5

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 

Важный вклад в понимание политической роли “public opinion” внесли книги А. Лоуэлла “Общественное мнение и народное правительство” [12] и, в особенности Уолтера Липпмана “Общественное мнение” [13]. Лоуэлл провел углубленный теоретический анализ проблемы компетентности общественного мнения, в частности в управленческой и государственно-правовой сферах и пришел к пессимистическому выводу об ограниченности области влияния общественного мнения на процесс государственного управления. Он считал, что существуют политические проблемы, которые недопустимо решать посредством апелляции к общественному мнению. Данный тезис далее был развит У. Липпманом, который потратил немало сил, чтобы развенчать миф “о всеведущем и всемогущем гражданине”. Липпман последовательно аргументирует тезис об ограниченности общественного мнения, которая вытекает из неспособности “среднего обывателя” критически воспринимать и оценивать информацию, его склонности мыслить стереотипами и т.п. В итоге как Лоуэлл, так и Липпман, не подвергая сомнению необходимость включения рассматриваемого феномена в процессы выработки и реализации политики, подводят к мысли о том, что близким к оптимальному будет такой тип отношений власти и общественного мнения, при котором имеет место их сотрудничество и взаимодействие, но компетенция последнего ограничена. В этой связи нельзя не упомянуть знаменитой полемической статьи Пьера Бурдье “Общественного мнения не существует” [14], в которой он также предостерегает от неправильного и некритического включения массовых оценок в процессы государственного управления. Хотя справедливости ради следует заметить, что основной пафос статьи направлен не против самого феномена общественного мнения, а против недобросовестных приемов его измерения и интерпретации.

Среди публикаций последнего времени, так или иначе затрагивающих проблему функционирования общественного мнения в политических режимах и социально-политических условиях разного типа следует назвать работы Вильяма Ланса Беннета [8], Джоэля Брукса [15], Роберта Эриксона, Джемса Стимсона и Майкла Макуена [16], Джемса Фишкина [17], не стареющую Элизабет Ноэль-Нойман [1] и других.

Наиболее интересный фокус современных западных дискуссий о соотношении общественного мнении и власти, о характере и мере включенности массовых оценочно-ценностных суждений и обусловленных ими волевых проявлений в процессы выработки и реализации политических решений, с нашей точки зрения, с вопросами измерения и оценки легитимности политических режимов [18-19].

Среди советских и российских авторов, посвятивших свои публикации рассматриваемой проблематике нельзя не отдать дань уважения вкладу Бориса Грушина [20], Рафаэля Сафарова [21], Валерия Житенева [5], Михаила Горшкова [4] и, наконец, Олега Иванова, который в исследованиях последних лет уделяет специальное внимание различным аспектам соотношения общественного мнения и власти [22].

Таким образом, как уже говорилось, с одной стороны, вопрос о типах и механизмах сосуществования, сотрудничества или противостояния массовых социальных оценок и властных институтов имеет длительную и глубокую традицию изучения. В рамках этой традиции можно обозначить два основных описываемых типа взаимодействия рассматриваемых феноменов. Первый ― допускающий общественность и ее “голос” ― общественное мнение в святая святых политики и управления, второй ― напротив, ограничивающий такой доступ. Разные авторы по-разному обозначают данные типы. Одни ― как демократические и недемократические, другие как тип подавления общественного мнения и тип социального партнерства.

Соответственно следует признать, что в современной социологии политики сформировался серьезный теоретический базис анализа бытия общественного мнения как специфического социально-политического феномена.

Другая сторона сложившейся познавательной ситуации заключается в том, что дихотомических оппозиций, выделяющих только два типа отношений власти и общественного мнения, уже недостаточно для адекватного описания социальных реалий, складывающихся в современном мире и, в частности, в трансформирующейся России.

В современной научной литературе практически не содержится развернутых непротиворечивых ответов на вопрос о том, какие же режимы и типы взаимодействий между властью и общественным мнением теоретически могут существовать, каковы условия реализации того или иного типа в реальной социально-политической практике, как отграничить один режим взаимодействия от другого.

Каковы же основные проблемные зоны существующих базовых методологических подходов, на которые хотелось бы обратить внимание?