1. Утрата себя и утрата мира в состоянии отчуждения

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 
170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 
187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 
204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 

Человек обретает себя (вместе со своим миром) в экзистенциальном от-

чуждении, безверии, hubris и вожделении. Каждое выражение состояния

отчуждения противоречит сущностному бытию человека и содержащейся в

нем потенции добра. Отчуждение противостоит тварной структуре самого

человека, его мира и их взаимозависимости. А самопротиворечие ведет к

саморазрушению. Те элементы сущностного бытия, которые про-

тиводействуют друг другу, стремятся уничтожить как друг друга, так и то

целое, которому они принадлежат. Разрушение в условиях экзистенци-

ального отчуждения вызвано не какой-то внешней силой. Оно является не

результатом особого божественного или демонического вмешательства, но

следствием структуры самого по себе отчуждения. Эту структуру можно

описать при помощи того с виду парадоксального понятия «структура

деструкции», которым указывается на тот факт, что разрушение не имеет

независимого положения в совокупной реальности, но зависит от структуры

того, в чем и на что оно действует разрушительно. Здесь, как и повсюду в

совокупности бытия, небытие зависит от бытия, негативное - от

позитивного, смертьот жизни. Следовательно, даже и разрушение имеет

свои структуры. Оно «нацелено» на хаос, однако до тех пор пока хаос еще не

достигнут, разрушение должно следовать за структурами целостности. Но

если хаос достигается, и то и другоеи структура, и разрушениеисчезают.

Как было показано выше, базисная структура конечного бытияэто

полярность «я» и мира. Эта полярность осуществлена лишь в человеке. Лишь

человек обладает как полностью центрированным «я», так и струк-

турированным универсумом, которому он принадлежит и на который он в то

же время может смотреть. Все остальные сущие в нашем опыте центрированы

лишь отчасти и потому привязаны к своей среде. Человек тоже обладает своей

средой, но обладает он ею как частью своего мира. Он может

трансцендировать ее каждым своим произносимым словоми он ее

трансцендирует. Он свободен сделать свой мир объектом рассмотрения, но

он же свободен сделать объектом рассмотрения и самого себя. В этой

ситуации конечной свободы он может утратить и себя, и свой мир, причем

утрата одного неизбежно включает в себя утрату и другого. Такова базисная

«структура деструкции», и она включает в себя все остальные. Анализ этой

структурыпервый шаг к пониманию того, что зачастую описывается как

«зло».

Термин «зло» может быть использован как в более широком, так и в более

узком смысле. Более широкий смысл обнимает собой все негативное и

включает как разрушение, так и отчуждениеэкзистенциальную

бедственность человека во всех ее качествах. Если взять это слово именно в

таком смысле, то грех предстанет еще одним злом наряду с другими. Его

иногда называют «нравственным злом», то есть отрицанием нравственно

доброго. Одной из причин употребления термина «зло» в этом более

широком смысле является тот факт, что грех может проявлять себя в обеих

функциях, то есть и как причина саморазрушения, и как элемент

саморазрушения (когда, например, саморазрушение означает умножившийся

грех как результат греха). Говоря классическим языком, Бог наказывает грех

тем, что ввергает грешника в еще больший грех. В этом случае грех является

одновременно и причиной зла, и самим злом. Стоило бы всегда помнить, что

даже и в этом случае грех является злом в силу его саморазрушительных

последствий.

В свете вышесказанного было бы уместнее использовать это слово в более

узком смысле, то есть для обозначения следствий состояния греха и

отчуждения. В этом случае можно отделить учение о зле от учения о грехе.

Именно в таком смысле это слово и будет использоваться в следующих

разделах. Именно поэтому учение о зле следует за тем учением о грехе,

которое было обозначено в предыдущих главах. Это дает нам до-

полнительное преимущество прояснить те понятия, которые имеют от-

ношение к проблеме теодицеи. На вопрос о том, как любящий и всемогущий

Бог может допускать зло, невозможно ответить в терминах заданного именно

так вопроса. Прежде следует настоять на том, чтобы был дан ответ на вопрос:

«Как он мог допустить грех?», причем ответ на него должен быть дан в тот же

миг, когда вопрос этот задан. Не допускать греха значило бы не допускать

свободы; это было бы отрицанием самой природы человека, его конечной

свободы. Только после этого ответа и можно описывать зло как ту структуру

саморазрушения, которая имплицитно заключена в природе универсального

отчуждения.Утрата себя как первая и основная примета злаэто утрата

своего детерминирующего центра; это распад центрированного «я» под

влиянием тех разрушительных импульсов, которые не могут быть приведены

в единство. Пока эти импульсы центрированы, они составляют личность как

целостность. Если же они противостоят друг другу, то они расщепляют

личность. Чем дальше заходит этот разлад, тем большей становится угроза

бытию человека как такового. Центрированное «я» человека может

расколоться, а с утратой себя человек утрачивает и свой мир.

Утрата себяэто утрата своего детерминирующего центра, распад

единства личности. Это проявляется и в нравственных конфликтах, и в

психопатологических расстройствахнезависимо или взаимозависимо.

Ужасающий опыт «распадения на части» овладевает личностью. В той

степени, в какой это происходит, распадается на части и мир личности. Он

перестает быть миром в качестве осмысленного целого. Вещи уже ничего не

говорят человеку: они утрачивают свою силу вступать с человеком в

осмысленный контакт, потому что силу эту утратил сам человек. В

экстремальных случаях даже ощущается полная нереальность собственного

мира: не остается ничего, кроме осознания своего собственного густого «я»

Такие опыты экстремальны, но именно экстремальные ситуации

раскрывают возможности ситуаций обыденных. Возможности распада

всегда наличествуют в человеке как в полной мере центрированном сущем.

Он не может считать свою центрированность гарантированной. Это

форма, но отнюдь не пустая форма. Она актуальна лишь в единстве с ее

содержанием. Форма центрированности наделяет «я» тем центром, который

нужен личности для того, чтобы быть тем, чем она есть. Не существует ни

пустого «я», ни чистой субъектности. Контролируемое hubris и вожделением,

«я» может приблизиться к состоянию распада. Попытка конечного «я» стать

центром всего постепенно приводит к тому, что оно перестает быть центром

чего бы то ни было. Под угрозой оказываются как «я», так и мир. Человек

становится ограниченным «я», зависимым от ограниченной среды. Он

утратил свой мир; для него осталась только его среда.

Этот факт включает в себя фундаментально-критическое отношение к

теориям влияния среды на человека. Они утверждают такое воззрение на

сущностную природу человека, которое актуально описывает экзис-

тенциальное отчуждение человека от его сущностной природы. Человек

сущностно обладает миром потому, что он обладает в полной мере цент-

рированным «я». Он способен трансцендировать любую данную среду в

направлении своего мира. И только утрата своего мира порабощает его

той среде, которая реально не является его средой, то есть результатом

созидательной встречи с его миром, представленным частью этого мира.

Истинная среда человека - универсум, а каждая особая среда квалифи-

цируется как часть универсума. Только в отчуждении человек может быть

описан как чистый объект влияния среды.