2. Логический и онтологический объект

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 
170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 
187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 
204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 

Полярностья-мирявляется основой субъект-объектной

структуры разума. Было невозможно (разве что предварительно) обсуждать

эту структуру в первой частидо того, как была обсуждена полярностья-

мир“. Теперь же нам следует объяснить отношение между полярностьюя-

мири субъект-объектной структурой.

Мы описывали мир как структурированное целое и назвали эту

структуруобъективным разумом“. Мы описывалиякак структуру

центрированности и назвали эту структурусубъективным разумом“. Мы

постулировали, что структуры эти друг другу соответствуют, хотя никакой

специальной интерпретации этому соответствию мы не давали. Разум делает

я““я“, то есть центрированной структурой; разум делает мир миром, то есть

структурированным целым. Без разума, без логоса бытия, бытие было бы

хаосом, то есть оно было бы не бытием, но только возможностью бытия (mе

on). Но там, где существует разум, существуютяи мир в их

взаимозависимости. Той функциейя“, в которой оно актуализирует свою

рациональную структуру, является сознание, носитель субъективного разума.

Если посмотреть на мир сознанием, то мир будет реальностью, носителем

объективного разума.

Терминысубъектиобъектимеют долгую историю, за время

которой их значения практически поменялись местами. Изначально

субъективным считалось то, что обладает независимым бытием, собственной

ипостасью. Объективным считалось то, что существует в сознании в качестве

его содержания. А теперь, в особенности под влиянием великих английских

эмпириков, считается, что объективным бытием обладает то, что реально, а

бытием субъективным обладает то, что существует в сознании. Мы должны

следовать настоящей терминологии, но мы должны выйти за ее пределы.

В сфере познания все, на что направлен познавательный акт,

считается объектом, будьте Бог или камень, человеческая личность или

математическое определение. В логическом смысле все, к чему может быть

применен предикат, тем самым уже является объектом. Теолог не может

избежать того, чтобы сделать объектом Бога (в логическом смысле этого

слова) подобно тому, как любящий не может избежать того, чтобы превратить

любимого в объект познания и действия. Опасность логической объективации

состоит в том, что она никогда не бывает чисто логической, но несет в себе

онтологические предпосылки и импликации. Если поместить Бога в субъект-

объектную структуру бытия, то он перестанет быть основанием бытия и

станет одним из сущих среди других (и, прежде всего, сущим вне того

субъекта, который взирает на него как на объект). Он перестанет быть тем

Богом, который является Богом реально. Религия и теология осознают

опасность религиозной объективации. Они пытаются избежать имплицитно

присущего этой ситуации непреднамеренного кощунства и делают это

несколькими способами. Профетическая религия отрицает возможность

видетьБога, поскольку зрениеэто самое объективирующее из чувств.

Если и существует познание Бога, то именно Бог познает себя через человека.

Бог остается субъектом даже и в том случае, если он становится логическим

объектом (см. I Кор., 13:12)4*.

Мистицизм пытается преодолеть объективирующую схему посредством

экстатического единения человека и Бога, которое аналогично тому

любовному единению, где- все устремлено к тому моменту, когда

различие между любящим и любимым исчезнет. Теология всегда должна

помнить, что, говоря о Боге, она делает объектом то, что предшествует

субъект-объектной структуре и что, следовательно, в свои рассуждения о

Боге она должна включать и признание того, что она не может сделать

Бога объектом.

Но существует еще и третий смысл, в котором используется

объективирующая схема. Делать что-то объектом может означать то, что

его при этом лишают субъектных элементов, делая его чем-то таким, что

является лишь объектом и ничем кроме объекта. Такой объект является

вещью (по-немецки Ding) — чем-то таким, что при этом еще и bedingt

(“обусловлено“). Слововещьнеобязательно обладает такой

коннотацией; им может быть обозначено все, что существует. Однако

нашему лингвистическому чувству претит называтьвещами

человеческие сущие. Они больше, нежели вещи, и больше, нежели просто

объекты. Каждое из них - этояи, следовательно, носитель субъектности.

Как метафизические теории, так и те общественные институты, в которых

каждоеятрансформируется в вещь, противоречат истине и справедливости

постольку, поскольку они противоречат базисной онтологической структуре

бытиятой полярностия-мир“, в которой соучаствует каждое сущее в

разной степени приближения или к одному, или к другому полюсу.

Достигшая полноты своего развития человеческая личность представляет

собой один полюс, механическое орудиедругой. Терминвещьболее

адекватно применим к орудию. Оно почти лишено субъектности, хотя и не

совсем полностью. Те элементы, из которых оно состоит, взяты из

неорганической природы и обладают такими уникальными структурами,

которые невозможно проигнорировать. Да и само орудие обладает (или могло

бы обладать) той художественной формой, в которой зримо выражено его

предназначение. Даже и те орудия, которыми мы пользуемся ежедневно,

являются большим, чем просто вещами. Все сопротивляется року быть

воспринимаемым и используемым в качестве простовещив качестве того

объекта, у которого нет субъектности. Именно поэтому онтология не может

начинать с вещей и пытаться выводить из них структуру реальности. То, что

полностью обусловлено; то, что не имеет ни самости, ни субъектности, не

может объяснять ния“, ни субъект. Всякий, кто бы ни пытался сделать это,

должен будет тайком внедрить в природу объектности ту самую

субъектность, которую он хочет вывести из объектности.

Согласно Пармениду, базовая онтологическая структураэто не

бытие, но единство бытия и словатот логос, которым оно овладевается.

Субъектность - это не эпифеномен, не производная кажимость. Это

изначальный феномен, хотя и существующий только и всегда в полярном

соотношении с объектностью. Способ, которым современный натурализм

дезавуировал свойственные ему прежде редукционистские методы (когда,

например, все сводилось к физическим объектам и их движению),

предполагает все более глубокое понимание невозможности выводить

субъектность из объектности. В практической сфере повсеместное

сопротивление объективирующим тенденциям в индустриальном

обществе (сначала в его капиталистической, а потом и в его тоталитарной

форме) предполагает, что превращение человека в часть еще более

полезной машины обозначает обесчеловечивание, разрушение сущностной

субъектности человека. Экзистенциализм прошлого и настоящего,

экзистенциализм во всех его разновидностях един в протесте против

теоретических и практических форм подчинения субъекта объекту, “я“ —

вещи. Онтология, начинающая со структуры бытияя-мири с субъект-

объектной структуры разума, защищена от опасности подчинения

субъекта объекту.

Но защищена она и от противоположной опасности. Столь же

невозможно вывести объект из субъекта, как и вывести субъект из

объекта. Идеализм во всех его формах пришел к открытию, что нет пути

отабсолютного эгокне-эго“, от абсолютного сознания к

бессознательному, от абсолютногояк миру, от чистого субъекта к

объектной структуре реаль- ности. Во всех этих случаях то, что, как

предполагалось, было выведено, втайне соскальзывает в то, из чего оно

было выведено. Этот трюк дедуктивного идеализматочная копия трюка

редуктивного натурализма.

То, что объединяло разные формыфилософии тождества“5*,

было проникновением в ситуацию. Однако пока проникновение это

оказалось не слишком глубоким. Отношение субъекта и объекта не

равнозначно тому тождеству, из которого не могут быть выведены ни

субъектность, ни объектность. Отношение этоодна из полярностей.

Базисная онтологическая структура не может быть выведена. Ее нужно

принять. Вопросчто предшествует дуализмуяи мира, субъекта и

объекта? “ — это такой вопрос, в котором разум вглядывается в

собственную бездну, где исчезают разграничения и производности.

Ответить на этот вопрос может только откровение.