3. Евреи

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 

Если мы хотим проследить влияние религии на образование капита­листического духа, то является само собою понятным, что мы подверга­ем влияние еврейской религии особому рассмотрению и здесь прежде всего устанавливаем, что в раннюю эпоху капитализма религия имела выдающееся значение также и у евреев и тем самым сделалась руководя­щей для всего порядка жизни. Также и у евреев, - прежде всего у евре­ев, можно с уверенностью сказать. Это я подробно выяснил в моей книге о евреях, так что я могу отослать к ней читателя (276). Для сохранения

связи я привожу здесь основные выводы, к которым я пришел в моих ис­следованиях и правильность которых не подвергалась сомнению даже со стороны моих еврейских господ критиков.

Религия должна была у евреев уже потому приобрести такое большое влияние на все жизненное устройство, что она у них не была делом только воскресных и праздничных дней, но проникала в повседневную жизнь вплоть до мельчайших ее проявлений. Все жизненные отношения получали свое религиозное освящение. При всяком действии и бездей­ствии ставился вопрос: признается ли его совершением величие божие или отвергается? Не только отношения между человеком и богом норми­рует еврейский "закон", не только метафизической потребности отвеча­ют положения религии, но и для всех других мыслимых отношений меж­ду человеком и человеком или между человеком и природой религиоз­ные книги содержат связывающую норму. Еврейское право составляет в такой же мере составную часть религиозной системы, как и еврейское нравственное учение. Право установлено богом, оно нравственно оправ­дано и угодно богу; нравственный закон и божественное предписание -совершенно неразрывные понятия для еврейства.

Но и ни у какого народа не проявлена такая забота, как у евреев, о том, чтобы и самый последний человек действительно знал предписания религии. Причина лежит в систематическом образовании, которое всякое еврейское дитя получает в религиозном отношении; далее, в том устрой­стве богослужения, при котором само оно на добрую долю состоит из чте­ния вслух мест из Священного писания и их разъяснения, и притом с таким расчетом, что на протяжении года бывает один раз прочитана вся Тора; наконец, в том, что ничто не внушается в такой мере отдельному человеку, как обязанность изучения Торы81 и чтения Шемы.

Но и ни один народ, пожалуй, не шел так строго теми путями, которые указал ему бог, не  старался так точно выполнять предписания религии, как евреи.

Говорят, что еврейский народ - "наименее благочестивый" из всех на­родов. Я не хочу здесь решать вопроса, насколько справедливо это о них утверждают. Но, несомненно, они в то же время самый "богобоязненный" народ из всех, когда-либо живших на земле. В страхе и трепете жили они всегда, в страхе и трепете гнева божия.

Этой могущественной силе - страху божию (в узком смысле слова) -пришли затем на помощь с ходом истории еще и другие силы, которые точно так же, как и он, прямо-таки принудили евреев к точному следо­ванию религиозным предписаниям. Я имею в виду прежде всего их судь­бу как народа или нации. Разрушение еврейского государства послужило причиной-того, что фарисеи и знатоки писания, т.е. те самые элементы, которые культивировали традицию Эздры и исполнение закона, хотели сделать их центральной ценностью, что эти люди, которым до тех пор при­надлежало самое большее моральное господство, теперь были поставле­ны во главе всего еврейства и, таким образом, получили возможность направить его вполне по своему пути. Евреи, которые перестали состав­лять государство, национальные святыни которых были разрушены,

собираются теперь под предводительством фарисеев вокруг Торы удили "переносного отечества", как ее назвал Гейне). На этом было, таким обра­зом, основано господство раввинов, которое потом благодаря судьбам евреев в течение средних веков все более укреплялось и сделалось таким тяжким, что евреи сами порой жаловались на тяжкое ярмо, на­ложенное на них их раввинами. Чем более евреи были замыкаемы наро­дами-хозяевами (или замыкались от них), тем сильнее, понятно, станови­лось влияние раввинов, тем легче, следовательно, могли они принудить еврейство к верности закону. Но жизнь в исполнении закона, которую внушали евреям их раввины, должна была представляться им наиболее ценной и по внутренним основаниям, по влечению сердца, ибо она была единственной, сохранявшей им среди преследований и унижений, кото­рым они подвергались со всех сторон, их человеческое достоинство и тем самым вообще возможность существования. Наиболее долгое время религиозная система была заключена в Талмуде, и поэтому-то в нем, для него, им только и жило еврейство в течение столетий.

Ряд внешних обстоятельств действовал, следовательно, в одном и том же направлении: поддерживать у евреев всеобщее и строгое выполнение предписаний религии.

Важно установить, что эта строгая религиозность не только была рас­пространена в широких массах еврейского народа, но что как раз и более интеллигентные и богатые слои оставались ортодоксальными евреями: те, следовательно, в среде которых, в сущности, и должен был бы быть рожден капиталистический дух.

И раввины тоже - и, пожалуй, в большей мере, чем католическое и протестантское духовенство, так как они должны были действовать в качестве судей и в светских делах, - излагали свои воззрения о правиль­ном образе жизни в специальных сочинениях или собирали даваемые ими решения в так называемых собраниях Respousa (ответов), которые потом сами становились источниками судебных решений для поздней­ших поколений. Их большое число представляет новое доказательство выдающегося значения, которое имела еврейская религия для устрой­ства частной жизни евреев и в кругу ее для постановки целей и опре­деления их хозяйственного образа мыслей.