12. Необходимость вопроса о Боге

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 
170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 
187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 
204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 

и так называемые космологические аргументы

Вопрос о Боге может быть поставлен, поскольку в самом акте постановки

любого вопроса имеется элемент безусловного. Вопрос о Боге следует

поставить, поскольку та угроза небытия, которую человек восприни-

мает как тревогу, наводит его на вопрос и о бытии, побеждающем небы-

тие, и о мужестве, побеждающем тревогу. Этот вопрос является космо-

логическим вопросом о Боге.

Так называемые космологические и телеологические

аргументы12*в пользу существования Бога представляют собой

традиционную и неадекватную форму этого вопроса. Во всех своих

вариантах эти аргументы идут от особых характеристик мира к опыту

высшего сущего. Они действительны постольку, поскольку дают такой

анализ реальности, который выявляет неизбежность космологического

вопроса о Боге. Однако аргументы эти недействительны постольку,

поскольку они притязают на то, что существование высшего сущего

является логическим следствием их анализа, что с точки зрения логики

невозможно, так же как в экзистенциальном плане невозможно выводить

мужество из тревоги.

Космологический метод доказательства существования Бога

развивался в двух главных направлениях. Первое направление предполагало

движение от конечности бытия к бесконечному бытию (это космологический

аргумент в узком смысле), а второедвижение от конечности смысла к

носителю бесконечного смысла (это телеологический аргумент в

традиционном смысле). В обоих случаях космологический вопрос исходит из

элемента небытия в сущих и в смыслах. Никакой вопрос о Боге не возникал

бы, если бы не существовало той логической и ноологической (то есть

относящейся к смыслу) угрозы небытия, от которой затем бытию можно было

бы избавиться; выражаясь религиозным языком, в бытии присутствовал бы

Бог.

Первая форма космологического аргумента детерминирована

категориальной структурой конечности. Наличие бесконечной цепи причин и

следствий приводит к заключению, что существуетпервопричина“, а факт

случайности всех субстанций приводит к выводу о том, что существует

необходимая субстанция“. Однако причина и субстанцияэто категории

конечности. “Первопричина“ - это ипостазированный вопрос, а не положение

о том сущем, которое полагает начало цепи причин. Такое сущее могло бы и

само быть частью цепи причин и снова подняло бы вопрос о причине.

Подобным образом инеобходимая субстанцияявляется ипостазированным

вопросом, а не положением о том сущем, которое наделяет все субстанции

субстанциальностью. Такое сущее и само было бы субстанцией с

акциденциями и снова оставило бы открытым вопрос о самой по себе

субстанциальности. Если обе категории используются в качестве материала

дляаргументов“, то они утрачивают свой категориальный характер.

Первопричинаинеобходимая субстанция“— это такие символы, которые

выражают имплицитно присущий конечному бытию вопрос о том, что

трансцендирует конечность и категории, — вопрос о само-бытии,

объемлющем и побеждающем небытие, вопрос о Боге.

Космологический вопрос о Богеэто вопрос о том, что

предельно делает возможным то мужество, которое приемлет и преодолевает

тревогу категорической конечности. Мы проанализировали то неустойчивое

равновесие между тревогой и мужеством, которое существует относительно

времени, пространства, причинности и субстанции. В каждом из этих случаев

мы в конечном итоге вынуждены были оказаться перед вопросом, почему

возможно то мужество, которое противится имплицитно присущей этим

категориям угрозе небытия. Конечное сущее обладает мужеством, но оно

не может сохранить его перед лицом предельный угрозы небытия. Ему

нужна основа для предельного мужества. Конечное сущее - это знак

вопроса. Оно задает вопрос о томвечном сейчас“, в котором временное и

пространственное одновременно и принимаются, и преодолеваются. Оно

задает вопрос о томосновании бытия“, в котором причинное и

субстанциальное одновременно и подтверждаются, и отрицаются.

Космологический подход не может предложить ответы на эти вопросы, но

зато с его помощью можно и нужно анализировать их корни в структуре

конечности.

Основой так называемого телеологического аргумента в пользу

существования Бога является угроза конечной структуре бытия, то есть

угроза единству ее полярных элементов. Слово telos, давшее этому

аргументу название, - этовнутренняя цель“, то есть имеющая смысл и

удобопонимаемая структура реальности. Эта структура служит

трамплином для вывода как о том, что конечные teloi имплицитно

содержат в себе бесконечную причину телеологии, так и о том, что

конечные и находящиеся под угрозой смыслы имплицитно содержат в

себе бесконечную и не подтвержденную угрозе причину смысла. В

терминах логического аргумента этот вывод недействителен, так же как и

другие космологическиеаргументы“. А в качестве постановки вопроса он

не только действителен, но и неизбежен и, как показывает история,

производит наибольшее впечатление. Тревога по поводу бессмысленности

это характерно человеческая форма онтологической тревоги. Это такая

форма тревоги, которая может быть лишь у такого сущего, в чьей природе

свобода и судьба едины. Угроза утратить это единство приводит человека

к вопросу о бесконечном и не подверженном угрозе основании смысла

приводит человека к вопросу о Боге. Теологический аргумент

формулирует вопрос об основании смысла так же, как космологический

аргумент формулирует вопрос об основании бытия Однако в

противоположность онтологическому аргументу оба они в широком

смысле космологичны и превосходят его.

Задача теологического использования традиционных

аргументов в пользу существования Бога двусоставна: она состоит, во-

первых, в том, чтобы разработать выражаемый ими вопрос о Боге, и, во-

вторых, в том, чтобы показать бессилиеаргументов“, их неспособность

ответить на вопрос о Боге. Эги аргументы подводят онтологический

анализ к выводу посредством раскрытия того, что вопрос о Боге

имплицитно заключен в конечной структуре бытия. Осуществляя эту

функцию, они отчасти принимают, а отчасти отвергают традиционную

естественную теологию и ведут разум к поиску откровения.