Роли и ресурсы

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 

Пространственно-временная сегрегация, которая превращает контору в отдельный интерактивный комплекс, с одной стороны, и разграничение сфер «управления предприятием» и «сельской администрации», с другой, порождают субстанциональное изменение соотношения ролей «начальство» и «рядовое население». Ролевое соотношение и связные с ним функции и задачи, соответствующие «реципрокной типизации» [10], ввиду ситуации фундаментального (экономического, политического и социального) перелома еще не установлено. И как эти отношения будут выглядеть в будущем в основном зависит от власти групп и индивидов и возможности использовать ее для отстаивания своих интересов. Этот процесс имеет особенное значение, поскольку он не только касается задач и возложенной ответственности, но и затрагивает проблему перераспределения основных ресурсов. Следовательно, главный вопрос: какие интересы кто защищает, и какими средствами может их отстоять?

В упомянутых понятиях «те, которые работают в конторе» и «начальство» как синонимах «верхнего слоя» деревни уже прослеживается главная линия конфликта на Краснодарском предприятии. С учетом 54 млн. руб. чистой прибыли в 2000 г, зарплату председателя величиной в 200 000 долларов в год и рядового колхозника в 400-450 долларов в год, суть конфликта становится ясной: колхозники требуют повышения зарплаты и дивиденды, а начальство отвечает, что главное сейчас – это инвестирование и покупка нового оборудования. В этом конфликте председатель использует на собраниях три аргументативные стратегии, из которых две (построенные на обсуждавшемся вышеупомянутом росте «свободы решения» и «возникновении автономной сферы начальства») – ссылка на Запад как пример или на законы как неизбежные препятствия. Таким образом, в обоих случаях он использует референциальные системы, в отношении которых существует консенсус в деревне: все считают, что сельское хозяйство на Западе лучше организовано, и все понимают, что законы надо соблюдать. Но то, что председатель – единственный человек из колхоза, который был на Западе, и только узкий круг сотрудников в конторе действительно знает законы, переводит эти аргументативные стратегии в разряд практически произвольно применимых. Однажды, в моем присутствии к председателю пришла бабушка и сказала: «Вы же знаете, что у меня умер муж, и я слышала, что я должна получить его пай в наследство…». Но он ответил: «Ну да, есть такой государственный закон. Но знаете, есть и наши колхозные законы, и они стоят выше, и поэтому…». Третья аргументативная стратегия представлена следующим образом: «научные исследования доказывают, что…» и также представляет собой способ дискурса, на который колхозники "ничего не могут ответить", но она не связна с репродукционным кругом, а базируется на более высоком образовании председателя.

Есть еще две аргументативные стратегии, которые являются более «практическими», нежели «содержательно-логическими»: во-первых, что успех предприятия доказывает правоту председателя и выбранного им пути и, во-вторых, что уровень жизни сегодня намного выше, чем раньше. Если рассмотреть эти дискурсивные стратегии на фоне представленного репродукционного круга, то оказывается, что они базируются на разных его звеньях: экономический успех позволяет повысить зарплату и потом аргументативно «использовать» данный факт; рост «свободы решения» означает возможность поездок на Запад и является источником дефиниционой монополии в отношении того, что это за «Запад»; конструкция конторы как автономной сферы интеракций создает границу знания (например, основных законов) между начальством и населением. Таким образом, начальство на Кубани действительно управляет предприятием по большей части независимо от интересов населения, которое к этому уже привыкло: «Раньше мы на собраниях еще спорили и орали, но это нам сегодня уже надоело. Это бесполезно. Председатель все равно делает то, что он хочет» – говорили мне в интервью.

Напротив, в колхозе в Брянске горизонт председателя отличается только вследствие различия в уровне образования. Из-за отсутствия денег начальство не может поступать как «настоящее руководство», и главный вопрос: как можно вместе решить возникающие проблемы. Как говорилось, сотрудники конторы в данном случае не выступают как отдельная социальная группа, и разница в уровне доходов между группами намного меньше. При этом положении начальство почти не обособлено, председатель считается обычным членом местного сообщества, и он себя самого так видит (тогда как председатель на Кубани иногда пренебрежительно говорит о колхозниках и, таким образом, дистанцируется от них). Эта «близость» не позволяет принимать экономически важные решения против воли большинства в деревне, и соответствующих ресурсов председателю не хватает. «Да, действительно, лодыри у нас – это большая проблема» как-то сказал он мне в интервью, и под этим подразумевалось, что социальное давление на него станет слишком большим, если выгнать бездельников. В конце концов, предприятию не удается выступить в качестве независимой единицы против интересов личных подсобных хозяйств населения. Экономическое развитие предприятия стоит только на втором или третьем месте.