§241. Охотники, кочевники, воины

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 

Стремительные набеги тюрко-монгольских завоевателейот гуннов (IV

в.) до Тамерлана (1360-1404 гг.)— вдохновлялись мифическим образом пер-

вобытных евразийских охотников: хищник, преследующий дичь в степи.

Скорость передвижения, внезапность вторжения, истребление целых наро-

дов, уничтожение признаков оседлой культуры (городов и деревень) — все

это сближает отряды всадниковгуннов, аваров, тюрков, монголов с обра-

зом стаи волков, преследующих оленей или нападающих на стада пастухов-

кочевников в степи. Разумеется, полководцы хорошо это понимали и исполь-

зовали в своих стратегических и политических целях. Но еще действеннее

было мистическое очарование хищного зверя в облике всадника. Некоторые

алтайские племена помнили о своем прародителеВолке-демиурге (ср.

§10).

Молниеносное разрастание «империи степей» и ее удивительная недолго-

вечность до сих пор остаются загадкой для историков. Действительно, в 374

г. гунны сокрушают остготов на Днестре, подтолкнув тем самым другие гер-

манские племена к массовому переселению, опустошают ряд провинций Рим-

ской империи, начиная с венгерских степей. Аттиле удается подчинить себе

обширные пространства Центральной Европы; однако после его смерти в 453

г. раздробленные и рассеянные гунны навсегда сходят с исторической сцены.

Так же и огромная Монгольская империя, за двадцать лет (1206-1227) соз-

данная Чингисханом и расширенная его наследниками (до Восточной Европы

после 1241 г., до Персии, Ирака и Анатолиипосле 1258 г., до Китаяк

1279 г.), приходит в упадок после неудачного похода на Японию (1281). Счи-

тавший себя преемником Чингисхана монгол Тамерлан был последним вели-

ким завоевателем, исповедующим культ «хищника»*1.

Впрочем, все эти «варвары», нахлынувшие из степных просторов Цен-

тральной Азии, не оставили без внимания культурно-религиозные достиже-

ния цивилизованных народов. Ниже мы покажем читателю, что их предки

доисторические охотники и скотоводы-кочевникитоже пользовались дос-

тижениями народов, проживавших в разных районахЮжной Азии.

Народности, говорившие на алтайских языках, заселяли громадную тер-

риторию: Сибирь, Приволжский регион, Центральную Азию, Северный и

Северо-Восточный Китай, Монголию, Турцию. Выделяются три главные

ветви этих народов: 1) общетюркская (уйгуры, чага-таи), монгольская (кал-

мыки, монголы, буряты) и 3) тунгусо-маньчжурская1. Первоначально эти

народы населяли, по-видимому, степи вокруг Алтайских и Саянских гор,

районы между Тибетом и Китаем вплоть до сибирской тайги на севере. Ал-

тайские и финно-угорские народности занимались охотой и рыболовством в

северных районах, кочевым скотоводством в Центральной Азии и в мень-

шей степениземледелием в южных районах своего обитания.

Еще с доисторических времен северные районы Евразии испытывали

влияние культуры, технологии и религиозных идей, приходивших к ним с

юга. Оленеводство было подсказано им одомашниванием лошади, заимство-

ванным у степных народов. Благодаря появлению доисторических центров

торговли (например, Олений остров на Онежском озере) и выплавки железа

(Пермь), укреплялись культурные связи сибирских народов*2. Народы Цен-

тральной и Северной Азии впоследствии ассимилировали религиозные идеи

месопотамско-го, иранского, китайского, индийского, тибетского (ламаизм),

христианского (несторианство), манихейского происхождения, которые до-

полнялись влиянием ислама и, с недавнего времени, русского православия.

Следует, однако, отметить, что все эти заимствования не всегда могли ради-

кально преобразить давно сформировавшиеся религиозные системы. Неко-

торые верования и обычаи, практиковавшиеся охотниками в период палео-

лита, все еще живы в северных районах Евразии. В ряде случаев древние

мифы и архаические религиозные обряды сохранились в народе под одежда-

ми ламаизма, мусульманства или христианства2. Это означает, что, несмот-

ря на существующий

синкретизм, можно выделить некоторые типические понятия: небесный бог

властитель над людьми, доминирующий тип космогонии, мистические

связи с культом животных, шаманизм. Тем не менее, наибольший интерес

религии Центральной и Северной Азии представляют именно из-за их син-

кретической структуры.