1. Весть и ситуация

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 
170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 
187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 
204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 

Теология как функция христианской церкви должна служить

потребностям церкви. Предполагается, что теологическая система

должна удовлетворять двум основным потребностям утверждать истину

христианской Вести и толковать эту истину для каждого нового

поколения.

Теология находится в постоянном движении между двумя

флюсамимежду лежащей в ее основании вечной истиной и той

временной ситуацией, в которой эта вечная истина должна

восприниматься. Мало существовало таких теологических систем, в

которых удавалось достичь совершенного равновесия между этими

двумя требованиями. В большинстве случаев приходится либо

жертвовать элементами истины, либо выказывать неготовность говорить

о ситуации. Иным же теологическим системам присущи оба этих

недостатка. Из опасения упустить вечную истину ее зачастую

отождествляют с каким-либо теологическим творением прошлого, с

традиционными понятиями и решениями, пытаясь навязать их новой,

изменившейся ситуации. Происходит смешение вечной истины с

временным выражением этой истины. Это очевидно в случае

европейской теологической ортодоксии, которая в Америке известна под

названием фундаментализма. Если фундаментализм представлен в

сочетании с антитеологическим уклоном (а именно таким он является,

например, в его библицистически-евангелической форме), то

теологическую истину вчерашнего дня защищают как не подверженную

изменениям Весть, которую надлежит защитить от теологической

истины дня сегодняшнего и дня завтрашнего. Фундаментализм бессилен

установить контакт с современной ситуацией вовсе не потому, что он

говорит помимо всякой ситуации, но потому, что он исходит из

ситуации прошлого. Нечто конечное и преходящее фундаментализм

возводит в ранг бесконечного и вечно действительного. В этом

отношении фундаментализму присущи демонические черты. Он

разрушает смиренную честность поиска истины; он раскалывает

сознание своих мыслящих адептов, что делает их Фанатиками, потому

что их вынуждают подавлять в себе те элементы истины, о которых они

смутно догадываются.

Фундаменталисты в Америке и ортодоксальные теологи в Европе

могут сослаться на то, что многие их восторженно принимают и

поддерживают лишь в силу тех исторических или личных обстоятельств, в

которых они сейчас находятся. Факт этот очевиден, но вот истолкован он

неверно. “Ситуациякак один из полюсов всякой теологической деятельности

имеет отношение не к тому социальному или психологическому положению,

в котором оказывается человек или группа людей. Она имеет отношение к

тем научным, художественным, экономическим, политическим и этическим

формам, в которых люди выражают свою интерпретацию существования.

Ситуация”, к которой по преимуществу должна обращаться теология,— это

не ситуация индивида как такового или группы как таковой. Теология не

проповедует и не советует, а потому и успешность теологии,

приспособленной для проповедничества или душепопечения, вовсе не

обязательно является критерием ее истинности. Тот факт, что идеи

фундаментализма жадно воспринимаются именно во времена личностной или

общественной разобщенности, вовсе не доказывает их теологической

действительности, подобно тому как успешность Либеральной теологии во

времена личностной или общественной сплоченности вовсе не гарантирует ее

истинности. “Ситуация”, которую должна осмыслять теология, - это

творческая интерпретация существованияинтерпретация, которая

происходит в любой исторический период и при любых общественных и

психологических условиях. Разумеется, “ситуацияне может быть

независимой от этих факторов. Однако теология имеет дело с проявлениями

этих факторов в культуре (как на практике, так и в теории), но не с самими

этими обусловливающими факторами как таковыми. Так, например, теология

изучает не сам по себе политический раскол между Западом и Востоком, но

именно политическую интерпретацию этого раскола. Теология изучает не сам

по себе рост душевных болезней или наше возрастающее осмысление этого

явления, но именно психиатрическую интерпретацию этих тенденций

Ситуация”, которой должна соответствовать теология, — это вся

совокупность творческой самоинтерпретации человека в тот или иной

период. Фундаментализм и ортодоксия эту задачу отвергают, тем сaмым

упуская из виду смысл теологии.

Керигматическаятеология соотносится с фундаментализмом и

ортодоксией постольку, поскольку она подчеркивает неизменность истицы

Вести (керигмы) в противовес изменяющимся требованиям ситуации. Она

пытается избежать ошибок фундаментализма посредством подчинения любой

теологии (включая и ортодоксальную) критерию христианской Вести. Эта

Весть в Библии заключена, но она ей не тождественна. Она выражена в

классической традиции христианской теологии, но она не тождественна ни

одной из особых форм этой традиции. Теология Реформации и в наши дни

неореформаторская теология Барта и представителей его школы являются

выдающимися образцами керигматической теологии. В свое время

ортодоксальные мыслители нападали на Лютера, а в наши дни Барт и его

последователи выдерживают яростные атаки фундаменталистов. А это

значит, что было бы не совсем честным называть Лютераортодоксом”, а

Барта — “неортодоксом”. Лютеру грозила опасность стать ортодоксом; эта же

опасность

грозит и Барту, хоть это и не входило в их намерение. И Лютер, и Барт

предприняли основательную попытку заново открыть вечную Весть

внутри Библии и традиции, выступив против искаженной традиции и

бездумно-шаблонного использования Библии. Предпринятая Лютером

критика римско-католической системы посредников и степеней (критика

во имя решающих библейских категорий осуждения и благодати), его

новое открытие Павловой Вести и одновременно его мужественная оценка

духовной ценности библейских книгвсе это, вместе взятое, и было

подлинной керигматической теологией. Предпринятая Бартом критика

того неопротестантского буржуазного синтеза, к которому пришла

либеральная теология, его возвращение к христианскому парадоксализму

и одновременно свобода его духовной экзегезыПослания к Римлянам”,

его приятие радикального исторического критицизмавсе это тоже было

подлинной керигматической теологией. В обоих случаях акцентировалась

именно вечная истина в противовес человеческой ситуации и ее

требованиям, в обоих случаях это акцентирование обладало-

ирофетической. потрясающей, преобразующей силой. Если бы не такого

рода керигматические реакции, то теология потеряла бы себя в

относительностяхситуациии сама стала быситуацией” — как это

например, имело место в религиозном национализме так называемых

немецких христиан и в религиозном прогрессивизме так называемых

гуманистов Америки.

И все-такиситуациюиз теологической деятельности

исключить нельзя. Лютер был в достаточной степени лишен

предрассудков, чтобы воспользоваться своим собственным

номиналистским учением и гуманистической образованностью

Меланхтона для выработки теологических учений. Но и он в достаточной

степени не осознавал всю проблемуситуациии потому не мог избежать

соскальзывания к ортодоксальным позициям, чем и подготовил почву для

эпохи протестантской ортодоксии. Величие Барта состоит в том, что он

снова и снова исправляет себя с учетомситуациии изо всех сил

старается не стать последователем самого себя. И все-таки он не осознает,

что тем самым он перестает быть чисто керигматическим теологом.

Пытаясь вывести каждый постулат непосредственно из предельной

истины (например, обязанность воевать против Гитлера он выводит из

воскресения Христа), он поневоле следует тому методу, который может

быть названнеортодоксальными который усилил все тенденции в на-

правлении теологиинового старенияЕвропы. Полюсом, который мы

назвалиситуацией”, нельзя пренебречь без опасных последствий для

теологии. Только мужественным соучастием вситуации”, то есть во всех

тех разнообразных формах культуры, в которых выражена интерпретация

современным человеком его существования, и можно преодолеть

нынешнее колебание керигматической теологии между присущей

подлинной керигме свободой и ее окостенением в ортодоксии. Другими

словами, керигматическая теология, чтобы стать полной, нуждается в

теологии апологетической.