные меры вызовут серьезные изменения в структуре расходов населения и значительно уменьшат инвестиционные возможности частных лиц. Тем более что даже по прогнозу авторов программы, величина сбережений населения будет сокращаться.

Бюджет развития вселяет надежду, но...

            Отрадно, что в нынешнем варианте меры государственной инвестиционной политики предусмотрены в основном в связи с планируемым с 1997 года Бюджетом развития. Примечателен сам факт выделения в федеральном бюджете специального раздела, расходные статьи которого предназначены исключительно для инвестиций и не зависят от исполнения текущего бюджета. Государство создает отдельный финансовый контур для запуска инвестиционного механизма. Эту идею следует всецело поддержать.

            Однако более детальное ознакомление с планируемым механизмом действия самого Бюджета развития, анализ источников его доходной части и проекта закона «О Бюджете развития», к сожалению, не оставляют места для особого оптимизма и вызывают много вопросов и сомнений.

            Во-первых, очевидно, что сама идея Бюджета недостаточно проработана. В среднесрочной программе положения о нем больше похожи на формальный договор о намерениях, чем на реально работающую схему.

            Во-вторых, и это главное, реальных средств на Бюджет не выделено. Из содержащейся в программе таблицы, названной почему-то «Направления использования инвестиционных средств», следует, что основной источник средств Бюджета в 1997 году - предполагаемые иностранные инвестиционные кредиты, то есть источник весьма гипотетический. И уж совсем гипотетическим выглядит 71 трлн.рублей, которые Бюджет развития «как минимум» должен индуцировать. В проекте закона «О Бюджете развития» источники формирования его доходной части прописаны достаточно подробно. Но они все не могут быть сразу задействованы - для отработки механизма аккумуляции средств через эти источники потребуется немало времени и усилий, а для применения некоторых из них нужно будет вносить изменения в действующее законодательство.

            В-третьих, очень смутно прописано, кто и на каких условиях будет управлять Бюджетом развития. В программе лишь говорится о некой структуре, которой будет выделено 5 трлн.рублей собственных средств и которая якобы сможет нарастить свои пассивы до 60 трлн.рублей.

            Из проекта закона «О Бюджете развития» следует, что такой структурой должно стать Агентство экономического развития Российской Федерации на правах специализированного государственного учреждения с функциями кредитно-финансовой организации. Фактически речь идет о создании специального государственного банка проектного финансирования с широкими полномочиями.

            Идея представляется весьма интересной и логичной, если государство действительно полно решимости активно, комплексно и систематически участвовать в инвестиционном процессе. Но, учитывая большую значимость этого вопроса, нельзя допустить поспешности и непродуманности. Не решив старых проблем, можно породить новые и создать орган, вся деятельность которого может свестись к дискредитации здравой идеи.

            Уже имеется опыт создания двух похожих структур, которым предвещали большое будущее на ниве оживления инвестиционной деятельности в стране. Однако ничего сколь-нибудь ощутимого не получилось. Нет никаких гарантий, что это удастся сделать сейчас. Только цена ошибки может быть гораздо большей, учитывая грандиозность замыслов по созданию Агентства экономического развития, масштабность его функций и полномочий.

            Следует очень внимательно и взвешенно подойти к вопросу об управлении Бюджетом развития. Эту проблему надо обсудить с участием широкого круга заинтересованных лиц - Правительства, Центробанка, крупных банков и предприятий, банковских объединений, представителей регионов, иностранных инвесторов. Все наиболее важные потенциальные участники инвестиционного процесса должны увидеть свое место в предлагаемой схеме. Пока же она недостаточно проработана.

            С учетом всех перечисленных обстоятельств полагаю, не будет большим открытием, что в 1997 году Бюджет развития, скорее всего, реально работать не будет и полагаться на него как на локомотив инвестиций не приходится. Хорошо, если бы он смог дать какие-то результаты в 1999-м или 2000 году. Поэтому приходится констатировать, что среднесрочная программа в ее нынешнем виде по совокупности характеристик, к сожалению, не дает реальных надежд на ощутимое инвестиционное оживление и переход к устойчивому экономическому росту в рамках рассматриваемого периода.

Инвесторам необходимы стимулы

            Что касается развития банковского сектора, то этот раздел программы прописан слишком бегло. Принципы политики в отношении банков сформулированы в самом общем виде, а регулирование деятельности кредитных организаций предполагается развивать исключительно по линии ужесточения. Вряд ли это будет способствовать провозглашенному программой принципу «недопущения вымывания из банковской системы небольших по размеру, но здоровых банков». В части формирования дополнительных законодательных основ работы банков можно поддержать положения программы, но в плане институциональных преобразований банковской системы целесообразно еще раз вернуться к вопросу о специализации банков, создании правовых условий для развития их инвестиционной активности.

            Это вполне логично, имея в виду и постановку вопроса об Агентстве экономического развития как специализированной кредитно-финансовой организации.

            По разделам 5.5 и 5.6 программы не остается ясной картины мероприятий, которые планируется провести для снижения рисков в ликвидности банков в связи с развитием инвестиционной деятельности. Основными же рычагами ее развития, судя по документу, должны служить: снижение доходности других сегментов финансового рынка и административные мероприятия. На наш взгляд, этого недостаточно. Без четкой системы гарантий ( в том числе и государственных), льгот для инвесторов, механизмов поддержки банков, осуществляющих инвестиции в реальный сектор, намеченные мероприятия могут остаться очередными декларациями.

            Полагаю, что раздел развития банковского сектора должен быть дополнен именно с учетом перспектив участия банков в инвестиционном процессе, в том числе из возможной работы по реализации Бюджета развития.

            Поддерживая в целом идеологию и направленность среднесрочной программы, наша Ассоциация считает необходимым дополнить основные ее разделы планом конкретных действий по реализации тех или иных направлений с временной разбивкой. Программы Правительства должны быть более реалистичными и конкретными - это главное пожелание.

 

 

 

О создании механизма

инвестиционного оживления

в секторе реальной экономики

 

А. В. Мурычев

(Бизнес и банки (газета) № 7 (329) февраль 1997 г., стр.1-2)

 

            Сегодня проблема оживления инвестиционного процесса становится ключевой для российской экономики. От того, насколько успешно, в какие сроки, какой ценой и кем будет она решена, зависят дальнейшее направление и содержание российских реформ. Между тем, сочетание всех необходимых для запуска инвестиционного механизма условий складывается весьма неблагоприятное.

            Во-первых, продолжается инвестиционный кризис, отличающийся глубиной и застойностью. За последние годы в стране ни разу не наблюдалось инвестиционного оживления, а нынешние вложения в основной капитал составляют лишь около 24 - 25% от уровня 1990 года. Темпы падения инвестиций существенно превышают темпы падения производства (за 1996 г. превысили примерно в 2,5 раза). Наблюдаются постоянное сокращение государственных инвестиционных ресурсов и невыполнение федеральных инвестиционных программ (в 1995 г. из 206 пусковых производственных объектов приняты в эксплуатацию 38, за 1 полугодие 1996 г. из 196 - только два). В сочетании с другими факторами это приводит к общему падению инвестиций. Характерно, что бюджетные средства, выделяемые на эти цели, представляют собой в значительной мере погашение задолженности по инвестиционным программам прошлых лет. Так называемый бюджет развития, наконец-то выделенный в рамках бюджета-97, к сожалению, недостаточен, а надежды на его выполнение эфемерны. Происходят негативные с точки зрения воспроизводства изменения в структуре инвестиций в пользу инвестиций непроизводственного характера. Из инвестиций, направляемых в реальный сектор, доминируют вложения в сырьевые отрасли. Продолжается падение эффективности инвестиций в реальном секторе. Так, по данным ЦБ, количество дополнительной продукции на 1 рубль капитальных вложений упало в 1995 г. по сравнению с 1991 г. на 67 % и в 1996 г. продолжало снижаться.

            Во-вторых, банки - неотъемлемые участники инвестиционного процесса переживают нелегкие времена. Многие эксперты даже говорят о банковском кризисе. В 1996 г. лишились лицензий 245 кредитных организаций, более 500 терпят банкротство. Но главная проблема в том, что совокупные активы российских банков по своим размерам и качеству совершенно неадекватны инвестиционным потребностям реального сектора российской экономики. В структуре активов невелика доля кредитования реального сектора - банки слишком озабочены борьбой за собственное выживание и объективно не в состоянии предоставлять инвестиционные кредиты. Кроме того, российскому банковскому сообществу надо признать, что значительная часть кредитных институтов не умеет работать с предприятиями реального сектора; не имеет разветвленной филиальной сети; наконец, неспособна существовать при отсутствии спекулятивных источников, обеспечивающих сверхприбыли.

            В-третьих, поразивший экономику платежный кризис ударил по другой группе участников инвестиционного процесса - предприятиям. Взаимные неплатежи за десять месяцев 1996 г. превысили 860 трлн.руб., задолженность по зарплате из-за отсутствия собственных средств превышала на конец октября 35 трлн.рубл. В этих условиях надежды на собственные средства предприятий как источник инвестиций иллюзорны. Особенность нынешней экономической ситуации в том, что инвестиционный, банковский, платежный кризисы протекают одновременно. Накладываясь друг на друга и сочетаясь с другими кризисами (бюджетным, социальным, кризисом производства), они образуют клубок противоречий, который не может рассосаться сам собой. Так, практика 1996 г. доказывает, на наш взгляд, явную недостаточность сведения политики поощрения инвестиций к одновременному выполнению трех условий: сокращению темпов инфляции, сокращению доходности по ГКО, снижению ставок рефинансирования. Да, ставки рефинансирования снижаются. Да, темпы инфляции колеблются вокруг значений, которые полтора-два года назад казались недостижимыми. Наметилась тенденция и к падению доходности по ГКО. Но пассивное ожидание инвестиционного бума в этих условиях представляется наивным. Тем более надо учитывать, что отмеченные достижения дались дорогой ценой и вполне могут оказаться «пирровой победой». Хозяйственная активность предприятий подавлена, они обескровлены отсутствием полноценных денежных средств. Угроза увеличения бюджетного дефицита будет противодействовать сокращению размеров государственных внутренних заимствований. Сокращение же доходности по ГКО усугубит тяжелое положение большей части кредитных организаций.

            Кто в этих условиях станет основным субъектом решительных действий по выходу из системного кризиса, по нормализации инвестиционного процесса, а затем и по его форсированному развитию ? Ни государство, ни банки, ни тем более предприятия с такой ролью поодиночке не справятся. Полагаем, что лишь активное сотрудничество этих трех субъектов способно переломить ситуацию.

            Ассоциация промышленно-строительных банков «Россия» имеет свое видение возможностей такого сотрудничества. Мы исходим из того, что процесс создания отлаженного механизма аккумулирования свободных средств предприятий, населения, государства, иностранных инвесторов и трансформации их в эффективные производственные инвестиции потребует длительной кропотливой работы. Она должна вестись одновременно по нескольким направлениям. Это - общая макроэкономическая политика Правительства, совершенствование налогообложения, правовая защита инвестиций, амортизационная политика, проведение институциональных преобразований банковской системы, ее дифференциация в соответствии с задачами перехода к экономическому росту. Очевидно, что необходимость таких преобразований назрела. Важным шагом на этом пути могло бы стать принятие ряда законодательных и нормативных актов, определяющих статус и регламентирующих деятельность тех банков, которые специализируются на инвестировании в реальный сектор экономики. Именно этот шаг и решила сделать наша Ассоциация. Мы находимся как раз на стыке реального сектора и банков, обслуживающих этот сектор. Мы знаем ситуацию на предприятиях и проблемы банков.

            Опираясь на многочисленные предложения банков, входящих в нашу Ассоциацию, мы в инициативном порядке подготовили пакет следующих документов:

- проект указа Президента «О стимулировании инвестиционной деятельности коммерческих банков»;

- проект закона «Об инвестиционно-коммерческих банках в Российской Федерации»;

- проект поправок к закону «О банках и банковской деятельности»;

- проект поправок к закону «О Центральном банке Российской Федерации».

            Указ Президента, на наш взгляд, мог бы носить постановочно-порученческий характер. Его главное предназначение - ускорить разработку законодательных и нормативных актов в сфере инвестиционной деятельности банков, а также Концепции стабилизации и повышения надежности банковской системы. Характерно, что подавляющее большинство полученных отзывов не содержит принципиальных возражений против положений проекта указа Президента.

            Иначе обстоит дело с проектом закона «Об инвестиционно-коммерческих банках в Российской Федерации». Суть закона состоит в законодательном определении статуса инвестиционно-коммерческого банка, особенностей его деятельности, мерах государственной поддержки.

            Мы ввели шесть отличительных признаков инвестиционно-коммерческого банка, а с учетом двух временных условий - восемь параметров, одновременное соблюдение которых является необходимым условием для рассмотрений Центральным банком вопроса о включении кредитной организации в реестр инвестиционно-коммерческих банков. По нашему мнению, сочетание восьми разнородных параметров способно отфильтровать из круга претендентов на статус инвестиционно-коммерческого банка те банки, которые действительно в состоянии выполнять эти функции.

            Следует подчеркнуть, что определяющие статус критерии отнюдь не подогнаны искусственно под банки, входящие в нашу Ассоциацию. Напротив, значительная часть банков - членов Ассоциации посчитала эти требования чрезмерно жесткими. В то же время многие крупнейшие российские банки, в нашу Ассоциацию не входящие, с легкостью подпадают под статус инвестиционно-коммерческих. На этом основании мы отвергаем обвинения в прямом лоббировании интересов лишь одной части банковского сообщества.

            На наш взгляд, если по вопросу о статусе удастся достичь консенсуса, то проблемы, связанные с особенностями деятельности инвестиционно-коммерческих банков, предоставлением определенных прав, полномочий и льгот, не вызовут непреодолимых разногласий. Вряд ли кто будет спорить с тем, что банки, профильной деятельностью которых является кредитование предприятий реального сектора, т.е. берущие на себя повышенные риски, могут претендовать на работу в несколько ином режиме, чем обыкновенные коммерческие. Тем более, что в соответствии со ст. 73 закона «О Центральном банке» Банк России вправе устанавливать дифференцированные нормативы и методики их расчета по видам банков.

            Мы считаем необходимым подчеркнуть, что адекватное регулирование банковской системы России невозможно сегодня без полномасштабного учета ее дифференциации: в первую очередь дифференциации по преобладающему виду операций и соответственно по структуре активов. Она была вызвана недостаточностью нормативного обеспечения финансовой сферы, из-за которой вплоть до самого недавнего времени практически все финансовые компании регистрировались в качестве банков. Банковская форма была исключительно удобна для таких компаний: она позволяла осуществлять практически весь спектр финансовых операций.

            В результате к настоящему времени в России сложились четыре основные группы банков, различия между которыми были качественно усилены обострением банковского кризиса в конце 1995 г. и в 1996 г.

            Первую группу составили банки, которые, как правило, в первую очередь всплывают в обыденном сознании при упоминании этого слова. Обыденное сознание правильно отражает ситуацию: эти банки не только качественно, но и чисто количественно составляют основу банковской системы страны. Это - крупные и крупнейшие универсальные банки (средний и тем более мелкий банк универсальным быть, как правило, не может - попросту не хватит ресурсов), расположенные преимущественно в Москве и Московской области.

            Вторую группу образуют средние и мелкие банки, занимающиеся в основном небанковскими операциями, - как правило, на фактически гарантированном сегодня рынке государственных ценных бумаг. Это - не коммерческие банки в собственном смысле слова, а скорее, разнообразные и обычно достаточно узко специализированные финансовые компании.

            Третья группа - «огосударствленные» банки, значимую долю операций которых составляет обслуживание расчетов государства. Их сотрудничество с государством может принимать форму не только обслуживания бюджетных счетов, но и осуществления совместных с государством (в том числе гарантированных им) проектов. В эту группу входят и «муниципальные банки», непосредственно принадлежащие руководству субъектов Федерации.

            Все эти группы имеют устойчивые источники финансовых ресурсов и, несмотря на отдельные громкие катастрофы своих представителей, в целом относительно стабильны. Это не значит, что их существование безоблачно. Наименее предпочтительны перспективы муниципальных банков, «съедаемых» местными властями в результате бюджетного кризиса. Постепенное снижение доходности государственных ценных бумаг медленно «убирает табуретку» из-под ног финансовых компаний. Системный финансовый кризис ухудшает положение универсальных банков. И даже огосударствленные банки федерального уровня являются заложниками жестокой политической борьбы за перераспределение ресурсов, обостряющейся по мере сокращения последних.

            Однако перечисленные трудности носят текущий, преодолимый характер. В целом они незначительны по сравнению с проблемами четвертой группы банков, обслуживающих преимущественно предприятия реального сектора экономики и потому зависящих, в первую очередь, от них. Сегодня положение этой категории хуже всего: терпящие бедствия предприятия «съедают» относящиеся к ней и контролируемые ими банки в полном соответствии с принципом «умри ты сегодня, а я - завтра». Причина - чрезмерно жесткая финансовая политика, превысившая адаптационные возможности народного хозяйства и чрезмерно ухудшающая положение предприятий реального сектора.

            Те, кто игнорирует характер дифференциации банковской системы России, склонны говорить о безвредности и безопасности открытой фазы банковского кризиса. По их мнению, гибель даже полутора из нынешних 2,5 тысяч банков не приведет к заметному ухудшению общей социально-экономической ситуации. Эта позиция справедлива лишь по отношению к мелким и мельчайшим банка, являющимся по преимуществу спекулятивными финансовыми компаниями. Однако такие оптимисты не учитывают «мелочи»: эти банки работают на почти гарантированных рынках и первыми не погибнут, так как их устойчивость относительно велика. Конечно, их позиции существенно подрывает снижение доходности операций с ГКО и другими государственными ценными бумагами, но оно вряд ли будет достаточным для массового разрушения указанных банков. Кроме того, чрезмерная жесткость финансовой политики, вызывая массовое замещение денег различными суррогатами, открывает для банков этой категории новый богатейший рынок - рынок заменителей денег. Сегодня, когда собственные денежные суррогаты (в том числе в виде векселей) эмитирует значительное количество не только предприятий, но и регионов, клиринг различных видов этих суррогатов и организация расчетных цепочек являются едва ли истощимым в обозримом будущем полем деятельности.

            Поэтому как раз те банки, гибель которых не окажет негативного влияния на социально-экономическую ситуацию, в массе своей останутся целыми и невредимыми. В наихудшее положение попадут совсем другие кредитные организации. И хотя их будет значительно меньше, их разрушение станет весьма ощутимым ударом по народному хозяйству России и может привести к дезорганизации реальной сферы экономики, ибо первыми погибнут находящиеся в наихудшем положении банки четвертой группы, ориентированные преимущественно на обслуживание реальной экономики и удовлетворяющие существенную часть ее потребности в расчетах и оборотных средствах. Кто может из заменить ?

            Филиалы крупных московских банков не заинтересованы в «мелочевке» и смогут взять на обслуживание лишь наиболее крупных привлекательных из местных клиентов. Кроме того, по вполне объективным причинам, к которым относится и сложное положение самих крупных универсальных московских банков, филиалы, как правило, склонны к работе «в режиме пылесоса», высасывающего из регионов местные финансовые ресурсы и усугубляющего и без того сложное положение.

            Часть клиентов разоряющихся местных «промышленных» банков могут «подобрать» муниципальные банки, являющиеся мечтой значительной части глав администраций. В ряде регионов полным ходом идет насильственный сгон клиентов в муниципальные банки с фактическим подавление всех остальных местных кредитных организаций. «Зачем мне два банка в моем регионе ? Достаточно одного, если он будет моим» - такая логика разумна с точки зрения борьбы за власть и финансовые ресурсы. Однако фактическая монополизация значительной части банковских услуг, пусть и на региональном уровне, по объективным причинам неминуемо ухудшает общее финансовое положение региона. В условиях системного финансового кризиса она завершается банкротством «банка местных властей», который обычно не выдерживает нарастающего бюджетного давления.

            Таким образом, реальных приемлемых способов компенсировать гибель банков четвертой группы для народного хозяйства государство не имеет. Значит, существует объективная общественная потребность в их поддержке. Принципиально важно, что на первых порах поддержка эта может осуществляться даже в рамках сегодняшней жесткой финансовой политики, без какого-либо ее смягчения.

            Наиболее разумный и простой путь - дифференциация нормативов обязательного резервирования и вообще механизма государственного регулирования в зависимости от структуры активов банков, со снижением давления на банки, обслуживающие реальный сектор экономики. Осуществление такой дифференциации за счет банков - финансовых компаний будет означать стимулирование (в том числе инвестиционное) реального сектора в рамках чрезмерно жесткой финансовой политики.

            Таким образом, стимулирование инвестиционной деятельности можно начать уже сейчас, вне связи с дискуссиями по наиболее принципиальному и сложному вопросу современной экономической политики. Вместе с тем, необходимо осознавать, что поддержка банков, обслуживающих преимущественно реальный сектор экономики, сама по себе принесет обществу лишь частичное и временное облегчение, ибо первопричина сегодняшних проблем - чрезмерно жесткая финансовая политика. Ее регулируемое смягчение и поддержка банков, обслуживающих реальный сектор экономики, должны идти параллельно и дополнять друг друга.

            Заметным шагом на пути действенной поддержки банков, обслуживающих реальный сектор, могло бы стать принятие подготовленных Ассоциацией документов. Рабочей группой по подготовке пакета документов были рассмотрены сотни замечаний, возражений и дополнений, поступивших от банков - членов Ассоциации, Центрального банка РФ, Минэкономики, Минфина, Совета Безопасности, глав администраций субъектов Федерации, а также от Финансовой академии, Института экономики, фонда «Реформа». Все ценное и конструктивное, на наш взгляд, было учтено при доработке. На наши инициативы откликнулось большинство субъектов Федерации. Значит, проблемы повышения инвестиционной активности банков волнуют органы исполнительной власти на местах.

            Реакция федеральных органов, к сожалению, гораздо более сдержанная. Видимо, она во многом объясняется либо подозрением в том, что члены Ассоциации преследуют узкогрупповые интересы, стремятся добиться для себя под благовидным предлогом необоснованных льгот и привилегий, либо бюрократическим нежеланием изменять существующее положение вещей.

            Считаем необходимым отдельно остановиться на основных выдвигаемых против нас обвинениях, на аргументированных доводах против создания инвестиционно-коммерческих банков.

            Аргумент первый. Действующая система организации инвестиционного процесса и поощрения инвестиционной активности банков достаточна и не нуждается пока в изменениях и дополнениях.

            Мы категорически не согласны с этим аргументом, так как реальное положение вещей свидетельствует об обратном - инвестиционный процесс полностью дезорганизован, что убедительно подтверждают данные о динамике инвестиций из всех источников.

            Аргумент второй. Выделение в банковской системе специализированных групп кредитных организаций, дифференцированных по каким-либо нормативам, ослабит банковское сообщество и дезорганизует его.

            Нам представляется, что напротив, законодательное закрепление статуса специализированных кредитных организаций, сфер их деятельность, возможных льгот внесет ясность и укрепит в целом банковскую систему. Это положит конец жесткой подковерной борьбе между банками, ведущейся отнюдь не методами здоровой конкуренции по весьма зыбким и юридически не закрепленным критериям.

            Аргумент третий. Государство сейчас не в состоянии пойти на поддержку инвестиционного процесса в тех масштабах, которые предусмотрены проектом закона «Об инвестиционно-коммерческих банках в Российской Федерации», в силу того, что у него нет средств. Соответственно весь пакет документов несвоевременен.

            Признавая право на такой аргумент, считаем, что с ним нельзя соглашаться. Это - позиция пассивного приспособления к ситуации. Она не носит созидательного характера и в принципе не в состоянии вывести экономику на траекторию роста. Тем более что проект закона «Об инвестиционно-коммерческих банках» не определяет размеры льгот и меры государственной поддержки, за что, кстати, рабочая группа подверглась острой критике со стороны ряда банков. Закон ставит проблему, определяет направления сотрудничества банков с государством в деле стимулирования инвестиций, приглашая государство по мере возможностей участвовать в этом процессе. Конкретное же наполнение определенных законом форм сотрудничества может изменяться по мере изменения макроэкономической ситуации и приоритетов государственной экономической политики.

            Это - то, что касается аргументов против принятия специального закона об инвестиционно-коммерческих банках. Большинство же организаций, рассмотревших наши предложения, в целом их поддерживают, но задаются рядом вопросов, основные из которых звучат примерно так. Почему банки, призванные участвовать в инвестициях в реальный сектор, называются инвестиционно-коммерческими, а не инвестиционными ? Почему нужен законодательно определенный статус  инвестиционно-коммерческого банка, а для проведения инвестиционных программ, в том числе с участием государства, недостаточно уполномоченных банков, существующих и могущих появиться в будущем ? Почему предусмотрено создание целой сети инвестиционно-коммерческих банков ? Может быть, есть смысл придать статус инвестиционно-коммерческого какому-нибудь одному из крупных банков, который будет концентрировать в своих руках все инвестируемые в реальный сектор средства ? Какие рычаги государство сможет применить для действенного контроля за прохождением через инвестционно-коммерческие банки части бюджетных средств ?

            Попытаюсь ответить на эти вопросы, хотя полагаю, что они являются предметом дискуссии и могут быть найдены разные варианты решений.

            В первую очередь, непонятна озабоченность тех, кому сочетание «инвестиционно-коммерческие банки» кажется странным и даже внушающим какие-то опасения. Логичнее, наверное, было бы создавать непосредственно инвестиционные банки. Но здесь надо принимать во внимание специфику российской банковской системы, ее молодость и неустоявшийся характер. Сейчас мы не «вытянем» чисто инвестиционные банки - они лопнут или полностью сядут на шею государству. Надо двигаться в направлении инвестиционных банков, занимающихся исключительно инвестициями. Но это дело будущего, хотя, вероятно, и весьма недалекого. Инвестиционно-коммерческие же банки отвечают нынешним реалиям. Это банки, несущие на себе отпечаток специфики развития молодой российской банковской системы, но в то же время тесно связанные с предприятиями реального сектора и не прекращавшие его кредитование на всех этапах реформ. Считаем, что инвестиционно-коммерческие банки, примерно в том виде, как они прописаны в проекте закона, являются мостиком, соединяющим настоящее с будущим. Будущее - это инвестиционные банки. Инвестиционно-коммерческие банки - этап на пути к инвестиционным банкам. Подобная этапность могла бы найти отражение в разрабатываемой Центробанком Концепции стабилизации и повышения надежности банковской системы.

            Практическая деятельность инвестиционно-коммерческих банков стала бы своеобразным испытанием для обкатки основных системообразующих идей будущих инвестиционных банков, выявила бы недостатки, нуждающиеся в устранении, подсказала пути дальнейшего развития банковской системы. Одновременно произошел бы естественный отбор тех банков, которые в дальнейшем смогли бы стать полноценными инвестиционными. Были бы подготовлены необходимые кадры, отработаны технологии осуществления инвестиций.

            Теперь - об «уполномоченности» в банковской сфере. Ассоциация полагает, что сам статус «уполномоченных» в ситуации перманентного банковского кризиса является мощным рычагом усиления конкурентной борьбы между банками, правила и исход которой определяются не соображениями экономической или финансовой целесообразности, а лоббистскими возможностями. Здесь верх зачастую берет отнюдь не профессионализм кредитных учреждений. Эта борьба изматывает банковское сообщество, носит деструктивный характер. При этом статус «уполномоченности» и процедура его присвоения юридически не определены.

            Мы предлагаем повысить легитимность банковской дифференциации, в значительной мере нейтрализовать субъективный и нередко волюнтаристский характер принятия важных решений по банковской деятельности. Полагаем, наши предложения не ущемляют компетенцию Центрального банка. При их разработке мы исходили из непреложности закона о Центральном банке РФ, а предлагаемые нами поправки к нему носят редакционно-уточняющий характер.

            Теперь - о централизации инвестиционного процесса в одном крупном банке. Считаем, что сейчас ни один банк не справится с этой задачей. Чтобы создать разветвленную эффективную систему, пришлось бы провести коренную и практически одномоментную реорганизацию существующей системы кредитных организаций. Кстати, именно такую идею предлагали отдельные члены экспертного совета Ассоциации. На наш взгляд, она слишком радикальна и не очень-то вписывается в контекст рыночной экономики. Полагаем, что сохранение отношений здоровой конкуренции и разумной децентрализации будет только на пользу российским банкам. Хотя с точки зрения эффективности контроля за прохождением инвестиционных средств идея такой централизации выглядит убедительно. Однако могут быть найдены и иные методы контроля. Кстати, там, где в соответствии с нашими предложениями государство вносило бы вклады в уставные капиталы инвестиционно-коммерческих банков, в состав органов управления банками обязательно входили бы и представители государства.

            Ключевой вопрос - об источниках средств для инвестирования. В этой связи представляется целесообразным еще раз рассмотреть как ряд предложений, высказываемых представителями политической оппозиции, так и стандартных, повторяющихся из года в год в выступлениях экспертов, чиновников, ученых. В их числе могут быть: введение монополии на продажу алкогольных напитков; повышение акцизов на ряд товаров; увеличение рентных платежей; улучшение управления принадлежащей государству частью собственности; повышение собираемости налогов и др. Полагаем, однако, что эти меры способны в лучшем случае уменьшить дыры в бюджете, но недостаточны для ощутимых инвестиций.

            Считаем целесообразным рассмотреть два, на наш взгляд, более существенных предложения.

            Первое касается государственного инвестиционного займа, размещаемого среди населения. Это был бы строго целевой заем под гарантии государства с ежегодной выплатой процентов и первым погашением через три-четыре года. Параллели с недоброй памяти займами восстановления народного хозяйства СССР неуместны. Мы предлагаем заем не только добровольный, но и экономически привлекательный. Государство должно гарантировать по нему выплату процентов не ниже ставок по срочным вкладам в Сбербанке. Полученные от размещения займа средства должны направляться исключительно на высокоэффективные инвестиционные проекты со сроком окупаемости не более двух-трех лет. Это могли бы быть проекты, предусматривающие незначительные вложения в почти готовые объекты или даже в уже имеющиеся производственные мощности. Можно было бы подумать и о целевых займах под конкретные проекты. Представляется, что для населения форма государственного займа предпочтительнее приобретения дополнительно эмитируемых акций.

            Второе предложение касается дополнительной кредитно-денежной эмиссии. Если правительство решается на эмиссию, то было бы разумнее, на наш взгляд, использовать ее для кредитования быстроокупаемых инвестиционных проектов, например, в пищевой или легкой промышленности. Тогда инфляционный эффект был бы гораздо ниже, нежели в случае расходования этих средств на текущие социальные потребности.

 

«Инвестиционное сознание» -

условие развития

 

А. В. Мурычев

(Экономика и жизнь (газета) № 22 (8663) май 1997 г., стр. 1.)

 

            После завершения периода высокой инфляции экономика уже второй год топчется на месте. Причем пространство, так сказать, «для топтания» постоянно сокращается - того и гляди, что ступить будет некуда - придется опять падать.

            Да, темпы открытой инфляции существенно снижены, хотя глубинные причины ее не устранены. Цена низкой инфляции - подавленное производство, колоссальные неплатежи, задолженности по зарплате и пенсиям - такова, что грозит взорвать то неустойчивое социально-экономическое равновесие, в котором живет страна.

            Действительно, за год с небольшим значительно снижена ставка рефинансирования Центрального банка. Уменьшены нормативы обязательного резервирования. Обменный курс держится в рамках валютного коридора. Снижается доходность государственных ценных бумаг. Но падение ВВП за 1996 год достигло 6 процентов. Долгожданные инвестиции не только не пошли в производство, напротив - инвестиционный кризис усилился. Снижение только за год инвестиций на 18 процентов - нечто «рекордное» даже для привыкшей к многолетнему кризису России. Неплатежи возросли до гигантских размеров, а бюджетно-налоговый кризис достиг такой остроты, что, по признанию самих властей, грозит существованию государства как такового.

            Поведение всех основных групп инвесторов (предприятия, банки, государства, население, нерезиденты) в силу разных причин или не отличалось активностью, или было ориентировано по-прежнему на спекулятивные рынки.

            В тяжелейшем состоянии оказались банки, хотя по чисто формальным признакам коллапса банковской системы не произошло.

            Укрепилась тенденция невыполнения кредитными организациями установленных экономических нормативов. Примерно 40 процентов банков в течение 1996 года не покрывали собственным капиталом даже оплаченный уставный фонд (проедали средства акционеров, пайщиков), а более 10 процентов - утратили собственный капитал и работали исключительно на привлеченных ресурсах. Реально созданные резервы на возможные потери по ссудам (около 13 трлн.рублей на конец 1996 года) не покрывали даже официально отраженных в банковских балансах объемов просроченных ссуд (18 трлн.рублей).

            Положение усугублялось тем, что сами банковские капиталы распределены крайне неравномерно. По состоянию на начало текущего года крупнейшие 30 банков концентрировали около 86 процентов активов банков первой сотни, или чуть меньше 2/3 активов всех коммерческих банков. Дифференциация банковских активов по размерам и их концентрация - явление в целом закономерное. Оно, однако, нормально в том случае, если капитал входящих в нижние группы банков достаточен для выполнения ими своих функций. Между тем половина всех российских банков имеет капитал меньше 150 тысяч долларов. Естественно, что они не могли выступать в роли серьезных инвесторов для предприятий реального сектора экономики.

            Трудности, переживаемые кредитными организациями, во многом носят объективный характер. На хиреющем теле национальной экономики отдельные ее органы не могут нормально развиваться сами по себе. Очевидно, что и трудности банковской системы не могут быть преодолены внутри ее самой, в отрыве от остальных секторов экономики. Шансы на реальное экономическое оздоровление может дать комплексная, активная, целенаправленная политика, в рамках которой были бы предприняты согласованные действия федерального Правительства, Центрального банка, органов власти субъектов Федерации и, конечно, основной части хозяйствующих субъектов - предприятий и банков. Тон здесь должны задать государственные органы. Более того, какое-то время государство должно быть активным игроком, иначе игра встанет. На наш взгляд, позиция лишь беспристрастного «судьи на поле», пропагандируемая Правительством еще пару лет назад, доказала свою полную несостоятельность.

            Самоустранение государства из инвестиционного процесса представляется неприемлемым. Примеров же неисполнения государством взятых на себя скромных инвестиционных обязательств более чем достаточно.

            В 1996 году из 415 производственных и социальных объектов, предусмотренных федеральной инвестиционной программой на 1996 год, на 1 января 1997 года было введено, включая частичный ввод, лишь 40 объектов. Менее чем на 6 процентов от годового лимита были профинансированы конкурсные высокоэффективные проекты. Всего 18,8 процента составила доля бюджетных средств в общем объеме инвестиций в основной капитал.

            Объем финансовых ресурсов, предусмотренных для формирования бюджета развития на 1997 год, крайне незначителен - 18 трлн. рублей. Да и источники их не в полной степени гарантированы - 10,2 трлн. рублей должны составить связанные иностранные кредиты, а 7,8 трлн.рублей - аккумулированы в результате внутренних заимствований. С учетом перспектив секвестра очевидно, что бюджет развития будет урезан и средств для инвестиций опять выделено не будет.

            В отношении участия государства в инвестиционном процессе как гаранта в 1997 году предусмотрено, что Правительство может предоставлять гарантии российским инвесторам под заемные средства для реализации инвестиционных проектов при верхнем их пределе в 40 процентов заемных средств, а общем стоимостном лимите - в 50 трлн.рублей. Они могут предоставляться в рамках верхнего предела государственного внутреннего долга, утвержденного законом о бюджете. Это значит, что их выдача будет зависеть от финансового положения Правительства, а оно уже предопределено.

            Кроме того, практика 1996 года убедительно доказала неработоспособность схемы «на один бюджетный рубль - четыре привлеченных», когда предприниматели взяли кредиты в коммерческих банках под инвестиционные проекты, а государство отказалось от внесения своей части.

            Если оно оказывается таким ненадежным партнером, странно слышать от его представителей призывы к банкам кредитовать во что бы то ни стало производство. Интересов инвестировать в реальный сектор экономики практически нет - ведь не вся российская промышленность состоит из мини-пекарен, требующих мини-вложений почти с мгновенной отдачей. Члены Ассоциации «Россия», работающие в силу своей специфики именно с промышленными предприятиями, могут это подтвердить.

            Кредитные организации выступают опорными точками не только экономического, но и социального каркаса общества. Они - залог уверенности своих клиентов. Эти точки структурообразующие.

            От того, в каком качестве будут сохранены банки, зависит и характер социально-экономической структуры российского общества. Если в качестве спекулятивных организаций, лишь как инструменты «голой» денежно-кредитной, монетарной политики, то и структура российской экономики будет перекошена в сторону спекулятивного, финансового, большей частью фиктивного, а не реального капитала. Выбор этот должен произойти не стихийно, а сознательно, в рамках проводимой государством экономической политики, и не ограничиваться мерами Центробанка по поддержке банков.

            Одновременно нужно активизировать собственно промышленную и структурную политику, включая государственные капвложения, индексацию оборотных средств предприятий, активную амортизационную и инновационную политику, которые в последние годы лишь декларируются, но не выполнятся со ссылкой на нехватку средств у государства.

            Если в течение ближайших полутора - трех лет в России не удастся создать и запустить нормальный инвестиционный механизм, то неизбежное в ближайшие годы массовое выбытие основных фондов практически во всех основных отраслях промышленности, на транспорте приведет к реальной деиндустриализации (не падению производства, а к ликвидации производственных мощностей), все последствия которой вряд ли можно даже предвидеть. Со стороны российского общества ответом на эту угрозу должна стать консолидация усилий по прекращению инвестиционного спада.

 

Роль российских банков в стимулировании

экономического роста

 

А.В. Мурычев

(Деловой экспресс (газета) № 3, 27 января 1998 г., стр. 4-5)

 

            Неустойчивость общеэкономической ситуации в полной мере проявляется и в банковском секторе. Более того, ряд факторов, в целом благоприятных с точки зрения макроэкономики, оказывает на развитие кредитных организаций достаточно противоречивое влияние. Так, существенное замедление темпов инфляции, падение доходности государственных ценных бумаг, порой отрицательная доходность валютного и фондового рынков приводят к ухудшению финансового положения кредитных организаций. Распространенная логика, что в таких условиях свободные финансовые ресурсы, а за ними и все банки устремятся в реальный сектор экономики, на практике дает сбой.

            Во-первых, остаются запредельно высокими риски вложений в промышленность. Особенно это касается капиталоемких инвестиционных проектов. Кредитование промышленных предприятий в настоящее время призвано, как правило, возместить временную нехватку оборотных средств, носит краткосрочный характер и осуществляется или под конкретные экспортные поставки, или под готовую и ликвидную продукцию.

            Во-вторых, падение доходности на финансовых рынках уменьшает инвестиционные возможности банков, делает неустойчивым их финансовое положение. Банки, озабоченные состоянием текущей ликвидности, вряд ли склонны к инвестиционным проектам. При условии благоприятной экономической конъюнктуры совокупные финансовые ресурсы значительной части российских кредитных организаций недостаточны для обеспечения серьезных капитальных вложений в промышленность, транспорт или связь.

            В-третьих, уход государства из инвестиционной сферы в целом, на наш взгляд, негативно сказывается на инвестиционном климате. Это влияние проявляется как в подрыве доверия к инвестиционному процессу со стороны частных инвесторов, так и разрушении механизма «запуска» инвестиций. Идея правительства и Минэкономики о том, что каждый рубль государственных инвестиций способен привлечь 4 рубля негосударственных средств, срабатывает, но с обратным знаком. Каждый рубль недофинансирования со стороны государства приводит к бегству из инвестиционной сферы нескольких рублей средств потенциальных негосударственных инвесторов. Если государство не хочет брать на себя инвестиционные риски и не находит средств для этого, непонятно, почему частный сектор должен брать на себя инициативу и какие-либо обязательства. Невнимание государства к проблемам инвестиций проявляется как в срыве государственных инвестиционных программ, так и в провале бюджета развития. За январь - июль 1997 г., по информации Минфина, государственные инвестиции профинансированы всего лишь в размере 32 % от утвержденного с учетом секвестирования лимита.

            В-четвертых, большинство предприятий, как это ни покажется парадоксальным, не готовы к приему инвестиций. Имеется в виду привлечение инвестиций на принятых во всем мире условиях, когда инвестор требует эффективного освоения средств, финансовой «прозрачности» предприятия, передачи прав по распоряжению имуществом в рамках адекватных объему выделенных средств и т.д. Немалая часть руководителей предприятий по-прежнему желает привлечь финансовые ресурсы со стороны и не нести за это никакой экономической ответственности.

            Наконец, немаловажной причиной вялости инвестиций является недостаточное законодательное подкрепление и неясные перспективы экономической деятельности в свете принятия новых законодательных актов. Так, по-прежнему не принят закон об ипотеке, налоговый кодекс, задающий основные правила игры. Неясно, как реально будет работать налоговый механизм, насколько он будет способствовать инвестициям. В том варианте Налогового кодекса, который был принят в первом чтении, особенно благоприятного климата для инвестиций не просматривалось.

            А в части налогообложения банков там предусматривались нормы, прямо подрывающие их инвестиционные возможности. Я имею в виду налог на банковские активы.

            Очевидно, что причины недостаточного участия банков в инвестиционной деятельности кроются отнюдь не в простом нежелании банков смещать акценты в своей работе. Если будут созданы возможности нормального извлечения прибыли в реальном секторе экономики, деньги действительно пойдут туда, и банки не будут препятствовать этому процессу. Конечно, мы прекрасно понимаем, что одномоментно устранить все перечисленные причины невозможно. Но принятие сбалансированного комплекса первоочередных мер было бы достаточным для запуска механизма инвестиций.

            На наш взгляд, реализация таких мер должна вестись по трем главным направлениям. Первым направлением должна стать активизация роли государства в обеспечении инвестиционного процесса: имеется в виду развитие механизма государственных гарантий, а также повышение координирующей роли государства в создании организационных и институциональных предпосылок инвестиционной деятельности. Вторым направлением деятельности должно стать создание организационных и институциональных предпосылок в сферах банковской и инвестиционной деятельности. Третье - законодательное закрепление условий, благоприятствующих инвестициям.

            В развитие перечисленных направлений необходимо:

Задействовать инвестиционные ресурсы государственного сектора экономики и естественных монополий, обратив их на нужды федеральной инвестиционной программы.

Осуществить переориентацию кредитной политики Сбербанка с преимущественного вложения своих активов в государственные ценные бумаги на кредитование инвестиционной сферы. Вероятно, целесообразно рассмотреть вопрос о выдаче Сбербанком межбанковских кредитов специально отобранным государством банкам, связанным с кредитованием эффективных инвестиционных проектов.

Выпустить долгосрочные целевые инвестиционные вклады под гарантии государства (или валютный заем) для реконструкции народного хозяйства.

Осуществить страховой заем, ориентированный на страхование и перестрахование инвестиционных и предпринимательских рисков в области инвестиционных проектов.

Пересмотреть нормы обязательного резервирования по вкладам населения с относительно длительными сроками хранения в увязке с объемом выданных инвестиционных кредитов, что позволит сделать инвестиционные кредиты более дешевыми для предприятий.

Развивать институты коллективного финансирования (для населения) и проектного финансирования (для юридических лиц), позволяющие аккумулировать ресурсы и снижать инвестиционные риски.

Установить повышенные нормативы привлечения сбережений населения для банков, участвующих в финансировании федеральных программ под частичные гарантии Правительства.

Предусмотреть в налоговом кодексе освобождение банков от уплаты налога на прибыль, получаемую от предоставления долгосрочных кредитов (на 3 года и более) для реализации операций финансового лизинга.

Сохранить в Налоговом кодексе норму, предусматривающую включение в затраты предприятий расходов, связанных со страхованием основных производственных фондов, что будет способствовать снижению инвестиционных рисков.

Упорядочить процесс слияний, поглощений и банкротств кредитных организаций, направив его на формирование такой структуры банковской системы, которая бы отвечала требованиям оживления инвестиций и экономического роста.

Законодательно установить и отработать процедуру отбора банков, призванных осуществлять крупные инвестиционные проекты с участием государства.

 

 

 

 

 

Реструктуризация банков и инвестиции

 

А.В. Мурычев

(Журнал «Банк» № 15 июль 1998 г., интервью, стр. 16-21)

 

            -Банковская система России неумолимо сокращается. За два года количество действующих кредитных организаций уменьшилось в 1,5 раза - с 2600 до 1616 по состоянию на 1 апреля. Как Вы оцениваете эту ситуацию ?

            -В самом общем виде можно сказать, что банковская система России таким образом адаптируется к новым реалиям. Времена «легких денег», формировавшие специфический тип кредитной организации, иногда весьма далекой от непосредственно банковской деятельности, не имеющей устойчивой ресурсной базы, слабо связанной с клиентами и не обладавшей высококвалифицированным персоналом, ушли. Уже крах рынка межбанковских кредитов в 1995 г. наглядно выявил слабость подобных банков. Однако большинство из них не сделали надлежащих выводов, тем более что рынок государственных ценных бумаг давал возможность неплохо зарабатывать на операциях спекулятивной направленности. Постепенное падение доходности ГКО-ОФЗ было вопросом времени, и когда оно наступило, негативные явления в банковской сфере вновь усилились. Вдобавок к этому прибавился финансовый кризис конца 1997 года.

            Прогноза, сделанного ранее Ассоциацией, о ликвидации в 1998 г. примерно трехсот банков, ныне придерживаются большинство экспертов. Мало того, сейчас я бы даже скорректировал его в сторону увеличения этой цифры. Главный резерв сокращения - мелкие и средние банки, не имеющие мощной ресурсной базы в виде сырья, иных товаров, пользующихся спросом на мировых рынках, и банки, расположенные, как правило, в регионах, кредитующие реальную экономику.

            -Каким же Вы видите выход из создавшегося положения ?

            -В Основных направлениях единой денежно-кредитной политики на 1998 г. Центральный банк РФ недвусмысленно дает понять, что не будет препятствовать следующим доминирующим тенденциям развития банковской системы России в ближайшие годы: резкому уменьшению количества действующих кредитных организаций, концентрации активов банковской системы в крупнейших банках, реструктуризации банков. Большинству мелких и средних банков уготовано трансформироваться в небанковские кредитные организации, стать филиалами крупных банков или ликвидироваться. Но есть ли смысл в нынешних сложных условиях делать эти направления эволюции некрупных российских банков магистральными ? Необходимо иметь в виду и общую неразвитость финансовой инфраструктуры в стране, и повышенное недоверие как населения, так и предприятий к небанковским кредитным организациям. По убеждению Ассоциации, было бы целесообразным ориентироваться на сохранение части наиболее крепких и работоспособных банков в регионах из числа мелких и средних как самостоятельных банковских организаций. Превращение их в филиалы крупных столичных банков или трансформация в небанковские кредитные организации наряду с преимуществами повлечет и вполне определенные недостатки. Региональный банк, став филиалом, управляемым из Москвы, не сможет оперативно реагировать на ситуацию на местах, значительная часть местных финансовых ресурсов будет использоваться за пределами региона.

            -Однако процесс, как Вы называете, адаптации к новым реалиям, затронет, вероятно, и банки, входящие в Ассоциацию «Россия» ?

            -На хиреющем теле национальной экономики отдельные ее органы не могут нормально развиваться сами по себе. Плачевное состояние производственного сектора сказалось в конце концов и на банках. Очевидно, что трудности банковской системы не могут быть преодолены внутри ее самой, безотносительно остальных секторов экономики.

            В течение нескольких последних лет у двух десятков членов Ассоциации были отозваны лицензии на совершение банковских операций. Вероятно в 1998-1999 гг. это коснется и некоторых других банков Ассоциации. Однако взамен приходят крепкие банки, связанные с реальным сектором экономики. Среди них отмечу «Девон-Кредит» (г.Альметьевск), Сургутнефтегазбанк, Когалымнефтекомбанк, Ноябрьский городской банк (все  - Тюменская обл.), Сетевой Нефтяной банк (г. Калининград), «Юнибест» (Москва), “Капитал-Москва” и др. Как и другие, «старые» члены Ассоциации, они играют важную, порой определяющую, роль в своих регионах. Ведь около 15 банков Ассоциации входят в первую сотню крупнейших российских банков, свыше 40 - в список 300 банков страны. Членов Ассоциации можно видеть в числе самых надежных банков (назову лишь некоторых - Челиндбанк, Омскпромстройбанк, Томскпромстройбанк, Уралпромстройбанк, Запсибкомбанк, Пробизнес-Банк, Колыма-банк). Банки Ассоциации расположены на всей территории Российской Федерации - от Южно-Сахалинска до Калининграда. По сути, это - опорные финансовые региональные центры, что дает уверенность в их будущем, равно как и перспективах деятельности Ассоциации.

            -По каким направлениям, по Вашему мнению, пойдет развитие банков и какие из них могут считаться оптимальными ?

            -Начнем с самого простого и для многих неприятного - ликвидации. Другими широко распространенными путями будут слияния или присоединения. В странах с развитой банковской системой они давно стали обычным делом, например, в США в год происходит 300-400 банковских слияний путем покупки акций или активов. Слияния преследуют целый ряд выгод: увеличение размеров и престижа банковской организации и защита от конкуренции; диверсификация источников денежной наличности и доходов, а также номенклатуры услуг; повышение качества менеджмента; выигрыш на налогах и экономия издержек; завоевание новых рынков или укрепление позиций на старых; повышение рыночной стоимости акций.

            Без сомнения, эти процессы приобретут в ближайшие годы широкий размах. В целом, они, скорее всего, укрепят банковскую систему, будут способствовать концентрации банковского капитала. Но зачастую поглощение крупными банками малых и средних не решает этой проблемы, которая в нынешней России стоит очень остро. Маломощность банков - «ахиллесова пята» нашей банковской системы. Если сравнить размеры российских банков с зарубежными, обнаружится разница в величинах на порядок. Так, активы среднего российского банка составляют всего несколько десятков миллионов долл., в то время, как в Японии - 44 млрд.долл., в Великобритании - 4 млрд.долл., в Венгрии - 950 млн.долларов.

            Решить проблему концентрации капитала в объемах, достаточных для полномасштабных инвестиций в отечественное производство, слияния на нынешнем этапе развития российской банковской системы не в состоянии. Это под силу лишь банковским холдингам и другим объединениям структурообразующих банков. Однако в России создание таких холдингов может привести к глобальной и резкой переструктуризации банковской системы. В результате образуется, вероятно, не более 5-10 крупных группировок, контролирующих практически весь сектор кредитных организаций. При этом региональные банки, даже формально сохранившие независимость, будут вынуждены подпасть под влияние той или иной группы.

            -Как на это реагирует Ассоциация «Россия» ?

            -Банки Ассоциации хорошо знают ситуацию на местах, умеют работать с инвестициями, имеют достаточно мощную материальную базу, высококвалифицированный персонал, развитую клиентскую сеть. Всего наши банки обслуживают свыше 300 тысяч предприятий и организаций России. На сегодня у Ассоциации имеются наработки по проблемам реструктуризации банковской системы России, есть одобренная ее руководящими органами и встреченная с пониманием в Центробанке программа развития на 1998-1999 гг., предполагающая конкретные меры по укрупнению части банков-членов Ассоциации.

            -Не случайно, видимо, поэтому Ассоциация «Россия» провела в марте нынешнего года международную конференцию «Инвестиции в России» ?

            -Ассоциация явилась инициатором и организатором этой инвестиционной конференции по следующим обстоятельствам. Считаю, что важно направлять и формировать общественное мнение в сторону того, чтобы находить источники инвестиций не в США или в западноевропейских страна, а у нас в стране. Поэтому основными участниками конференции явились внутренние потенциальные инвесторы - банки, финансовые компании, крупные промышленные предприятия. Мы знаем, сколько трудностей имела реализация бюджета 1997 года. Фактически Бюджет развития так и не был реализован по полной программе. Мы считаем, что какое бы сильное и крепкое ни было государство, не только финансовые институты, компании, но и само оно нуждается в общественной поддержке. Нужно вырабатывать национальную идею, связанную с развитием инвестиционной активности внутренних инвесторов, а для этого - осуществить целый ряд крупных мер, которые бы способствовали стимулированию такой политики в Российской Федерации.

            В стране сейчас 1600 разных банков. Глубоко убежден: банк только тогда может называться банком, когда он кредитует промышленность, организации, коммерческие структуры. Банк предназначен для того, чтобы получать прибыль с кредитования. Если же он работает как финансовая компания, то не является в чистом виде коммерческим банком. Банки в сегодняшней жизни первыми окунулись в рыночные отношения. Входящие в Ассоциацию «Россия» кредитные организации представляют значительную часть банковской системы, которая работает с реальным сектором экономики. Как никакая другая организация, никакой другой субъект сегодняшнего рынка, мы понимаем: только активизация инвестиционного процесса будет способствовать тому, чтобы отечественная промышленность все-таки оживлялась, а в дальнейшем и развивалась. Будет расти производство - будут крепнуть и коммерческие банки, которые работают с ним.

            Ассоциация «Россия» предпринимает ряд мер по стимулированию инвестиционной деятельности субъектов хозяйствования. Она явилась инициатором ряда законопроектов по развитию инвестиций в Российской Федерации, представленных в Госдуму. Инвестиции в производство в ближайшее время останутся не только самым рискованным направлением кредитования, но и наиболее капиталоемким. Между тем потребность в инвестиционных ресурсах, причем на условиях их привлечения на длительный срок, на большинстве предприятий очень высока. Малые и средние банки просто часто не могут изыскать их в необходимых объемах. Их удел - кредитование небольших предприятий и в небольших объемах. Играть сколько-нибудь значимую инвестиционную роль могут только крупные банки.

            Несмотря на все наши экономические трудности время само диктует необходимость интеграции в крупные межрегиональные, федеральные финансовые союзы, пулы, объединения, через которые возможно активизировать инвестиционную роль банков. Период противостояний и поисков источников наших бед уходит. Наступает время прагматических действий и мобилизации усилий на направление кредитования промышленности, которое, несмотря на сегодняшние неблагоприятные условия, во все времена приносило наибольшие доходы и дивиденды.

            Отчетливо понимая стремление руководства субъектов хозяйствования к восстановлению межрегиональных связей, Ассоциация действует в этой связи в направлении создания межрегионального финансового механизма, обеспечивающего кредитную поддержку этому процессу. В этом одна из главных задач создаваемого Роспромбанка. Любое крупное банковское объединение, кредитующее реальный сектор, без сомнения, обладает большей степенью надежности, и выглядит более привлекательным и для потенциальных инвесторов.

            Пока же, на мой взгляд, в 1998 г. банки не могут рассматриваться как серьезные инвесторы. И величина учетной ставки ЦБ в 1998 г. не окажет ощутимого влияния на рост инвестиций. Ее следовало бы, по крайней мере, сократить вдвое. Рентабельность в реальном секторе не позволит с учетом инфляции обеспечить возврат среднесрочных и долгосрочных кредитов на выгодных для коммерческих банков условиях. Низкая отдача капитала в реальном секторе (увеличение сроков освоения инвестиций, снижение отдачи основных производственных фондов) не будет способствовать привлечению инвестиций даже в условиях низкой инфляции. Кроме того, высокие инвестиционные риски в реальном секторе экономики невозможно устранить без улучшения финансового состояния предприятий и их реформы. Очевидно, что в течение года кардинально улучшить состояние финансов хозяйствующих субъектов и провести успешную реформу предприятий не удастся ни при каких условиях. Надо учесть и то, что большинство предприятий не готовы к приему инвестиций. Имеется в виду привлечение их на принятых во всем мире условиях, когда инвестор требует эффективного освоения средств, финансовой «прозрачности» предприятия, передачи прав по распоряжению имуществом в рамках, адекватных объему выделенных средств, и т.д. Немаловажной причиной вялости инвестиций являются неясные перспективы экономической деятельности в свете принятия новых законодательных актов. И, наконец, надежды, что прогнозируемый рост реальных доходов населения вызовет оживление хозяйственной деятельности национальной экономики, на мой взгляд, иллюзорны, т.к. спрос в основной части будет предъявлен на товары импортного производства.

            С учетом потрясений мировых финансовых рынков и угрожающей стагнации российского фондового рынка в конце 1997 г. такой источник, как средства иностранных инвесторов, в 1998 г. не сможет удовлетворить инвестиционный «голод». Достаточно эфемерны и надежды на собственные средства предприятий с учетом тяжелого финансового состояния последних. Учитывая, что объем инвестиционной программы по всем источникам финансирования оценивается в 440 млрд.руб., а Правительство выделяет на 1998 г. лишь 17, то наиболее вероятным представляется сохранение в инвестиционной сфере в 1998 г. тех же тенденций, что и в минувшем, т.е. сокращение инвестиций в основной капитал.

            -Что же в этой ситуации может и должно предпринять Правительство ?

            -Шансы на реальное экономическое оздоровление может дать только комплексная, активная, целенаправленная политика, в рамках которой были бы предприняты согласованные действия федерального Правительства, Центробанка, органов власти субъектов Федерации и, конечно, основной части хозяйствующих субъектов - предприятий и банков. Тон, безусловно, должны задать государственные органы. Их задача не только определить оптимальные правила игры и создать для нее условия, но и рискнуть начать ее. На мой взгляд, позиция лишь беспристрастного «судьи на поле», пропагандируемая Правительством еще пару лет назад, доказала полную несостоятельность. Пассивное созерцание, желание уйти от ответственности и ждать, когда «невидимая рука» рынка начнет раскручивать инвестиционный процесс, в нынешних обстоятельствах не может привести ни к чему, кроме углубления стагнационных процессов. Самоустранение государства из инвестиционного процесса неприемлемо. Примеров же неисполнения государством взятых на себя скромных инвестиционных обязательств более, чем достаточно.

            Когда государство оказывается ненадежным партнером, странно слышать от его представителей призывы к банкам кредитовать во что бы то ни стало производство. В рыночной экономике капиталы подчиняются не директивам, а интересам. Особых же интересов инвестировать в реальный сектор экономики сейчас маловато - ведь не вся российская промышленность состоит из мини-пекарен, требующих мини-вложений почти с мгновенной отдачей. Члены Ассоциации «Россия», много лет занимающиеся работой именно с промышленными предприятиями, могут это подтвердить.

            Между тем сохранение банков, как я уже говорил, имеющих развитую клиентскую сеть среди предприятий и знающих специфику инвестирования в основной капитал, представляется важной задачей, если исходить из цели оживления и перехода к экономическому росту. Кредитные организации выступают также опорными точками и социального каркаса общества. Они - залог уверенности клиентов - предприятий и населения. От того, в каком качестве будут сохранены банки (имея в виду направления их деятельности), будет зависеть и характер социально-экономической структуры общества. Если в качестве спекулятивных организаций, как инструменты «голой» денежно-кредитной, монетарной политики, то и структура экономики будет перекошена в сторону спекулятивного, большей частью фиктивного, а не реального капитала. Выбор этот должен произойти не стихийно, а сознательно, в рамках проводимой государством экономической политики и не ограничиваться мерами Центробанка по поддержке банков.

            Одновременно нужно активизировать собственно промышленную и структурную политики (включая государственные капвложения, индексацию оборотных средств предприятий, активную амортизационную и инновационную политику), которые в последние годы лишь декларируются, но не выполняются со ссылкой на нехватку средств у государства.

            Что касается нехватки средств, то, действительно, при нынешней постановке вопроса они никогда и не смогут появиться, непродуманные действия по удушению производства приводят к его сокращению. Уменьшается налоговая база, снижаются государственные доходы. Сокращение государственных инвестиций оказывает отрицательное влияние на общую инвестиционную активность. Происходит еще большее падение производства и т.д. Стремление свести бюджетную политику к минимизации расходов, когда оно осуществляется который год подряд и любой ценой, абсурдно. Желание иметь минимальный дефицит пока приводит к минимальному бюджету. Государство оказывается неспособным выполнять основные функции. Российские монетаристы, по иронии судьбы, оказались близки к реализации марксовой мечты об «отмирании государства».

            -Каковы же, по Вашему мнению, необходимые меры для активизации инвестиционного процесса ?

-Они известны, но почему-то не используются. Это - стимулирование привлечения средств населения в инвестиционные проекты (меры по компенсации вкладов в Сбербанке, предоставление вкладчикам надежных гарантий). Ведь в «чулках» у населения десятки млрд. долларов. Если основываться на данных Госкомстата, обнаружим, что только за январь-февраль 1998 г. население России приобрело официальным путем иностранной валюты более чем на 35 млрд. деноминированных руб., что более чем вдвое превышает годовые объемы Бюджета развития! Если население поверит в банки, которые могут предоставить надежные гарантии сохранности вкладов и удачно трансформировать их в эффективные инвестиции в национальную экономику, то, без сомнения, приток средств в банковскую систему увеличится. Далее - поощрение инвестиционной деятельности банков (дифференцированные нормативы), расширение объемов средств Бюджета развития и государственных гарантий, налоговые льготы для инвестиций в реальный сектор. Необходимо принятие следующих законодательных актов: -Налогового кодекса или пакета налоговых законов (предусматривающих льготное налогообложение средств, идущих на инвестиции, отказ от намерений налогообложения активов банков); - закона о гарантиях вкладов населения; - закона об иностранных инвестициях; - закона об ипотеке.

            Ситуация слишком серьезна. Если в ближайшие год-два не удастся создать и запустить нормальный инвестиционный механизм, то неизбежное массовое выбытие из-за старения основных фондов практически во всех отраслях экономики приведет к реальной деиндустриализации (не падению производства, а ликвидации производственных мощностей как таковых), последствия чего вряд ли можно даже предвидеть. Ответом должна стать консолидация усилий по прекращению инвестиционного спада.

            Осознавая масштабы угрозы и степень ответственности, Ассоциация будет по мере возможностей делать все, что может пойти на пользу оживлению инвестиций. Мы намерены активнее работать с представителями государственной власти и управления, выступать сообща с предпринимателями и банкирами, привлекать иностранных инвесторов. Наша цель - содействовать формированию «инвестиционного сознания», которое могло бы быть материальным стержнем общенациональной идеи развития на пороге XXI века. Ведь только инвестиции способны вывести Россию на путь развития.

 

Банк реконструкции и развития

 

А.В. Мурычев

(Банковское дело в Москве (журнал) № 10 (46) октябрь 1998 г., интервью, стр. 18-19)

 

            - Поясните причины, побудившие материализовать идею создания банка развития.

            -Когда наша страна осуществляла вхождение в рынок, процессы приватизации предприятий реального сектора экономики и банковской системы осуществлялись разрозненно. Это привело к ликвидации единой расчетной системы. Далее стали открываться спекулятивные финансовые рынки с большим уровнем доходности, чем обеспечивала работа с промышленными предприятиями. И за последние годы мы имели массовый отток средств, в том числе оборотных средств предприятий, на эти рынки.

            Все бюджеты развития, принимавшиеся ранее, не выполнялись. Но даже небольшие суммы, направляемые по назначению, не давали эффекта - средства распределялись через уполномоченные коммерческие банки и рассматривались ими как источник своего дохода, который складывался безотносительно к эффективности работы предприятий-адресатов средств.

            Поэтому битва за эти средства была серьезная. Банки, приблизившиеся к власти, начали значительно увеличивать свой капитал и, фактически, финансовая мощь, которой государство владело ранее, перешла к ограниченному кругу московских банков. Они превратились в финансово-промышленных монстров, обслуживающих, кредитующих промышленные предприятия. А когда последние денег возвратить не могли, то буквально за бесценок скупались этими же банками. Предприятия оказались не только без оборотных ресурсов, но и без возможности влиять на технологическую и промышленную политику.

            Августовские события нынешнего года лишили большинство этих монстров финансового стрежня, формировавшегося за счет западных кредитов, финансовых рынков, межбанковских кредитов, оборотных ресурсов предприятий. Промышленные предприятия обанкротились в целом по стране. Это системный кризис не только банковской системы, но и всего промышленного производства.

            Ситуация осложнилась еще и тем, что с 17 августа средства населения как возможный инвестиционный источник для вложения в долгосрочные инвестиции потеряны. Невелика вероятность получения внешних заимствований. Государство на сегодняшний день, по сути, осталось один на один с проблемой отечественного производства.

            -И что можно сделать в такой непростой ситуации ?

            -Касаясь интересов государства, мы должны прежде всего говорить о его экономических интересах. Сейчас необходимо мобилизовать все внутренние ресурсы на оживление отечественного производства. Необходимо определиться с приоритетными государственными программами. На наш взгляд, речь должна идти о таких отраслях народного хозяйства, как военная, космическая и авиационная. Также необходимо определить программы, которые могли бы быть задействованы в кратчайшее время - это программы, связанные с расширением участия государства в развитии и обновлении технологий в пищевой и перерабатывающей промышленности. Главное сейчас - создание условий для производства и увеличение объема импортозамещающей продукции. Таким образом мы смогли бы буквально в кратчайшие сроки стать менее зависимыми от Запада.

            -Идея проста и не нова. Но как ее достичь ?

-Ассоциация поддерживает намерения Правительства по созданию государственного инвестиционного банка, предложенное название ему - Государственный Банк Реконструкции и Развития.

            В данной структуре должна быть совершенно новая технология работы. Нам представляется, что это должен быть государственный банк с жесткой вертикальной структурой. Ему необходимо иметь головной офис в столице и широкую сеть своих отделений в Российской Федерации: банк должен учитывать как интересы отраслевого уровня, так и интересы регионов.

            Преимущества подобного банка очевидны: концентрация ресурсов, централизованное их доведение до потребителя, контроль за целевым использованием, вплоть до выпуска определенной продукции, создания технологий или ввода в строй цехов.

            На наш взгляд, этот банк должен работать на средствах государства и выдавать кредиты беспроцентно. А получение прибыли и возврат кредитов, выданных предприятиям или отраслям народного хозяйства, планируется за счет дохода или от самого продукта, от ввода технологии или от реализации созданных услуг.

            -За счет каких ресурсов данная структура может быть сформирована ?

-Это уже вторая часть разговора. Первая заключается в том, чтобы принять принципиальное решение о необходимости данного банка. Далее стоит определиться с тем, где будет голова, а где все остальное. Мы считаем, что головной конторой должен стать Промстройбанк России: там имеются квалифицированные кадры, крепкая материально-техническая база; он хорошо известен за рубежом, располагает широкой сетью представительств. Да и вся история этого банка тесно связана с капитальным кредитованием.

            Региональным отделением, я считаю, мог бы стать любой региональный банк, отвечающий следующим условиям:

            квалифицированный персонал, способный проводить экспертную оценку, грамотно консультировать и контролировать воплощение проектов, а также сформировать проектно-сметную документацию;

            внедренные технологии и широкая филиальная сеть;

            многочисленная промышленная клиентура и наличие опыта работы с ней.

            Некоторые банки - члены Ассоциации «Россия» могли бы быть востребованы под эту программу.

            Похоже, что в Банке России поддерживают эту идею, но там пока не прорабатывались варианты ее воплощения в жизнь.

            -Какова сейчас ситуация в регионах, в каком состоянии там банки и клиентура ?

            -Несмотря на всю сложность и противоречивость финансовой ситуации, настолько сильно как столицу, кризис региональные банки не задел. Хотя его волны, конечно, дошли. Наши банки сильно пострадали от мощного оттока средств населения. По некоторым банкам отток достигал 25 % от всех привлеченных средств. Сейчас по региональным банкам наблюдается следующая картина: отсутствует приток средств, усугубляемый тем, что московские банки не пропускают платежи, клиенты приостановили всякие расчеты, а некоторые уходят, боясь потерять деньги. Плюс к этому массовый отток за счет вкладов населения. Но уже появилась и радостная тенденция: паника прошла, а некоторые резервы остались. И если Центральный банк окажет финансовую помощь тем, кто стабильно работал до 17 августа, они смогут преодолеть сложившиеся трудности.

            Региональные банки в нормальном, рабочем состоянии. В некоторых регионах они единственные, осуществляющие платежи, работающие с клиентами.

            -Создание государственного банка развития - всего лишь одна из новаций. А что, на ваш взгляд, должно в будущем произойти в банковской системе страны, о реформировании которой ведется много разговоров в последнее время ?

            -Я бы разделил проблемы московских банков и проблемы региональных банков. Что касается средних и мелких московских банков, то они по сравнению с остальными не так уж и сильно пострадали в результате кризиса. Куда тяжелее оказались последствия для крупных московских банков. Я знаю, что Центральный банк намеревается выделить в особую категорию четыре очень крупных банка. И им оказать помощь, поскольку крах этих банков влечет за собой опасность системного кризиса. Мы согласны с тем, что это правильный ход. Однако зона наших интересов - регионы.

            Существует деление на крупные, средние и мелкие банки. Но я бы выделил региональные банки в особую категорию. В регионе меньше денег, меньше концентрация населения, но это не значит, что меньше вкладчиков. В силу ряда причин у вкладчиков суммы невелики, поэтому эти банки не попадают под понятие «системообразующие». Но от этого они не менее важны. И, как нам кажется, здесь стоит говорить о «социально-значимых» банках.

            Мы одобряем идею, предложенную Андреем Козловым, о поддержке трех-четырех региональных банков, которые в каждом регионе должны определяться совместно с руководителями регионов и областей. Если оказывать финансовую поддержку, то надо определиться с ее адресатом. В условиях ограниченности средств это очень разумно.

            Также существуют банки, которые работают в районах или городах областного подчинения и обслуживают градообразующие предприятия. Сейчас помимо них в некоторых районах не существует других кредитных учреждений, способных восполнить пробел, который неминуемо возникнет, если эти банки сойдут со сцены. Поддержка этого регионального аспекта необходима для сохранения платежной системы страны, разрушение которой недопустимо.

 

Госгарантии и уполномоченные б                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                едется работа в этих кредитных учреждениях ?

            -Наши банки, работающие в регионах, занимаются кредитованием конкретных предприятий и работой с населением. Кредитный портфель некоторых из них составляет до 90 % всех активных операций, а если брать в среднем - это свыше 50 процентов. После Сбербанка по уровню удельного веса договоров, заключенных с населением, промстройбанки идут вторыми. Работа на фондовом рынке и валютные операции по сравнению с московскими банками в процентном отношении невелики.

            -Чем отличаются региональные банки от московских ?

            -Наши региональные банки в меньшей степени пострадали от кризиса. Во-первых, они достаточно далеки от московской тусовки и соблазна поиграть на форвардах, фьючерсах, на межбанковском рынке у них практически не было. Во-вторых, было маловато ресурсов, чтобы пускать их на спекулятивные рынки, поскольку учредители и клиенты наших банков - сами промышленные предприятия, а их на сегодняшний день десятки тысяч, практически лишены оборотных ресурсов.

            -Вы считаете положение региональных банков удовлетворительным ?

            -Нет, я считаю, что если сегодняшняя ситуация в российской банковской системе будет дрейфовать дальше, то нас ждет вторая волна кризиса, теперь уже регионального. Мы приветствуем перенос центра тяжести на строительство новой банковской системы с уклоном в региональный аспект. Но фактически жизнь банков не улучшается, поскольку не принимается адекватных решений по поддержке банковской системы. Нет ресурсов. Правительство по понятным причинам играет пассивную роль в плане развития банковской системы и занято решением проблем с внешними долгами, заимствованиями и прочими бюджетными проблемами. Вся беда в том, что в последнем бюджете не запланировано ни копейки на реструктуризацию банковской системы. Приходится искать какие-то внебюджетные источники доходов. Многие банки приняли собственную программу оздоровления, достаточно сложную, и Центробанк мог бы погибче относиться к этим кредитным учреждениям, но пока этого не происходит. Восемь наших банков формально заручились поддержкой Центробанка в виде стабилизационных кредитов, но не получили их фактически. Некоторым банкам кредиты предоставлялись под залог ГКО, но до сих пор нет процедуры и технологии обращения этих бумаг на вторичном рынке. Одна из заявленных мер Центробанка по поддержке банковской системы - стабилизационный кредит под 60 % годовых - является нелогичной. Зарабатывать сейчас на этих ресурсах банки просто не в состоянии - не на чем. С другой стороны, у них нет права пускать эти деньги в оборот, так как кредиты считаются стабилизационными. Кредиты по ставке рефинансирования приводят к увеличению убытков, что по сути противоречит идее стабилизационного кредита. Центробанк можно покритиковать за вялую деятельность по санированию банковской системы; нельзя же все время находиться в состоянии ожидания решения макроэкономических проблем, надо думать и о сегодняшнем дне.

            -Как Вы считаете, рынок ГКО оживит деятельность банков ?

            -Пока первые торги показали, что все не так просто. Итог в 1 млн.рублей смеху подобен. Однако если сейчас не будут подтянуты финансовый и фондовый рыноки, то усилится давление на курс рубля.

            -Значит, остается уповать на кредит МВФ ?

            -Философия ожидания кредита заразна, она, собственно, и привела нас к сегодняшней жизни. Я бы взял за основу уличный транспарант, который гласит: «Кроме нас самих, нам никто не поможет». Поэтому даже самые малые крохи инвестиций надо бросать на оживление отечественного производства, закладывая тем самым фундамент расширения налогооблагаемой базы. Завтрашний день произрастает из сегодняшнего, и чудес никак не произойдет.

            -У Ассоциации есть собственные идеи по оживлению отечественного производства ?

            -Мы были инициаторами создания Российского банка развития, который должен аккумулировать ресурсы, прежде всего бюджетные, и направлять их на продвижение собственного производства. Идея была предложена в 1996 году и только сейчас получила поддержку в Правительстве. Коммерческие банки или финансовые структуры трудно убедить в необходимости соблюдения государственных интересов, уж слишком высок риск потерять собственные частные деньги. На сегодняшний день психологическая борьба завершается победой государства. Государственные инвестиционные банки существуют в Корее, Японии и других странах. Определяются приоритетные отрасли развития, программы для оживления того или иного производства, и средства под 100-процентным государственным оком целевым образом направляются по назначению. Распределение денег через  систему уполномоченных банков привела только к дележу государственного бюджетного пирога. Минфин выделял уполномоченному банку кредит под 10 % годовых, банк имел 3-процентную маржу, а контроль за конечным результатом был невозможен, поскольку в процессе участвовала масса субподрядчиков. Контроль на каждой стадии должен осуществляться банком с государственными функциями, начиная с выделения этих целевых кредитов, заканчивая приемом профинансированного объекта. Однако остается проблема, где взять ресурсы. Без средств населения стране не обойтись.

            -Памятуя горький опыт, население предпочитает держаться от банков подальше...

            -Не надо распространять концепцию привлечения денежных средств на все коммерческие банки. Через государственные институты, средства массовой информации (прежде всего телевидение) нужно доказать, что шанс у страны есть. Следует продвигать идею оживления собственного производства, его роста, доказывать, что это единственный путь нашей экономической безопасности. Если есть деньги у населения и имеется целевая государственная программа, то стоит предложить государственный промышленный заем как в валюте, так и рублях. Я думаю, народ понесет деньги на конкретное строительство комбината в своей области или крае.

            -У Правительства есть какая-то конкретная инвестиционная программа развития, обозначены конкретные объекты ?

            -На сегодняшний день есть намерение Правительства создать Банк развития, выбраны направления деятельности, принципы функционирования, цели, задачи, есть ориентация на отрасли, которые надо оживлять, ведутся поиски источников финансирования.

            -Народу в патриотизме не откажешь. Однако даже при вялом упоминании о возможности вывода доллара с российского рынка народ готов схватиться за вилы.

            -Никто не собирается выводить доллар с российского рынка, сумасшедших в Центробанке нет, тем более что доллар - единственный денежный эталон в нынешних условиях. Надо силами и средствами государственного аппарата ужесточать валютный контроль, чтобы деньги не уплывали за рубеж, а бороться с населением - дело безнадежное.

            -Предположим, что Российский банк развития со 100-процентной государственной гарантией работает, а банковский чиновник, который отвечает за конкретный результат, ошибся. В нашей стране нет уголовного наказания за неправильно израсходованные деньги. У нас даже не было прецедентов наказания лиц, использовавших государственные интересы в целях собственного обогащения...

            -Да. Вселенское всепрощенчество настораживает. Слабость государственного управления очень сильно отражается на экономике.

            -Как вы рассматриваете процесс так называемой нелегальной реструктуризации банков ? Многим крупным банкам выгодно объявить себя банкротом и перекачать ликвидные активы в «дружественный» банк.

            -Если рассматривать разные концепции реструктуризации банков, то в одном из последних вариантов Центробанка РФ такая схема фигурировала на вполне законных основаниях - один банк, две площадки. Существуют старый и новый банки, перелив активов в новый банк вполне логичен, ведь надо каким-то образом спасать работающие активы. Если это позволяется законодательством, то не будем рассуждать о нравственности и морали, хотя я считаю, что такое явление будет продолжаться до первого судебного разбирательства.

            -А как же доверие к российской банковской системе в мире, или оно потеряно навсегда ?

            -Время лучший лекарь. Россия - не маленькая страна в центре Африки, а великая держава, с которой будут рассматриваться различные компромиссные варианты сотрудничества.

 

Бюджетный федерализм и банковская система

 

(Выступление А.В. Мурычева в Государственной Думе 16.03.99 г.

Вестник банковского дела (журнал) № 4 апрель 1999 г., стр 30-32)

 

Гармонизация отношений внутри Федерации обязательно предполагает наличие нормально работающего по единым правилам и нормам экономического механизма. Целостность и единство такого механизма основано на возможностях свободного перемещения в его границах всех факторов производства, товаров, рабочей силы и капиталов. При этом само собой подразумевается наличие единого средства платежа и единой системы денежных расчетов. Многообразна природа причин наблюдающихся на территории РФ процессов экономической дезинтеграции, хозяйственной автаркии и политического сепаратизма. Однако основной причиной, вероятно, является глубокая деградация экономики, которая лишилась признаков единого народнохозяйственного комплекса и сегментировалась на не связанные между собой группы отраслей и предприятий. Сравнительно небольшая группа экспортоориентированных производств живет по своим законам. Она замкнута на внешний рынок, оперирует с твердой валютой, обслуживается в «своих» банках. Сюда же примыкает сектор финансовых услуг, единичные наиболее технологически продвинутые отрасли, вроде связи и телекоммуникаций. С остальной экономикой России данный сектор связан весьма опосредованно или не связан вовсе. Узок круг этих предприятий и страшно далеки они от народа.

Есть группа отраслей (производство товаров первой необходимости, продуктов питания, ликероводочная промышленность, стройиндустрия и ряд других), продукция которых имеет более или менее устойчивый спрос на внутреннем рынке, как правило, локализованном в рамках одного региона или экономического района. Здесь свои деньги, как правило, «живые» рубли, системы расчетов, расчетные центры. Большинство же предприятий оборонной промышленности, многих базовых отраслей машиностроения, значительной части легкой промышленности стали своеобразными париями российской экономики. Они влачат жалкое существование, здесь не ходят «живые» деньги (ни в виде рублей, ни, тем более, валюты), процветают бартерные системы расчетов. Между тем, значительная часть нашей экономики представлена именно такими предприятиями, на них занято или числится большинство работающего населения, многие из таких предприятий являются градообразующими, и ликвидировать их сейчас означает ликвидировать Россию.

Практически мы имеем дело с одновременным сосуществованием разных технологических укладов. Они были почти всегда в нашей стране. Но с 1992 г. об этом стали забывать. И денежно-кредитная политика, и практика расчетов стали ориентироваться лишь на тот, относительно узкий, сегмент экономики, который может прямо сейчас быть интегрированным в мировое хозяйство. Остальное же воспринималось как «балласт», «тяжелое наследие прошлого». В соответствии с экономической специализацией, преобладанием тех или иных укладов произошла дезинтеграция и субъектов Федерации, и даже отдельных территорий и городов в границах одного субъекта.

Примерно такие же процессы обособления и существования разнонаправленных экономических интересов наблюдаются и в банковском сообществе. Августовский кризис 1998 г. только усугубил эти различия. Была и осталась небольшая, но очень мощная группа практически государственных банков (Сбербанк, Внешторгбанк), а также (хотя и изрядно потрепанные) «олигархические» банки и банки – «уполномоченные» по работе с бюджетными средствами, «отраслевые» банки экспортных производств. Сохранилась и многочисленная группа региональных банков, ухитряющаяся работать с предприятиями реального сектора якобы «неконкурентоспособной» российской экономики. Именно последние и объединены в рамках Ассоциации «Россия», которую я имею честь представлять.

В количественном плане кредитных организаций по-прежнему в России немало. Банки есть, но единой работающей банковской системы нет, межбанковского рынка нет. Национальная валюта есть, но функций полноценных денег на территории страны рубль не выполняет. Он не стал единым платежным средством. В Москве преобладающее средство расчетов и платежей – доллары, Калининграде – марки, Находке – йены, Самаре – рубли, а в некоем Урюпинске – взаимозачеты, векселя и бартер. Привычными стали призывы к созданию «региональных» денег. Какая в этих условиях может быть нормальная налоговая и бюджетная политика? О какой мобилизации инвестиционных ресурсов и переливе капитала может идти речь? Натурализация экономики и феодализация общественных отношений – таковы российские реалии на седьмом году «рыночных» реформ. Между тем очевидно, что излишек временно свободных средств, например, в Москве должен иметь возможность трансформироваться в высокоэффективные инвестиционные проекты в любой точке страны, создавая рабочие места, пополняя местный, региональный и федеральный бюджеты налогами, принося прибыль владельцу этих средств. В нормальной экономике деньги должны постоянно работать. У нас пока денежный оборот нарушен. Деньги после нескольких итераций из легального оборота изымаются, конвертируются в валюту, вывозятся из страны, оседают в «кубышках» или начинают обслуживать теневой оборот, не принося в казну ни копейки, ни цента.

Если говорить о воссоздании, сохранении и развитии единого экономического пространства на территории страны, то надо говорить о воссоздании, сохранении и развитии единой платежной и банковской системы. Без инвестиций в реальный сектор экономики у России нет будущего. Чтобы деньги не выпадали из оборота, а шли целевым порядком именно на инвестиции, нужно формирование специализированного финансового контура. Общие подходы к решению этих задач стали проступать в деятельности действующего Правительства. И продвинутые по сравнению с 1997-1998 гг. законодательные нормы о Бюджете развития и установка на создание специализированного кредитного института – Банка развития свидетельствуют об определенных подвижках. Но реальная работа в этом направлении идет медленно. Воздействие политических амбиций различных группировок, далеких от соображений экономической целесообразности и здравого  смысла, способно превратить создание Российского банка развития в профанацию.

Между тем в стране есть специалисты, готовые довести идею создания такого инвестиционного института до стадии практического воплощения. Есть и банки, и технологии нормального промышленного инвестирования. Именно региональные банки – система бывших промстройбанков – оказались наиболее устойчивыми в условиях августовского кризиса. Было бы логично использовать часть региональных «опорных» банков в качестве «скелета» системы Банка развития. Конечно, не все из имеющегося опыта может быть востребовано в нынешних условиях. Но «изобретение велосипеда» и создание общероссийской инфраструктуры Банка развития на пустом месте, вероятно, будет непосильным делом для государства и излишней тратой времени и ресурсов. Тем более, что времени нет. По мнению Ассоциации, в течение этого года Банк развития должен полностью оформиться в организационном плане и начать обкатку технологий привлечения инвестиций. Ассоциация убеждена, что при наличии политической воли у руководства страны и при грамотно построенной практической деятельности в России возможен запуск в течение 3-5 лет нормально работающей системы мобилизации финансовых ресурсов и трансформации их в эффективные инвестиционные проекты в реальном секторе экономики. Это было бы огромным политическим и экономическим достижением, способствовало бы оздоровлению национальной экономики, гармонизации отношений внутри Федерации, укреплению территориальной целостности страны. Финансовым стержнем этой целостности стала бы единая банковская система, четко структурированная, замыкающая разорванные платежные цепочки в рамках всей страны, специализированная, «прозрачная» и подконтрольная.