Огнестрельное оружие

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 

Огнестрельное оружие в регионе появилось с

приходом русских в середине XVII в. Последние, естественно,

не продавали и не дарили это грозное оружие врагам. Старики-

коряки так описывали первое знакомство чукчей с огнестрель-

ным оружием: Главной причиной их поражения была паника,

наведенная на них огнестрельным оружием. ...Чукчи приняли

выстрелы из ружей за гром небесный и раны от пуль за ранения

от молнии (Беретти 1929: 7; pro: Аргентов 1886: 11; contra: Дио-

нео 1895: 146). При первом столкновении страх внушал и сам

вид противника: русских с блестящим железным вооружением

(Богораз 1900. № 130: 334; ср.: Bush 1872: 428). Однако подоб-

ный эффект мог иметь свое действие лишь при первых столкно-

вениях, позднее противники привыкают к огнестрельному

оружию. А, например, аляскинские эскимосы не боялись ружей,

поскольку за них в бою было удобно хвататься, а затем поражать

противника (Загоскин 1956: 117). Сначала ружья появились у ту-

земных союзников русских, но уже в XVIII в. распространились

у коряков |0. К чукчам же оружие попадало в качестве трофея

или путем обмена с соседями. Естественно, речь идет о ружьях,

пистолеты —нечастое оружие даже у казаков —не использовали,

как и захваченные пушки, поскольку не умели из них стрелять.

Уже в 1689 г. чукчи, захватив русские ружья, стреляли из

них (Вдовин 1965: 111; Зуев 20026: 225; ср.: Михайлова 1996: 190— 191). Однако это было, скорее, исключение из общего правила,

ведь еще в 1741 г. сенатская справка отмечает (КПЦ. № 60: 162),

что у чукчей нет огнестрельного оружия. Однако в 1752 г. чукчи

используют ружье для передачи сигналов тревоги (КПЦ. № 68:

176), возможно, позаимствовав этот обычай от казаков (Ники-

тин 1996: 77). И. Б. Б. де Лессепс (1801. Ч. Н: 115) отмечал, что

чукчи покупали ружья (1788). В первой четверти XIX в. запрет

на продажу чукчам огнестрельного оружия еще существовал

(Шишмарев 1852: 183—84; Литке 1948: 221; Миддендорф 1869.

Отд. 5: 597, примеч. 2), но его особо не соблюдали. Кроме того,

уже в начале 1820-х гг. американцы продавали чукчам ружья

(Гильсен 1849. № 12: 229; Шишмарев 1852: 183-184; Берх 1823а:

17). В 1837 г., согласно договору русского комиссара и чукот-

ского тойона Ятаргына, чукчи получили разрешение на покупку

ружей и свинца, тогда как порохом их должны были снабжать

казенные заводы (Окунь 1935а: 114—15). В 1844г., по замеча-

нию А. Аргентова (1886: 24), чукчам на Анюйской ярмарке про-

давали ружья. Именно во второй половине XIX в. у чукчей рас-

пространяется огнестрельное оружие. Впрочем, ружье использо-

вали нечасто, предпочитали охотиться с традиционным оружи-

ем, поскольку порох и свинец стоили дорого, а достать их не

всегда было возможно. Да и при государственной монополии на

производство вооружения государственные магазины отпускали

порох и свинец по норме (Дитмар 1856: 25, 35; Норденшельд

1936: 322). Особенно долго луки использовались на севере полу-

острова (Народы России. 1874. № 2: 27). Лишь к началу XX в. у

каждого жителя побережья было от одного до трех ружей, глав-

ным образом винчестеров, полученных от американцев, которые

продавали их дешевле, чем в русских магазинах (Акифьев 1904:

64; Толмачев 1911: 103; ср.: Гранстрем 1886: 136; Плавание... 1890.

№ 43: 3; Онацевич 1877: 61; Свердруп 1930: 255), тогда как их

западные сородичи использовали кремневые ружья на сошках

(Богораз 1901: 29; 1991: 91. Рис. 79). Причем колымские чукчи

иногда устраивали соревнования по стрельбе (Дионео 1895: 26).

Приморские чукчи в начале XX в., по мнению русских, были

отличными стрелками, они с берега попадали в голову тюленя с

нескольких десятков саженей (Акифьев 1904: 64; ср.: Горовский

1914: 8), хотя еще в начале XX в. могли охотиться с луком вслед-

ствие его дешевизны и бесшумности.